Король Вечности - Л. Дж. Эндрюс

– Столько яда. – Костяшками пальцев я погладил ее по щеке. – Осторожнее с угрозами преждевременной смерти в мой адрес, любимая, иначе ты можешь украсть мое сердце.

На палубе члены экипажа натягивали снасти, некоторые все еще перелезали через борт после возвращения с суши. При виде меня и моей Певчей птички голоса поднялись в хоре возгласов и насмешек. Большинство из них были направлены земным фейри, запертым в горящем форте, но некоторые оказались смелее и бросали свои ругательства в сторону принцессы.

Ливия не сводила глаз с палубы, со ступенек, ведущих к штурвалу.

Тэйт ухватился за шершавые рукоятки, челюсти крепко сжаты; я даже мог разглядеть его сузившиеся глаза, прикрытые краем шляпы.

– Мантия?

Я развернул Ливию перед собой, положив ладонь на ее живот.

– Скоро, но теперь у нас есть чем торговать.

Тэйт продолжал хмуриться, но в его глазах мелькнул огонек азарта, который он редко демонстрировал. Позади него Селин облокотилась на перила, рядом с ней расположился Ларссон, кровь запеклась у него на подбородке.

Селин, чмокнув губами, слизнула жир с заостренных ногтей, а затем бросила в море кость птицы, украденной с маскарада.

– Какой ценный груз вы нам доставили, мой король.

Селин щелкнула зубами и рассмеялась, когда Ливия испуганно вздрогнула.

Ларссон перекинул кожаный мешочек с монетами между ладонями.

– Эти ублюдки собираются отправиться за нами.

Селин достала из чехла на поясе подзорную трубу и протянула мне. Длинные боевые корабли готовились к отплытию. В отблесках горящего форта виднелись бесконечные воины в доках.

– Они жаждут погони, давайте им ее устроим. – Я снова сложил подзорную трубу и взял штурвал из рук Тэйта.

Держа в одной руке штурвал, в другой – свою Певчую птичку, я повернулся лицом к команде.

– Что скажете, ребята? Готовы показать этим выродкам, что значит преследовать Вечный корабль?

Команда одновременно подняла кулаки и начала жуткую песню.

Мы батрачим, гнием…

Я притянул Ливию к себе.

– Держись за меня. Не хотелось бы потерять тебя по дороге.

Она оскалилась, обнажив зубы.

– Я скорее утону в пучине, чем прикоснусь к тебе.

– Как знаешь, любовь моя. – Я ослабил платок вокруг ее запястий и вернулся к штурвалу. – Поднимайте знамя, ублюдки! Море зовет.

С палубы доносились гул, ворчание и песнопения, когда команда разбегалась по своим местам. Четверо рослых мужчин собрались у грот-мачты и подтянули черный такелаж, поднимая к верхушке паруса потрепанное знамя Королевства Вечности.

Вдалеке раздавались звуки горна и боевые кличи.

Я бросил взгляд через плечо, заметив, как несколько ее людей начали безнадежное преследование. Их странные баркасы на веслах не шли ни в какое сравнение с гладким корпусом Вечного корабля.

Я посмотрел на Ливию.

– Попрощайся, Певчая птичка.

Взмах руки, и резкий порыв ветра подхватил кровавые паруса. Они шумно раскрылись, и корабль рванулся вперед.

Глава 11

Певчая птичка

Попрощаться.

Столь неожиданное требование, в которое мой разум отказывался верить, даже когда Кровавый певец отвернулся, а его крепкие руки сомкнулись на уродливых рукоятках… штурвала? Я не имела никакого представления об этом судне. Первое, что бросалось в глаза – огромные размеры и безвкусный вид. Ни одна поверхность не была идеально отточенной или гладкой. Ничего общего с нашими военными кораблями с их стройными змееподобными каркасами, с прямоугольными парусами, позволяющими поймать необходимый попутный ветер.

По бокам судна торчали черные шипы, напоминавшие сломанные кости, причем края были выгнуты таким образом, что вокруг корпуса образовывался пенящийся след.

Боевым кораблям Рэйфа, какими бы искусными они ни казались, нелегко было бы даже приблизиться к нему.

В душе мелькнула искра надежды, что это чудовище окажется ужасно неповоротливым, и Рэйф успеет перехватить нас перед Бездной. Но она тут же испарилась, как только Бладсингер поднял руку, и неестественный порыв ветра подхватил эти чертовы паруса. Они взметнулись, гулко затрещали и погнали темный корабль вперед.

Я споткнулась, больно ударившись бедром о перила, окружавшие верхний ярус. Это огороженное пространство, похоже, предназначалось для установки странного штурвала. Девушка, стоявшая за спиной, рассмеялась, беззлобно подмигнула и схватилась за одну из веревок.

Мой желудок сжался в тугую, пронизанную острыми шипами спираль. С приближением корабля тени Бездны все больше превращались в нечто иное, где вода неистово кружилась и металась, напоминая кипящий на огне чайник.

Нас, как рыбу, попавшую на крючок, пожирала безжалостная Бездна.

Беглый осмотр палубы показал, что никого, кроме меня, это ничуть не смущает.

Бладсингер негромко напевал возле штурвала пугающую мелодию, похожую больше на зловещее предзнаменование. Его голос звучал удивительно ласково, как будто он пел балладу, посвященную погибшей возлюбленной.

Однако помимо пугавшей красоты в глазах мужчины мелькал зловещий огонек, а шрам, рассекавший губу, придавал жуткое выражение. Он был отвратительным, ничтожным, но я не могла оторвать от него взгляд.

А сейчас мерзавец ловко управлял штурвалом. Там, где корабль раскачивался в одну сторону, он поворачивал рукоятки в противоположную. Его чудовищное судно танцевало в такт с ним.

– Держитесь крепче, парни! Скоро вернемся домой! – Костлявый мужчина разразился злобным хохотом над морскими брызгами, размахивая рваной кожаной шляпой против ветра.

– Последний шанс, Певчая птичка. – Бладсингер протянул одну руку, жестом призывая держаться за него. – Даю слово, я тебя не отпущу.

Демонстративно повернувшись к нему спиной, я решила рискнуть. Черт возьми, Бездна может выплюнуть меня обратно, стоит только упасть за борт.

Или… переломать все кости.

Вокруг было сыро, и хотелось смочить пересохшее горло. Платок, завязанный на запястьях, нещадно натирал кожу. Если бы я оказалась за бортом, как бы поплыла, скованная таким образом?

– Держитесь крепче! – крикнул вновь Кровавый певец команде.

Боги, даже проклятый король держался за острые рукоятки, его колени слегка согнулись.

Громогласный рев Бездны раздавался все ближе. Носовая часть корабля накренилась, и я ударилась о поручни, сердце бешено заколотилось. Проклятье. Мы погружаемся в водоворот. Вода хлынула на палубу, потом на первую мачту, затем на центральную, словно подводное существо заглатывало нас.

Возможно, с рассветом я стану презирать себя, но не успела я толком опомниться, как оказалась прижатой к Бладсингеру, а пальцы вцепились в его тунику. Он не оттолкнул меня в сторону (в последние мгновения возникло подозрение, что так оно и будет), а изящным движением поставил между своим телом и уродливым штурвалом. Обе его руки держали меня в тисках, а сам он продолжал сжимать рукоятки.

– Посмотри на меня, Певчая птичка, – почти ласково произнес он мне в ухо.

Морская вода стремительно ползла вверх по лестнице. Король притянул меня к себе