Красавица и опальный генерал драконов - Ольга Ивановна Коротаева

Моё молчание диир принял за шок и рассмеялся:

— Простите, милая ниир, что пришлось сделать это. Я подстраховался, ведь вы очень необычная девушка, и я ожидал чего-то в духе вашего заявления.

— И сколько мне осталось? — хрипло выдавила я и покосилась на Макоула, который, сжимая кулаки, с ненавистью смотрел на Бакстера, но и слова не сказал. — Когда я умру?

— Вы не умрёте, — ласково пообещал Фирст и поднял бокал. — Здесь противоядие. Но, чтобы получить его, придётся поцеловать одного из нас. Иначе этот год станет для вас последним.

Сердце пропустило удар. Намекнул, что я умру в полночь? Вот же подлец! Если поцелую Макоула, то выпить противоядие не успею. Наверняка придумал этот план, когда я призналась, что влюблена в чудовище.

Бакстер глянул на часы и поторопил:

— Решайтесь, ниир! Осталось всего…. Десять. Девять…

Я стремительно направилась к Бакстеру, и мужчина замолчал, победно глянув поверх моей головы. А я подошла вплотную и, отогнув высокий воротник, выпалила:

— Как же быть? Метки-то нет.

Глаза Фирста округлились, а я, воспользовавшись его изумлением, прильнула к краю бокала, который мужчина держал в руке, и сделала хороший глоток как раз, когда часы начали бить полночь. Надеялась, что этого хватит для нейтрализации яда.

А потом отпрянула и вытерла губы.

— С Новым годом всех нас!

Мужчины смотрели так, будто у меня внезапно выросла седая борода до пола, а нос стал красным. Моё заявление, похоже, их сильно удивило. Часы уже пробили полночь, как Фирст встрепенулся:

— Как нет метки?! — Я продемонстрировала шею ещё раз, и он нахмурился, а потом посмотрел на Макоула. — Что это значит? В его голосе прорезались панические нотки.

Диир Ралд молча двинулся с места, и я невольно сделала шаг назад, потому как вид у мужчины был решительным. Он неуклонно надвигался, а я пятилась до тех пор, пока не упёрлась спиной в стену. Положив на неё обе ладони, отрезав мне путь к бегству, Макоул чуть наклонился и шепнул:

— Так это было не во сне?

У меня по телу прокатилась волна такого жара, что едва не подкосились ноги. Машинально ухватившись за одежду Макоула, чтобы не упасть, я во все глаза смотрела на него. И тот приятный сон промчался перед внутренним взором, вновь окатив меня жаром.

— Так это было на самом деле? — пролепетала я, не веря, что наяву может быть так хорошо.

— Что происходит? — зло выпалил Фирст и стремительно направился к нам.

Но диир Ралд развернулся и закрыл меня собой. Мужчина и так был огромен, а сейчас как будто увеличился в росте и стал шире в плечах, а на шее и руках засеребрились чешуйки.

— Не приближайся к моей паре! — прорычал Макоул. — Или умрёшь на месте. Фирст нерешительно замер, с сомнением покачав головой:

— Этого не может быть. Она же не сделала свой выбор!

— Сделала, — выглянув из-за Ралда, весело крикнула я. — Извините, диир Бакстер, но вы не в моём вкусе.

— Но… — Мужчина вплеснул руками, обернулся вокруг своей оси и зарылся пятернёй в волосах. — Как? Когда?!

— Я поцеловала Макоула чуть раньше, — призналась я и пожала плечами. — Видимо, проклятие это засчитало, поскольку метка исчезла.

— Это несправедливо! — тоже увеличиваясь в размерах, грозно зарычал Фирст. — Обман!

— Вы тоже не образчик кристальной честности! — прячась за Ралдом, сурово заявила я. — Отравили меня и шантажом склоняли выбрать вас.

— Р-р-р!

Бакстер обратился в дракона и, круша мебель, кинулся на Макоула. Тарелки с вкусностями полетели в разные стороны, мои украшения тоже, а вот колбу с Лиусом я успела подхватить.

— Бежим, — в панике выдохнул Одноглазик.

Я была с ним полностью согласна. Если два дракона дерутся, под ногами лучше не путаться.

Глава 38

Прижимая к груди колбу с цветком, я выскочила из залы и понеслась по холлу, вздрагивая от каждого из ударов, которые сотрясали дом. Возникало ощущение, что мы в осаде, и враги применили стенобитное орудие. Пол ходил ходуном, с потолка сыпалась штукатурка.

Когда что-то упало мне на голову, я втянула её в плечи и испуганно взвизгнула.

— Беги! — истерично орал Лиус. — Да не туда! И не туда!

— А куда? — заметалась я, чтобы не словить макушкой один из камней или кусок треснувшей балки. — На улицу?

Но балка всё же отвалилась и с грохотом рухнула прямо передо мной. Отпрянув, я запнулась за камень и, неловко взмахнула руками. Колба выскользнула, и время словно замедлилось. Я увидела широко распахнутый глаз Лиуса, и как цветок махал листочками, будто пытался взлететь.

— Нет, — выдохнула в ужасе.

А в следующий миг колба упала, и стекло разлетелось вдребезги, осыпая всё вокруг сверкающими осколками и сияющими молниями магии. Цветок извернулся в воздухе… и упал на четыре лапы.

Я растерянно села на упавшую балку.

— Что?

Лиус, задрав трубой хвост, стоял, не дыша. Зажмурившись, он будто ожидал смерти, но та не приходила, и тогда животное приоткрыло глаз.

— Где я? Кто я?

— Ты кот! — обвинила существо.

— Быть не может, — прошептал он и дёрнул хвостом. — Моей ведьмы давно нет в живых. Тебе мерещится, человечка.

— Лучше бы мне мерещился этот мини-апокалипсис, — ткнула пальцем в балку. — Всё рушится. Не забыл, что нам надо бежать?

— Ах, да, — кот осторожно тронул лапкой пол, будто тот был посыпан горящими углями. — Бежать. Нам надо бежать!

И припустил так прытко, что я, вскочив, едва смогла его нагнать. Лиус побежал не к выходу, как я предполагала, а, наоборот, вглубь дома. Пока всё вокруг содрогалось от страшных ударов, кот и я устремились в сторону дивного зимнего сада, где росли живые розы, и поскрёбся в дверь.

— Открывай!

Я выскочила на улицу и остановилась, не веря глазам.

— Где цветы?!

Ладно, если бы заколдованные девушки обратились обратно в людей, я бы поняла. Но они все пропали, и это меня расстроило. Ведь Лиус стал котом, и другие жертвы проклятия тоже должны были вернуть свой изначальный вид.

Дом сотряс удар такой силы, что одна из башен провалилась, и я вскрикнула от страха. А потом наступила тишина, и мы с котом переглянулись.

— Всё? — деловито уточнил Лиус.

— Ты меня спрашиваешь? — огрызнулась я. — Мне откуда знать?

— Тогда иди и посмотри, — нервно предложил кот.

— Лучше ты. У тебя девять жизней.

— Это суеверие, — недовольно буркнул он. — К тому же, драконы подрались не из-за меня. Неужели тебе не интересно, кто победил?

— Совершенно не интересно, — отрезала я и вдруг улыбнулась: —