Истинное проклятье для дракона - Ольга Грибова
Смерч все-таки остановился, но не обернулся.
— Сомневаюсь, — произнес он. — Маркус, конечно, не подарок, но в нашей семье всего одно чудовище. Я.
— Мои родные еле спаслись, — гнула я свое. — Они прячутся на Дне. Я — их последняя надежда на выживание. Мне необходимо распечатать магию, вернуться и спасти их!
— Почему я должен верить тебе на слово? — Смерч резко повернулся ко мне. — Может, это ты пыталась убить Маркуса? Но не вышло. И магия тебе нужна, чтобы окончательно его уничтожить.
Я вздрогнула. Такого поворота разговора точно не ожидала. Но Смерча можно понять. Маркус — его брат, а я ему никто. Впрочем, у меня есть веский аргумент в свою защиту.
— Подумай вот о чем, — сказала я, — какая магисса откажется распечатывать магию и сбежит от мужа?
Смерч прикрыл глаза и тряхнул головой, словно отрицая собственные мысли. Мои слова дали ему повод для неприятных раздумий. Его плечи опустились под весом моих аргументов.
В конце концов, он, открыв веки, нехотя произнес:
— Я должен подумать, — а после развернулся и ушел.
Невыносимый! Сколько он будет думать? У меня нет времени на его сомнения! Порой мне кажется, что мужчины нарочно не спешат распечатывать женский дар, чтобы наш род вовсе исчез. И тогда мир будет принадлежать только им.
Как он вообще мог так со мной поступить? Собственно, так же, как и я с ним…
Глава 21
Путь вниз
Меньше всего Смерч ожидал встретить у источника магиссу. Обнаженную! Он бы не так удивился, будь там дракон. А тот факт, что девушка ждала именно его, вовсе не укладывался в голове.
Передумала, вот так резко? Поняла, кого потеряла? Верилось с трудом… Ему бы сосредоточиться на этой мысли, обдумать ее, как следует. Но Вихрь встала из воды, абсолютно нагая, и мыслительный процесс прервался.
Хороша! И знает об этом. Вот такая, какая есть. С распущенными волосами, влажными ресницами и каплями воды на коже. Надо бы отвернуться, соблюсти приличия, но на нее нереально не смотреть. Это какой-то особый вид мазохизма. Накрывает волной, пронзительно и остро, и кажется, что тонешь, потому что не вздохнуть. Только сердце молотом стучит в виски.
Высокая грудь, тонкая талия и ноги такие длинные, что это почти преступление. Невозможно не фантазировать, как они обхватывают его бедра. Картинка так и стоит перед глазами, сколько ее не гони.
Магисса подошла ближе. Каждый ее шаг — испытание для выдержки Смерча. Где ее столько взять? Она закончилась еще в тот момент, когда Вихрь поднялась из воды. Вообще непонятно, на чем Смерч еще держится.
А потом она сделала вид, что поскользнулась. Уловка, но он купился, как пацан. Впрочем, с устойчивостью у нее и правда были проблемы. Все из-за натекшей на камни воды. Вихрь завозилась в его объятиях в попытке удержаться на ногах, но те предательски разъезжались.
В итоге она вцепилась в плечи Смерча и запрокинула голову, заглядывая ему в лицо. И все, он камнем ушел на дно ее глаз, а как вынырнуть неизвестно. Смерч нервно усмехнулся и облизнул пересохшие губы. Ну грех не поцеловать. Не женщина, а истинное проклятье! Созданное лично для него.
Это настоящая пытка, когда желанная девушка так близко и на все согласна, а ты говоришь «нет». Смерч мог наплевать даже на то, что она вообще-то жена его брата. Маркус сам виноват, такое сокровище упустил. Но мысли о Дрэйке не давали покоя.
Стоило вспомнить о нем, и все встало на свои места. Так вот почему Вихрь воспылала к нему внезапной страстью. Она догадалась! А ведь кто-то рылся в его вещах. Видимо, это была она, искала доказательства.
Он чуть не попался! Горячая вода окончательно размягчила его мозги. Понимание, что его чуть не обвели вокруг пальца, напрочь отбило всякое желание. Возбуждение схлынуло так же резко, как возникло. За приливом последовал отлив. Кровь устремилась обратно к мозгам, что, безусловно, Смерчу на пользу.
Магисса даже не отрицала, что соблазняет его ради распечатывания дара! В итоге Смерч ушел, бросив ее одну у источника. Казалось, это был верный поступок. Но отчего же так хочется врезать самому себе?
Эти ее слова о брате… Маркус, конечно, не подарок и никогда им не был. Но стал ли он убийцей? Десять лет прошло, Смерч за это время сильно изменился и не только внешне. Маркус тоже мог. И все же место душегуба в их семье уже прочно занято. Самим Смерчем. Неужели младший брат пошел по его стопам?
Верить в это не хотелось, но Вихрь сказала кое-что важное. То, что он отрицал с самого начала. Ни одна магисса не откажется добровольно от инициации. Не имеет значения, что она думает о мужчине, с которым ей предстоит провести свою первую ночь. Для них важна лишь магия. В этом она не соврала.
Мог Маркус так поступить или нет? Кто из них виноват — магисса или его брат? Кому верить? Смерч не знал, что думать…
Я так и стояла посреди пещеры, замотанная в полотно и ничего непонимающая. Все пыталась осмыслить произошедшее. Мне… отказал… мужчина. Болезненный удар по самолюбию, но это далеко не самое плохое. Смерч отказал мне не просто в близости, он отказал мне в инициации!
Из-за гордости и упрямства драконьера мои родные вынуждены страдать. Я бы придушила Смерча собственными руками, не будь он мне так отчаянно нужен.
У входа раздался шорох, и заглянул Манти.
— Вы уже все? Так быстро? — удивился лев, а потом любопытство взяло свое: — Ну и какая она, твоя магия?
— Никакая, — буркнула я.
— То есть как это? — забыв о приличиях, Манти вошел в пещеру. — Ты — пустышка? Но глаза…
— Моя магия по-прежнему запечатана, — всплеснула я руками.
— Дела… Но как же так?
— Он меня отверг, — нехотя призналась я.
Манти с сомнением окинул меня взглядом.
— Я не спец в человеческой красоте, но ты вроде ничего, — вынес он вердикт. — Чего ему не хватило? Или у него есть другая?
— У него есть гордость, — вздохнула я.
— Пусть засунет ее куда подальше! — рыкнул Манти и обернулся к собственному заду. — Цапни его, что ли. Он станет послушным и сделает, что требуется.
Вот это радикальные меры! Кажется, Манти хочет моей инициации даже больше, чем я сама. Мне, например, подобная мысль в голову не приходила.
— Нельзя, — качнулась Кора из стороны в сторону. — С-с-свобода выбора.
— И что теперь — из-за этого твоего выбора все пропало? —
