Маска честности - Анна Роквелл

– Это просто мейк. Надоело выглядеть ребенком. И мой бойфенд здесь совсем ни при чем.

– А остальное? Мне ведь даже никто не поверит, если я скажу, что у тебя айсберг на шее, – настолько твои перемены неожиданные.

– Да как тебе сказать… – пробормотала я. Убедительных, но неправдивых объяснений у меня не было.

– А ты скажи как есть. – Райан отложил вилку, откинулся на спинку стула и не сводил с меня испытующего взгляда. И этот взгляд был точь-в-точь как у миссис Кросс – строгий и требовательный.

– Давай будем считать, что жизнь в большом городе меня изменила, – как можно более непринужденно проговорила я, пряча взгляд.

– Баркер, ты тоже не умеешь врать. – Парень сложил руки на груди и продолжил буравить меня взглядом. – Я не отстану, пока ты не скажешь, что у тебя произошло. Мне еще очень интересно узнать причину, по которой ты не ответила ни на одно мое сообщение.

Началось! Я знала, что эту тему в разговоре обойти не удастся. Поэтому решила воспользоваться самой легкой тактикой – молчанием.

– Нет, серьезно. После моего отъезда ты будто сквозь землю провалилась. Ни ответа, ни привета. А мы ведь были… – Райан запнулся на мгновение. – Друзьями. Но друзья так не поступают. И не говори, что ты не получала письма. Могу поверить в сломанный и потерянный телефон, но уж электронная почта всегда работает надежно. Так ты получала?

Я кивнула.

– Так какого хрена, Баркер? – в сердцах воскликнул Райан, так что к нашему столику обернулись люди. – Неужели сложно было черкнуть мне хоть пару строк в ответ?

Я виновато на него посмотрела. А что мне еще было делать? Не могла же я сказать, что прочитай я его письма той осенью, мы бы сейчас вообще не разговаривали.

Кросс разочарованно вздохнул, покачал головой и вернулся к еде.

– Нет, Баркер. Так не пойдет! – Буквально через секунду он отбросил вилку. – Твое молчание ничего не объясняет! Я сыт им по горло. Что бы у тебя там ни произошло, выкладывай как есть.

Райан смотрел на меня выжидающе. Под его взглядом было крайне неуютно. Я чувствовала себя загнанной в угол. Говорить правду мне совершенно не хотелось. Но выдумывать очередную ложь не хотелось еще больше.

Пауза затягивалась.

– Говори сейчас, или я ухожу, – холодно потребовал парень, чем вновь ужасно напомнил свою мать. – Нет откровенности – нет общения.

Он прав. Судьба свела нас снова. Теперь, когда он в Нью-Йорке, Райан снова стал частью моей жизни. И я должна рассказать, если хочу иметь хотя бы призрачный шанс на нормальные взаимоотношения.

– Я не могла тебе ответить. Мне запретили, – пробормотала я. Слова дались очень тяжело.

– Кто? Твои родители?

– Нет… твои.

Парень фыркнул. Его лицо выражало полнейшее недоумение.

– Ерунда! Как они могли тебе запретить?

– Пригрозили юристами. Нашли какой-то пункт в договоре о найме и обещали затаскать меня по судам, если я не прекращу все контакты с тобой.

– Что? Какой договор? Что за бред…

– Договор о найме… Хм, не знаю, как лучше выразиться… Ну, скажем, тайного осведомителя. Меня наняли приглядывать за тобой, пока твои родители в отъезде. – Говорить правду, не вдаваясь в подробности, оказалось не так страшно, как я думала. – Я должна была следить и, по возможности, оберегать тебя от неприятностей. Но в какой-то момент все пошло не так… Миссис Кросс не понравился один из моих отчетов. Они решили вернуться и забрать тебя. Мне было запрещено вступать с тобой в переписку или контактировать иными способами после вашего отъезда. Как-то так…

– Но тебе семнадцать? Как такое возможно? Это вообще законно?! – воскликнул Райан.

– Мне несколько больше семнадцати, поэтому да – вполне законно, – уклончиво ответила я.

– Но… Как? Баркер… Да нет! Бред какой-то!

– Прости, Райан. – Говорить спокойно было очень сложно, но слезливая истерика делу бы никак не помогла. – Когда я бралась за эту работу, я ничего не знала о тебе. Вернее, знала только, что ты золотой мальчик. Идеальный и непогрешимый. Мне показалось, что работа будет легкой. Я и подумать не могла, что мы подружимся.

– Ушам своим не верю! – Парень запустил пальцы в волосы. – Так все это было какой-то спланированной херней? Случайные встречи, совместные уроки, драматический кружок… Все это время ты держалась рядом, потому что эта была работа?

– Технически – да, но практически все вышло совсем не по плану.

– По плану? – противным голосом передразнил он меня. – И что же у вас пошло не по плану?

– Мы подружились. По-настоящему. Если помнишь, я старалась держаться подальше, но получалось плохо. Ты оказался слишком настойчивым. И интересным, что уж греха таить. И ты стал мне другом. Настоящим другом! Я тысячу раз проклинала себя за подписанный договор. Хотела все бросить. Или хотя бы тебе рассказать. Но у меня были связаны руки. Я бы не потянула выплату неустойки за нарушение договора.

– Так что же сейчас изменилось? – с издевкой спросил Кросс. – Ты ведь мне написала. А теперь сидишь здесь. Появились деньги на неустойку?

– Нет. Закончился срок запрета.

Парень отвернулся и невидящим взглядом уставился в окно. Что и говорить, Райан был в шоке. Требуя от меня объяснений, он явно ожидал услышать не это. Плохая компания. Властный парень. Смерть бабушки. Развод родителей. Что угодно, но только не это.

– Оливер все это время тоже был в курсе? – через бесконечно долгую минуту сухо поинтересовался Кросс.

– Нет. Он ничего не знал. Кажется, миссис Кросс рассказала ему обо всем только перед вашим отъездом. – Я старалась звучать убедительно. Надеюсь, он мне поверит. Я искренне не хотела испортить еще и их отношения.

– Ясно. – Из уст Райана это звучало как приговор. Сейчас он встанет и уйдет. И уже никогда не напишет снова. Никогда.

Я оказалась права. Он порылся в карманах, бросил на стол несколько купюр, встал и молча ушел.

А ты, Саманта, надеялась на другой исход? Серьезно?

* * *

Домой идти совершенно не хотелось. Этот разговор в кафе вытянул из меня все силы. Я чувствовала себя совершенно опустошенной. Ни мыслей. Ни эмоций. Осталась одна жалкая оболочка.

Я бродила по Центральному парку, пока не стемнело. Ноги гудели. Желудок урчал. Пришлось сдаться и пойти к метро.

На выходе со станции в моем районе я получила сообщение от Оливера: «Купил твой любимый торт. Если не поторопишься, я съем его один». Я улыбнулась и ускорила шаг.

А дома меня ждал не только торт, но еще готовящийся ужин и открытая бутылка красного вина.