Визитёр - brinar1992
Маега несколько раз моргнула, пытаясь уловить говоримые белохуим хануром слова, благо, понимать сказанное у нее всегда получалось прекрасно, лучше дочери. Осознав же сказанное, она только нахмурилась и сделала максимально равнодушный и грозный взгляд, не подавая виду, что слова маски ее задели.
- Твоя тупой раз нет страх Маега! - Сжав член чуть посильнее, около самой основы, она с удовольствием отметила, как он ее хочет, аж весь подрагивает, вот-вот брызнет. - Моя - сильный Хао-Сеахар, моя сделать так, чтобы твоя халсар не стоять, ты потом не мочь делать нак-так. Твоя просить прощения или Маега и Сингха прекращать делать хорошо. Маега видеть, как ты смотреть на ее большие таам-тат, ты хотеть Маега, хотеть ее дочь! Не сметь лгать!
Сингха, смотрящая на то, что делает и слышащая, как говорит ее мать, проваливается в какой-то непредставимый шок, выпадает из любых представлений о нормальном. Словно оказавшись во сне, где нет логики и связи между отдельными эпизодами, будто пытаясь читать книгу, в какой перепутаны все страницы и часть из них вообще из других томов. Она не может осознать причины, по которых мать ведет себя так, не может даже предположить, что Маега может быть не в норме, потому что она - мать, она - сильная и лучшая, ее нельзя подчинить или иным образом на нее повилять, даже сама мысль об этом просто не придет в голову. И потому в ней не помещалась сложившаяся ситуация, не имелось средств и понимания, чтобы ее осознать, все казалось странной шуткой, миражом и выдумкой. А потом мать положила свою ладонь ей на затылок, склоняя поближе к готовому кончить члену и приказным тоном сказала:
- Тупая Сингха, тупая степная шлюха, твоя сосать не думать, наша мстить похотливый ханур лучшый отсос его жалкая жизнь. Он понимать больше никогда не иметь такой нак-так как Маега и Сингха, не иметь такой красивый степной шлюха. - И в тот миг Ситуация снова стала понятна, Сингха просто смирилась с тем, что мама права, а значит она и вправду тупая, вправду шлюха и все снова стало таким, каким и должно быть. - Хороший дочь, умный Сингха, хорошо сосать, сильный Хао-Сеахар быть. Много делать нак-так, часто делать, хорошо давать нак-так, хороший быть дочь.
Сингха же беззаботно и с полной самоотдачей сосала, уже почти доведя до оргазма человека в маске, но тот все еще не закончил свою беседу с парой очаровательных почетных гостий. Это ее не волновало, она вообще не думала, потому что думать сложно, а сосать просто, она верила матери и знала, что та сделает все хорошо и верно, а потому просто делала, что нужно делать, как послушная степная дочка-шлюха умной степной матери-шлюхи.
- Пожалуйста, не украшайте ситуацию сильнее, чем она может быть украшена - мы все здесь понимаем, что пусть вы, Маега, и тупая степная шлюха, толком не знающая срединного, но ваша дочь еще тупее вас. - Слова льются медом в уши, но взывают при том возмущенное мычание у все еще сосущей Сингхи, которая у мамы умная, которую мама хвалит всегда, особенно когда сосет или дает нак-так белокожим жеребцам. - А ее единственная ценность - так и не взятое никем лоно, отчего вы и даете ее трахать только в рот, в зад, между сисек, но не в щель, потому что все еще надеетесь выгодно выдать ее замуж, верно?
- Твоя много знать, умный белохерый ханур, твоя говорить опасно вещь, твоя лучше трахать тупая дочь Маега. - Кивает мать, продолжая двигать головой возмущенно мычащей дочери, то надавливая ей на затылок, то немного отпуская, но так и не давая снять себя с члена. - Не отвлекаться тупая дочь, твоя сосать пока не брызг-брызг, потом глотать. Или брызг на твои таам-тат. Но помнить! Никаких нак-так, только аш-жаах твоя тупая степная жопа и сосать твой глупый похоть-сосать рот!
С ничуть не скрываемым стоном маска кончает прямо на сиськи на миг отпущенной и потому снявшейся с члена Сингхи, какая засияла довольной улыбкой после заслуженной похвалы погладившей ее по голове Маеги, принявшись размазывать белые капли по набравшей объема груди и весело хихикать, что-то лопоча на степном наречии. О том, что она умеет, что она может, что она любит делать с белокожими и белохерыми мужчинами этих странных, но таких приятных земель, где ее и ее мать так сильно уважают и любят. Где так ценят их степные тела, красивые и похотливые, какими они с радостью делятся с теми, кто эту красоту ценит, любит и желает брать, брать быстро и в любой момент, потому что они обе позволяют тоже быстро и тоже в любой момент. Потому что они хорошие степного народа женщины и еще очень умные, даже если Сингха так и не смогла выучить их странную и непонятную речь, доверяя еще более умной матери. Мать умная, мать умеет говорить и понимать, что ей говорят в ответ, мать решает кому давать аш-жах, мать помогает помнить о том, что ей нельзя просто так давать нак-так кому угодно, помогает и указывает кому сосать и улыбаться, кому делать хорошо, чтобы сделали хорошо им обеим.
Не давая себе времени на отдых и развлечение, маска только вздыхает и принимается за продолжение беседы. Ему еще о многом следует этой парочке рассказать и на многое им раскрыть глаза. Впрочем, теперь они куда более сговорчивые слушательницы, чем в самом начале, а потому ему станет заметно легче.
***
Маега шла по большому и красивому залу с выражением тщательно скрываемого восхищения, какое пытаешься спрятать за маской спокойствия. Кто-то мог бы сказать, что со стороны она выглядит сущей дикаркой, попавшей на светский прием, но
