Измена. Новая жена дракона - Адриана Вайс

Стоит нам приблизиться, как один из гвардейцев, с небольшим шрамом на верхней губе, предупреждает.

– Прошу прощения, но господин Маркос занят. он не хочет, чтобы его беспокоили.

Причем, он тоже полностью игнорирует меня, обращаясь исключительно к Раулю.

Странно. Чем таким может заниматься Маркос, если он даже охрану выставил? Не припомню такого, чтобы хоть раз он выставлял охрану.

– Не зазнаешься ли ты, Урбан? – грозно отвечает ему Рауль, – Перед тобой супруга господина Маркоса и глава его личной гвардии, ТВОЙ начальник.

Голос Рауля дрожит от возмущения.

Гвардейцы нервно сглатывают и опасливо переглядываются, но Урбан стоит на своем.

– При всем уважении, господин Рауль… я понимаю как это выглядит, но это личный приказ господина Маркоса.

Я уже хочу сказать Раулю, что все в порядке, я могу зайти и позже – может, у Маркоса какой-то важный гость, но глаза Рауля вспыхивают ярким огнем.

– Расступитесь, – его голос скатывается в грозный рык, – Если того потребует господин Маркос, я лично понесу наказание.

После этого, гвардейцы неуверенно отходят в сторону, пропуская нас к двери.

Чем ближе я приближаюсь к ней, тем больше переживаю, что и правда могу отвлечь мужа от чего-то важного. Он хоть и требовал от меня отчетов, но что если нашим визитом я поставлю его сейчас в неудобное положение?

Я нерешительно замираю возле двери и слышу очень приглушенный, едва различимый, отрывок разговора. Один голос – сильный и уверенный – явно принадлежит Маркосу, а вот второго я не знаю. Голос женский, тонкий и будто бы насмешливый.

– …когда ты ей все расскажешь о наших планах?

– Сегодня вечером, как только она вернется.

Я кладу ладонь на дверную ручку и растерянно замираю. Кому принадлежит этот противный женский голос и о каких планах должен рассказать мне Маркос?

– Роду Баррего нужен наследник, так что нет смысла оттягивать неизбежное.

Что он имеет в виду? Наследник, неизбежное…

Сердце испуганно ухает вниз. Я догадываюсь, что речь идет обо мне, но совершенно не понимаю, чего хочет Маркос.

Или… не желаю понимать?

– Мне даже жаль эту ущербную… – за дверью раздается заливистый женский смех.

Ущербную?!

Это словно действует на меня словно пощечина. Дыхание перехватывает, а в глазах темнеет. Нет никаких сомнений в том, кого именно неизвестная мне стерва назвала ущербной.

Больше чем когда-либо сейчас мне хочется, чтобы сейчас Маркос защитил меня, мою честь. Чтобы велел стерве заткнуться или как-нибудь осадил ее, но… Маркос просто молчит.

Он ни поддерживает ее, ни парирует. Он игнорирует ее слова, будто они для него ничего не значат. Будто говорят не обо мне, а о какой-то разбитой по дороге вазе.

Во мне вспыхивает настолько острое и жгучее чувство обиды, что я распахиваю двери и вхожу к нему в кабинет.

– Кто здесь ущербная? И что вы мне хотели рассказать?

Я окидываю взглядом кабинет и от того, что я вижу, мне становится дурно. Я с трудом сдерживаюсь, чтобы не упасть в обморок, потому что никогда в жизни я не думала, что буду свидетелем настолько унизительной и позорной сцены.

Маркос лежит на кушетке в дальнем углу кабинета на животе, но при этом, он совершенно голый. Мой взгляд непроизвольно задерживается на его длинных темных волосах, совершенном теле, накаченных ягодицах. Но вот рядом… рядом с ним на спине, обвивая его шею руками, лежит молодая блондинка с огромными формами, длинными локонами и кукольным личиком. Тоже абсолютно голая.

Увидев меня в дверях, блондинка ловит мой взгляд и нахально улыбается.

Теперь то я ее припоминаю. Эта наглая улыбка, бледная кожа, самоуверенное выражение лица и презрительный взгляд… герцогиня Долорес Диес собственной персоной. Новая жена герцога Амадо Диеса, который потеряв свою первую супругу, в этом году сыграл новую свадьбу.

И теперь, она, замужняя женщина, спит с моим мужем, у меня за спиной…

От осознания этого факта становится не просто противно, а мерзко. Хочется тот же час развернуться и выбежать отсюда прочь. Меня удерживает только желание понять о чем они говорили за этой дверью..

– Ирен, – Маркос поворачивает голову и вонзает в меня недовольный взгляд, – Тебя не учили манерам? Врываться вот так в кабинет мужа – это просто неприемлемо.

От такой постановки вопроса у меня внутри все переворачивается. Это смеет говорить человек, который чуть ли не на глазах его законной супруги, трахает чужую жену.

– В этой комнате только одна ущербная, – гадко лыбится Долорес, даже не думая прикрываться, – Та, кто не может сразу забеременеть от Маркоса.

Что?!

Я в шоке смотрю на нее, пытаясь уложить в голове правильно ли я поняла эту стерву.

– Все именно так, – надменно отвечает она, поглаживая свой живот, – Я беременна от Маркоса. А ведь я даже не истинная…

У меня перехватывает дыхание, я чувствую что еще немного и земля уйдет из-под моих ног.

– Маркос… то, что она сказала… это правда?

Глава 2

– Маркос… то, что она сказала… это правда? – мой голос дрожит, я едва могу соображать.

– Чистейшая, – раздается уверенный голос мужа, – Наш лекарь подтвердил, что Долорес уже на втором месяце.

– На втором…

Драконьи боги, может ли что-то ранить меня еще больнее, чем это?

На втором месяце!

Это значит, что Маркос не просто был с ней, пока я ездила по целителям в тщетной надежде понять почему я не могу зачать ребенка. Он уже тогда поставил на мне крест!

– Но почему… Маркос… почему ты так поступил со мной?

– Потому что брак с тобой был ошибкой. Скорее всего, как и метка. Иначе, я никак не могу объяснить то, что истинная не может даже забеременеть от дракона. Такое происходит только с “простыми” людьми.

Он произносит слово “простыми” настолько презрительно, что у меня наворачиваются слезы на глаза. Мне приходится изо всех сил сжать кулаки… так, чтобы ногти впились в ладонь… лишь бы не разреветься перед ним и перед этой стервой.

– А знаешь что еще происходит с “простыми” людьми? – стараясь контролировать голос, чтобы он не дрожал и не сбивался на шепот, копирую его интонации, – Даже если они и приносят дракону ребенка, он рождается полукровкой.

– Ах, – Долорес изображает