Путь Благости - Юлия Галынская

— Но в его имени нет приставки Хан!

— Я тебе больше скажу, в его родовой книге и упоминаний об этом нет. Но мы знаем историю всех старших родов, что зародились при противостоянии Тьмы и Света.

— Я так понимаю, этот Алан был не простым человеком.

— Непростым. В роду Де Калиаров нет простых сыновей… Как Литэя смогла связаться с ним, не понимаю… И еще ребенок…

— Что тебя тревожит?

— Ты же знаешь о проклятье, что коснулось всех, кто выжил в последнем бою с Тьмой?

— Да, проклятье рода Алиран заключалось в том, что как только дети этого рода сойдут с пути Благости, их ждут страдания, что будут множиться с каждым годом.

— Именно. Тьма хотела проверить, как долго мы сможем поддерживать Свет и идти своим путем. Но у рода Де Калиаров все было иначе. Тьму задела их огромная любовь к своим чадам, и она связала проклятьем их силы. Если у мужчины этого рода умирает ребенок до трех лет, то тот теряет все свои силы, а если по исполнении ребенком десяти лет отец не будет заниматься воспитанием своего чада, то и у ребенка больших сил не будет.

— Но ребенок-то жив. Значит, проклятье не коснется его отца.

— Меня тревожит другое. Если Литэя одна, а отец ребенка не с ней. То знает ли он о ребенке? Де Калиары — старшая аристократия, почувствовать рождения малыша смогут многие, и тогда наше Убежище будет под угрозой раскрытия. Но если даже это все пройдет спокойно и малыш выживет, какую судьбу он возьмет себе в десятилетнем возрасте? Отца или матери? Оба наших рода одни из сильнейших.

— Ты сказала, если выживет?

— Если выживут они оба, — я кивнула на Литэю. — Она ступила на тонкую грань между жизнью и смертью. Если она догадается объединить свои силы с родовым артефактом, то сможет противостоять отраве и выжить. Но если испугается наследия, если отступит… Её дитя не выживет, силы не проснуться, мы потеряем свое наследие окончательно и...

Итог проигрыша я озвучить не смогла, не хотела, но ЛиХан хмуро смотря на Литэю все же договорил.

— Ниллард придет на наши земли и Мир Белого Волка падет.

Глава 10

Король Ариан

Королевская стража поклонилась и вышла из зала, запирая за собой двери. Моё кресло находилось на возвышении, открывая на обозрение три ряда сидений, стоящих полукругом вокруг площадки ораторов. В данный момент я приказал удалиться всем, кроме тех, что хмуро переглядывались между собой.

Понимали, разговор будет не из приятных. Отступать я не собирался, но мнение этой семерки, по-прежнему было важно для меня. Каждого из них я признавал своим другом и соратником. Каждого уважал и называл своим генералом, и лишь одну во всем мире жаждал назвать своей королевой.

— Не стоило этого делать, — тихо проговорила Олесия.

Моя любимая, как всегда, была спокойна, руки чинно сложены на коленях. Полный самоконтроль. Вот только любящее сердце не обманешь, чуть больше обычного сжаты губы, подвеска в ухе дрожит от сдерживаемых чувств.

— Да? — Мила, в отличие от Олесии, своих чувств не сдерживала. Вскочив, обернулась к подруге и строго вопросила. — А что, по-твоему, стоило?

— Прислушаться к их советам.

Да, совет рекомендовал оставить ее, найти себе новую спутницу и королеву. Вот только, я не собирался слушать такие советы.

— Если бы мы слушали их советы, то стали бы демонами, — хмуро поддержал мои мысли Леон.

— Но они правы, королева…, — Олесия болезненно переживала поставленный целителями диагноз. После воздействия скверны, тело любимой стало бесплодно.

— Перестань! — Мила осадила подругу и, не обращая внимания на ранги, прошла в первый ряд и уселась передо мной на место герцога Де Калиара. — Я считаю, ты прав! Мужчина сказал — мужчина сделал, — заявила она с вызовом.

— Но Ариан не просто мужчина, — заметил Седрик. Он любил Милу, но, в отличие от её пылкости, обладал ледяным спокойствием и рассудительностью. Поднявшись, он так же прошел в первый ряд и усевшись рядом, пояснил. — Он король. Общие правила на него не распространяются.

— А по мне, именно король должен подавать пример своим подданным. И не только следить за тем, что говорить, но и выполнять, если уж пообещал.

— Никто, кроме вас, не знает об этом обещании, — заметила Олесия.

— Какая разница, кто знает? — хмыкнул Риг. Чернокрыл поднялся, оперся на спинку стоявшего перед ним кресла. — Лишь слово и уже завтра об этом будут знать все. Вопрос в другом. Нужны ли эти разборки? Время сейчас не спокойное, младшая знать напугана. Ниллардцы выпускают демонов везде, где только можно. Если начнутся споры из-за королевы, покоя людям это не принесет.

— Согласен, — Рог встал рядом с братом, — но их причины отказа не обоснованы. Им хочется выдать своих дочерей за Его Величество и, тем самым, получить место в королевском доме.

— Согласен с Рогом, — Мирран, с одетой на лицо полумаской, не вставал, как и Олесия. Слабость, после ранения и отравления скверной, не прошла и, хотя Леон выжег тьму с их тел, восстановление шло медленно. — Волнения в нашем королевстве не утихают. Хоть мы и вернули трон Ариану, но регент сбежал, и все воспринимают это как приглашение к дележу власти.

Я обвел всех взглядом. Леон, сложив на груди руки, хмуро пялился в кресло, стоявшее перед ним. После гибели Литэи, он больше не улыбался. А если и делал попытки, то это походило на жуткую маску. Словно у него мышцы на лице перекорежило. Я молчал. Ждал его слова. Его мнения.

Мы дружили с ним с детства. Пока были живы мои родители, встречались на праздниках, или когда его отец приходил к моему с отчетами. После гибели родителей это прекратилось. Регент оградил меня от любого общения со сверстниками, но герцоги Мирослав и Де Калиар вмешались. Они потребовали право своим детям занять полагающие им места рядом с королём. Регент, под явное неудовольствие своих друзей ниллардцев, был вынужден с этим согласиться, и вернул мне Леона с довеском в виде Седрика.

Присутствие рядом друга, понимание, что теперь я не один, дало сил пережить мою утрату и не сломаться. Он и Седрик стали моими верными спутниками, а после того, как мне разрешили посещать учебу за пределами королевского дворца, в нашу компанию влились неугомонные Чернокрылы, что боготворили Леона, и Мила с Мирраном. Я подозревал, что Седрик привел их в нашу компанию, чтобы составить себе группу поддержки при противостоянии Леону. Но я оценил каждого из них по