Трилогия «Система» - Сия Тони

Касиум, казалось, изучал меня. Его глаза блеснули интересом.

– Мы все исправим, – воодушевленно произнес он, едва заметно улыбнувшись, а в его глазах сверкнул огонь. Он резко выпрямился. – Все в наших руках.

– За перемены придется заплатить высокую цену.

– Пусть так.

Атанасия

– Ати, как прошел твой день? – спросил Лион, усевшись за стол последним.

Вернувшись с работы, он застал меня на кухне, в то время как Райан и Лир веселились перед голограммой какой-то игры в гостиной. Обменявшись со мной нежными объятьями, Лион поспешил переодеться, чтобы спуститься к ужину, над которым я корпела битый час. Не прекращая говорить о своем, его младший брат и мой сопровождающий ворвались на кухню, видимо просто для того, чтобы понаблюдать за готовкой. Изредка принюхиваясь к витающим в воздухе запахам еды и подбадривая меня слащавыми комплиментами, эти два нахала смиренно ждали, когда я накрою на стол.

Играя в добродушную домохозяйку, я избегала взглядов и разговоров с Райаном. Только когда все принялись за ужин, рассевшись друг напротив друга, я с облегчением выдохнула и расслабилась.

– Было весело, – начала я, привлекая к себе внимание сразу трех мужчин. – Ты знал, что на Верум вернули выбывших участниц?

– Нет, – любуясь мной, Лион совсем позабыл о тарелке с едой перед ним.

– Мы тоже были удивлены, что не помешало прекрасно провести день. Нам разрешили развлечься на улицах Кристаллхельма. Я показала девочкам вертикальные сады.

– Ты бы видел, как на нашу нездоровую компанию пялились прохожие, – добавил Райан, с азартом уминая свой ужин.

– Почему? – спросил Лион, не отводя от меня взгляда.

– Ну, видимо, мы вели себя как туристки, – попыталась объясниться я.

– Ага. Они распугали всех детей в зоне гравитационных аномалий, – кинул Райан, забавляясь.

– Теперь я понял, – сказал Лион, погладив меня по спине. – Маленькие земляночки веселились от души.

– Может, и так, – улыбнувшись, согласилась я.

Лион облизнул губы, прежде чем, приблизившись, оставить невинный поцелуй на моей щеке.

– Им бы сначала этикету поучиться, а уже потом об отношениях думать, – проговорил Райан, намекая на то, что участницы проекта дикарки.

И я могла бы подобрать достойный для уровня его колкости ответ, только вот, зная о его симпатии, теперь мне было больше незачем защищаться.

– Ты такой внимательный, – выдала я, кинув в него скомканную салфетку.

– Альби, а ты хочешь сказать, я не прав? – ехидно улыбнувшись, спросил Райан, вытянув под столом ноги и коснувшись моих.

Растерявшись, я поджала ноги и смущенно отвернулась.

Я снова мысленно ругала Лира за то, что он привнес в мою ранее комфортную повседневность новую тему для переживаний. Вместо того чтобы привычно продолжать словесную перепалку, я стыдливо представляла, о чем думал Райан, намеренно касаясь меня под столом.

Звонко отодвинув стул, я оправдалась желанием добавить в свой напиток лед, чтобы скрыться из поля зрения верумианцев. И только вернув себе утерянное расположение духа, я вернулась за стол.

– Что слышно о последнем испытании? – спросила я чуть громче, даже не взглянув на Лира. – К чему стоит готовиться?

– Нас ни о чем не предупреждали, но, может, холостякам что-нибудь известно, – ответил он.

– Ничего, – сухо произнес Лион, не намереваясь вдаваться в дискуссии.

– А нам позволят увидеть смонтированные серии до того, как их покажут на Веруме и на Земле? – поинтересовалась я, снова взглянув на Лира.

Мой сопровождающий не успел ответить, так как его опередил Райан:

– Уже терзает ностальгия?

– Мечтаю взглянуть с самых разных ракурсов на то, как твой старший брат обучает тебя основам этикета посреди лесной глуши, – не скрывая злорадной улыбки, ответила я.

– О чем это она, брат? – настороженно уточнил Райан.

– О да! Думаю, эта сцена станет одной из моих любимых. То, как ты кряхтел и брыкался, – искусство! – дразнил его Лир. – Хочу узнать, то были слезы в твоих глазах или мне показалось.

Уставившись на Лиона широко раскрытыми глазами, младший брат шокированно ждал ответа.

* * *

– Скучала? – закрыв за нами дверь, прошептал Лион, понемногу предаваясь мраку.

– Конечно, – я нежно улыбнулась.

– Что тебя тревожит? – развалившись на кровати, аккуратно поинтересовался он, утягивая меня за собой.

Преодолевая первые волны мучительного страха, я прильнула всем телом к оголенной груди Лиона, поудобнее усаживаясь в его объятиях.

– Все и сразу, – с тяжелым вздохом ответила я. – Последние дни проекта, странный медицинский осмотр, неожиданное возвращение выбывших участниц… – перечисляла я, не останавливаясь, – взволнованные лица советников, которые за всем сегодня наблюдали, фазовые фантомы, следовавшие за нами по пятам…

– Ати, милая, совсем скоро все это будет позади, – подбадривающе поглаживая меня по спине, напомнил Лион.

– Да, я знаю, но от этого тоже нелегко. Помнишь, ты говорил, что попробуешь узнать, что нас, землянок, ждет на Веруме после проекта?

Глава 27

– Тебя ждет жизнь верумианки из элит, – спокойно ответил Лион.

– Полноправная?

– Несомненно.

– Значит, мне не стать твоей домашней зверушкой? – с игривой издевкой спросила я.

– Только по собственной инициативе, – широко улыбнувшись, ответил Лион. – Хоть священной нимфой или драгоценным божеством. Любой из твоих прихотей будет место в моем сердце.

– Вот уж спасибо! – Я расплылась в ответной улыбке, прежде чем снова тяжело вздохнуть. – Ты знал, что выбывшим участницам проекта стирают память перед возвращением на Землю?

– Да, – напряженно признался он, – но это лишь предосторожность. Как только проект подойдет к концу, а Система подтвердит искренность чувств финалистов, всем землянкам вернут изъятые воспоминания.

– Но почему? Зачем так поступать с нами? – ошарашенно спросила я.

– Совет не уверен в успехе нашего эксперимента, – пожав плечами, объяснил Лион.

– Но это бесчеловечно, – прошептала я.

– Как и многое другое в рамках эксперимента на Земле, – стиснув зубы, добавил он. – И мы это исправим.

Лион посмотрел на меня с грустью. Его объятия стали крепче, словно он пытался защитить меня от всей боли и несправедливости его мира.

Сердце сжалось от сочувствия таким же людям, как и я сама. Все мы были лишены свободы воли, а наши судьбы определяли те, кто считал нас лишь инструментами для достижения аморальных целей.

– Что на самом деле делали советники на нашем сканировании? – поинтересовалась я.

– Не знаю, – произнес он мягко. – Может, это часть представления или банальное недоверие к земным врачам, которые осматривали вас до начала проекта…

– И что? Заподозри они в нас какую-то болезнь, последовал бы карантин, изоляция и на убой? – унимая разбушевавшуюся ненависть и злость, прошипела я. – Вот такой у нас уровень романтики на шоу.

Округлив глаза, Лион растерялся, осознавая суть моего предположения. Отстранившись, он поднялся с постели и стянул за