Всеслава - Тина Крав

— Добро, — прошептала она, прикрывая глаза и наслаждаясь тем, как аккуратно он расплетает косу, бережно укладывая свободные прядки на спину. А все-таки вся его грубость и жестокость — напускное, подумала она. Что в их первую ночь, что сегодня, она от него только заботу да ласку видит. Слава улыбнулась и расслабилась, полностью доверившись рукам мужа.

Глава 14

Узлы

На утро, простившись с родимым домом тятенькой и сестрицами, Слава уселась в телегу с парой чемоданов приданного — одежки, полотенец, кухонной утвари. Кое-что для хозяйства, сделанного в отцовской кузне. И уже к третьим петухам они были далеко от деревни. Слава долго, с грустью смотрела назад, вспоминая детство, как росла сестрицами, мечтала. А вот теперь с мужем едет в неизвестность.

— Искро! — переползла она через какой-то сундук к нему, управляющему кобылой, которую удалось выторговать у отца Услада. Правда Искро остался недоволен покупкой, кобыла была уже старая и он сомневался, что она преодолеет такое расстояние, но больше им что-то продавать отказались. Пришлось соглашаться. Сказал, что до их городишка дотянет, а там они новую купят. Слава невольно покосилась на него. Лошадь стоит целое состояние. Дороже коровы. А он так спокойно одну меняет на другую? Хотя стоит ли ей удивляться, коли он во главе дружины стоит? Да и тятенька говорил, что у него нет проблем хозяйством обзавестись, все что надо купит. Слава взглянула на шедшего рядом с ними Богдана, погруженного в свои мысли. Гостомысл и Верислав должны были встретить их в городе. Перебравшись поближе к мужу и усевшись рядом, Слава одернула юбку.

— Расскажи мне о доме.

Искро молчал, словно не хотел отвечать на вопрос. Слава подняла к нему голову. Он смотрел вдаль, спокойно управляя кобылой. Почувствовав ее взгляд на себе, вздохнул.

— Это не дом, — начал он. — Да, есть изба, в которой я живу, когда не в дозоре. Но там пусто… И потом, я собираюсь через две весны уйти. Так что это временное жилище.

— Уйти? Куда?

Он посмотрел на нее сверху вниз. В темном взгляде не отражалось ни одной мысли.

— Думал на юг. Задолжали мне кое-что. Пора долг возвращать.

— Кто?

Его темный взгляд скользнул по ней. Его губы скривились в подобии усмешки, и он отвел глаза в сторону, вновь начав следить за дорогой.

— Не важно.

Слава призадумалась. Вот как с ним быть, если он слова лишнего о себе сказать не хочет? Вспомнились слова Верислава. Мол наблюдай, да помалкивай. Слава покосилась на молчаливую, мрачную фигуру мужа.

— А что князь наш? Что он за человек?

— Двуличный. Вспыльчивый. Злопямятный. Ты с ним осторожна будь. За словами следи. С остальными тоже, по первости не спеши дружбу водить. Присмотрись. Сама разберёшься.

Вот это да! Куда я попала, мелькнули в ее голове невеселые мысли.

— Но ведь он передумал меня Гостомыслу отдавать. Может не так он и плох?

Его пальцы, державшие поводья сжались. Пожалуй, это было единственным проявлением эмоций с его стороны. Если не считать беглого взгляда темных глаз.

— На твоём месте я бы не доверял князю. Он ничего не делает просто так, — сухо ответил Искро.

— А какая ему польза с меня? Ну с того, что он меня тебе отдал? — девушка на мгновение задумалась. — Или он таким образом на тебя повлиять хотел?

— А ты не дура, Слава, — услышала она и удивленно моргнула. — Умеешь правильно мыслить. Поэтому и говорю. Никому по первости не доверяй. И князю в первую очередь. Поживешь, сама поймешь, кто чего стоит.

— А ты кому-то доверяешь? — тихо спросила девушка, внимательно наблюдая за ним.

Искро пожал плечами, вглядываясь вдаль.

— Вериславу, Богдану. Из тех кто тебе знаком. И ещё паре человек.

— Маловато будет.

— В этой жизни никому нельзя доверять, Слава. Предают самые близкие.

— По себе судишь? — тихо спросила она, не отводя взгляда. Он покачал головой.

— Просто слишком много видел.

Спустя несколько часов они добрались до их небольшого городка. Мужчины продали старую кобылу купив взамен новую, молодую да резвую. Кроме того, забрали с конюшни своих коней, которых оставили здесь под присмотром. Потом Искро увлек ее в корчму *( места, где можно было выпить и поесть, а так же центры общественной жизни, места встреч и общения). Пока она вяло ковыряла ложкой в тарелке с ячменной кашей и мясом куропатки, к ним присоединились Верислав с Гостомыслом. Краем уха слушая разговор мужчин, девушка старательно игнорировала липкие взгляды последнего, которые он время от времени на нее бросал. Наконец, поев и все обговорив, они вышли на улицу, где их уже поджидала телега с запряженной в нее красивой гнедой кобылой. Слава невольно залюбовалась ей. Подойдя к лошади, протянула ладонь. Лошадь ткнулась в нее своей мордой, фыркая и открывая рот, забавно задирая верхнюю губу вверх и пытаясь ухватить ее за руку.

— Не подноси ей сжатую ладонь, — возник за ее спиной Искро и отвел ее руку в сторону, разжав пальцы, — вот так…она тогда не сможет укусить. Лишь обнюхает да поластиться, — держа ее за запястье он направил ее руку к лошадиной морде. Слава засмеялась, когда шершавый нос прошелся по ее ладони.

— Щекотно, — кинула она взгляд на мужа и вновь обернулась к лошади. Легко погладила ее по коричневой, отливающей рыжиной морде.

— Угости ее, — Искро протянул ей половинку яблока. Слава послушно взяла его и протянула кобыле на раскрытой ладони. Через мгновение, обнюхав руку, лошадь подхватила угощение губами и яблоко хрустнуло на ее зубах. Слава счастливо посмотрела на Искро.

— Теперь вы с ней подружились, — едва заметно улыбнулся он, наблюдая, как ее ладонь ласкает лошадиную морду. Слава кивнула.

— Нам пора трогаться. Там, за конюшней отхожее место, — Слава покраснела и кивнула. — Иди. Я тебя тут жду.

Девушка направилась в указанном направлении. Установленные в отдалении от гостевых домов небольшие деревянные будки с вырытыми в земле ямами. Немного поморщившись от неприятных запахов, Слава зашла в одну из них.

Возвращаясь назад, она на мгновение задержалась у длинной лавки со стоящими на них многочисленными деревянными ведрами и кадками с водой. Выбрав ту, в которой была чистая вода, она ополоснула руки и лицо.