Прелесть для владыки, или Хозяйка приюта «Милая тварь» - Лина Алфеева
— Ближе к делу.
— К этому времени ты должна взять от меня столько, сколько сможешь усвоить: научиться ставить щиты из тьмы, атаковать…
— Эрн, у меня нет тьмы. Даже если я получу невероятную магию, в которую ты так веришь, мне еще понадобится время, чтобы научиться ею пользоваться. С удовольствием изучу теорию под твоим чутким руководством, но…
— И практику, Абриэль. Со мной и благодаря этому…— Эрн довольно постучал по своей груди, — ты сможешь начать практиковаться уже сейчас. Так что до встречи во сне, моя Прелесть. И попробуй только отправиться в очередной дозор. Если что, то я предупредил Тобора и Гвейна, что ты мне нужна спящая. Сладких снов, Абриэль.
И Эрн коснулся моих губ коротким поцелуем. Он проделал это так быстро, что я ни возмутиться, ни насладиться касанием не успела. И еще неизвестно, что обиднее! Зато, когда Эрн ушел, я обнаружила, что он-то все успел. И поцеловать, и кольцо надеть на палец.
Глава 14
Учеба во сне и наяву
Эрн наказал мне поскорее ложиться спать, но сон, как назло, не шел. Мне не давали покоя слова Эрна о моем скором совершеннолетии. Помнится, ведьму Мортон оно тоже сильно беспокоило. А еще я запомнила, как заметно обрадовалась наставница, когда узнала о задании герцога Авердана. Мортан считала, что мне лучше встретиться свой восемнадцатый рассвет за пределами Гиблой долины.
И, кажется, я понимала почему.
Когда печать разрушится, и я получу доступ к темной магии, тьма меня почувствует. Она голодной тварью рванет ко мне, чтобы изменить и превратить в свою слугу. Мои братья носили на головах рога, как у демонов, а кое-кто прятал под плащами хвосты. По мне так это был очень забавный рудимент, но братья все, как один, его стеснялись и прятали от чересчур любопытной сестры.
У меня не было ни хвоста, ни рогов, ни крыльев, даже чешуи и татуировок не было. Я росла голой и лысой по меркам Гиблой долины. Кое-кто даже считал меня пустой и неинтересной. Отчасти поэтому родители и позволили мне стать ученицей ведьмы. Им как бы было все равно, что со мной будет, раз уж я уродилась такой никакой.
Но, едва печать исчезнет, многое может измениться. И Эрн прав, лучше бы мне подготовиться.
Поэтому я написала письмо своей наставнице. Едва послание исчезло в тоннеле магопочты, на меня снизошло удовлетворение и ощущение, что я наконец-то сделала что-то правильно. После этого я наконец-то смогла принять ванную и влезть в пижаму.
Тишина комнаты казалась непривычной. Нет, от Аманды, с которой мы раньше делили комнату, шума было немного. Темная передвигалась, как тень, а личные вещи хранила в строго отведенных для нее местах. Даже в умывальной у нее был свой закуток для косметики, зубной и расчески.
Но сейчас Аманда жила там же, где и все темные леди. Я не знала, как она там устроилась, но чувствовала себя виноватой. И мне хотелось обсудить это с Эрном…
Я скоро увижусь с Эрном Аверданом. С этой мыслью я и провалилась в сон, чтобы ощутить толчок в грудь. Эрн встретил меня до неприличия тактильно и буквально вжал своим телом в какую-то деревянную стену. Рассмотреть ее было сложно из-за того же Эрна.
— Если ты хотел проверить достоверность ощущений во время совместной грезы, то эксперимент удался.
— Скорее, я хотел проверить, может ли яркая эмоция выбросить тебя в реальность.
Губы парня уткнулись в мою шею так горячо и безрассудно, что с моих губ сорвался легкий стон. Или же причина была другой? Эрн меня не целовал, но его близость была такой же острой и волнующей.
С трудом нашла в себе силы спокойно пояснить:
— Наши совместные сны должны помочь тебе в освоение рун. А каллиграфические неудачи не помешают сбежать с урока. Так что да, я учла сильные эмоции при создании связующей печати…
Дальше я ничего пояснить не смогла, потому что мои губы запечатал поцелуй. Узнав, что я не вылечу из сна из-за яркой эмоции, Эрн тут же этим воспользовался. А у меня не хватило сил начать сопротивляться этой чувственной атаке. Уловив мой отклик, Эрн тут же начал целовать нежнее, а потом принялся покрывать легкими поцелуями мое лицо.
— Эрн, мы же встретились, чтобы учиться, — я робко попыталась призвать его к порядку.
— А мы и учимся. Учимся вести себя, как настоящие жених и невеста, — Эрн перехватил мою руку, убедился, что его кольцо на моем пальце даже во сне и ласково погладил мою ладонь. — Вот тренируемся, чтобы ты не двинула мне, когда я захочу поцеловать тебя наяву. А то дашь мне в глаз — и поползут разные гадкие слухи о том, что я не умею целовать любимую девушку.
Надо было что-то сказать в ответ, в идеале что-то легкое и остроумное, но в голове упорно билась мысль, связанная с любимой девушкой.
— Да, я тебя люблю! — яростно объявил Эрн, верно разгадавший, что же заставило меня замереть и превратиться в статую. — И тебе придется жить с этим знанием. Я намерен за тобой ухаживать и добиться у твоих родных разрешения на помолвку…
— Наследнику герцога нечего делать в Гиблой долине. Это место для тебя опасно. Даже твой отец никогда не заходил вглубь.
— Значит, твои родные приедут ко мне сами. Вот только мне кажется, что их придется искать не в долине, а в светлых землях. Да, Абриэль, я намекаю на Обер-Райнов. Кстати, ты знала, что внучка первого Обер-Райна, она же светлая принцесса, однажды родила мертвого ребенка?
— Внучка, — эхо повторила я. — Столько времени прошло. В Гиблой долине время словно течет иначе. Кажется, что только пару десятилетий назад произошел прорыв тьмы.
— Скоро сто пятьдесят отпразднуем, — усмехнулся Эрн. — И да, среди темных давно шепчутся, что нынешнему герцогу Авердану пора выбрать наследника и отправиться на покой. Но мы говорили не о нем, а об Обер-Райнах…
Эрн выразительно посмотрел на меня, давая понять, что не отстанет и что вопрос моего происхождения его очень волнует.
— Не хочу ничего выяснять. Я выросла в Гиблой долине. У меня есть братья. Не хочу обнаружить, что вся моя прежняя жизнь была ложью.
— Твоя печать разрушится,
