Всеслава - Тина Крав
— Думаешь откажется? Ведь против князя идти придётся. На это не каждый решится. — Журавушка сорвала несколько травинок и сложила их вместе, начиная плести венок, — к тому же тятенька торопится. Видимо к Купале отдать тебя ему желает.
— До Купала времени мало, — согласилась с ней Всеслава, — надо с Волхвом поговорить. Попросить, чтобы срок долгий дал. Хотя бы до вересенья (сентябрь). А уж после и видно будет…
— Глупая ты, Славка. Волхв богов слушает. И сделает он, как ему велено будет. Тебя он даже слушать не станет.
Слава сникла, обречено глядя на сестрицу. Права она. Да только сдаваться ей не хотелось.
— Я все равно к нему сбегаю, — переведя погрустневший взгляд вдаль проговорила Слава, — попрошу у богов спросить о суженном. И знаешь что? Я к нему прямо сейчас пойду. Чего тянуть — то?
— Куда ты? — схватила сестру за подол поневы Жура, — темнеет. К Волхову через лес идти надо. Волкодлака встретить можешь.
— Успею до темноты. А волкодлаки мне не страшны. Я Лешего о защите попрошу. Да одежку наизнанку выверну. — Слава посмотрела на взволнованную сестру. — Тятеньке не говори, куда я. А то житья мне не даст.
Освободив юбку из рук сестры Слава кинулась прочь. Незачем сестрице знать, что он не к Волхву пошла. Да и в лес заходить не будет. Стороной пройдет. Тропинка там есть, мимо ведущая. Так ей спокойнее будет. Слава посмотрела на ярко — оранжевый диск Солнца, практически лежавший на земле.
— Ладушка, помоги мне, неразумной, — прошептала девушка, глядя на темнеющее небо, — приведи меня к суженному. Ведь сердце мое ведаешь, Матушка. Не хочу нелюбого женой быть.
Девушка оглянулась через плечо, на деревню и бросилась через луг к лесу. Подол юбки — понёвы обвил ее ноги, коса била по спине, но она, не сбавляя скорости птицей неслась в лес. Она всей душой верила, что Лада услышит ее мольбы. Не может не услышать. Нырнув между кустами, она спряталась в тени и снова оглянулась. Хвала Перуну, ее не заметили. Теперь можно и до дальнего поля добраться, где Услад пас стадо и даже не догадывался о том, что ее хотят отдать за другого.
В лесу быстро стемнело. Она упорно шла вперед, стараясь не свернуть с тропинки, вившейся по границе леса. Слава с наслаждением вдыхала свежий воздух, торопясь быстрее добраться до дальнего поля. Она знала этот лес. С детства, босоногой девчонкой бегала здесь с сестрицами и подружками. По ягоды и грибы ходили. Орехи, да иван чай собирали. Она уверенно шла вперед, пока не споткнулась о какую-то корягу и не прокатилась вниз по склону. Отплевываясь от попавшей в рот травы и земли, Слава поднялась сначала на колени, а потом и во весь рост. Отряхнула одежду и огляделась, вытряхивая из волос сухие прошлогодние листья, сохранившиеся в подстилке под деревьями. Нахмурившись, покружила на месте, пытаясь понять по какому склону ей выбираться.
— Кажется здесь, — пробормотала она себе под нос, нащупав на земле обломанные ветки кустов и решив, что сломала их при падении. Упираясь босыми ногами в корни и цепляясь за ветки, стала ловко подниматься вверх. Выбравшись, посмотрела на тёмное небо, в котором вспыхивали первые искорки звезд и направилась вперед, туда, где паслось деревенское стадо. Однако вскоре в ее душе стали зарождаться первые сомнения. Лес становился гуще, и она с трудом пробиралась вперед, все чаще и чаще перебираясь через трухлявые поваленные стволы, обходя пни и отводя в сторону низкие ветки. Она уже давно должна была выйти на луг, но ее окружали тёмные стволы, молчаливо устремившие вверх свои верхушки. Слава шла наугад, не разбирая дороги, молясь всем светлым богам и надеясь выйти из чащи. Пожухлая трава больно впивалась в ступни, крапива, росшая здесь в изобилии, больно стрекалась, но девушка продолжала идти пока не стала выбиваться из сил. Прислонившись спиной к стволу старого дуба, посмотрела вверх. Тут и неба не было видно, настолько плотно смыкались над головой кроны деревьев. Где-то раздался протяжный волчий вой, заставив ее вздрогнуть и испуганно оглядеться. С ветки внезапно сорвалась уснувшая птица. Слава отскочила в сторону, прижимая руки к груди и пытаясь унять бешено бившееся в груди сердце. Волосы зашевелились на затылке, когда она вспомнила рассказы про блуждающих по лесу полузверей-полулюдей, волкодлаков. Говорят, они нападают на беззащитных путников и зверски убивают их, утаскивая на свое капище. А потом поедают еще теплое мясо своих жертв. Девушка испуганно огляделась. Ей казалось, что из лесной чащи за ней наблюдает страшный зверь, поджидая момент, чтобы наброситься на нее и вцепиться острыми клыками в шею. Ей захотелось поскорее выбраться из этого мрачного и пугающего ее леса. И неважно, что она сегодня не попадет к Усладу. Главное домой вернуться.
Оглядевшись, она нашла дерево с низкими ветвями и подпрыгнув уцепилась за нижний сук. Слегка раскачавшись на руках, уперлась ногами в ствол, а потом и вообще закинула их вверх, обхватив ногами сук и не обращая внимания на свисающую вниз юбку. Подтянувшись, ловко перевернулась и одернула юбку. Цепляясь за кору ногтями и обхватывая ствол руками, стала взбираться наверх. Слава понимала, что возможно это ее единственный шанс найти путь домой. А возможно и шанс избежать встреч с волкодлаками. Хотя, насколько она помнила, эти звери отлично лазили по деревьям. Так что для нее это была слабая защита. Забравшись почти на середину раскидистого дерева, она кинула взгляд по сторонам и чуть не закричала от радости. Между темными тенями деревьев этого сурового леса, совсем недалеко виднелись желтовато — красноватые нити костра. Значит там люди! Определив направление, чтобы вновь не заблудиться, Слава стала спускаться вниз. Скользя к земле, старалась не упасть, но в какой-то момент, нога соскользнула с сука, и она полетела вниз. Успев, ухватится за низкую, почти горизонтальную ветку, и обдирая кожу на ладонях, он повисла на ней. Мгновение она тихо висела, восстанавливая равновесие. Но вот, оттолкнувшись ногами от ствола, качнулась вперед, разжимая пальцы и спрыгнула вниз. Едва ноги коснулись мягкой земли, как вокруг ее стана обвились сильные руки, крепко прижав к мускулистому телу. Задушенный крик вырвался из ее горла.
— Очень интересно, — раздался над ее ухом немного хриплый мужской голос, — впервые
