Пообещайте мне любовь - Анюта Тимофеева
Хельга
Да, зря я в душе его мать осуждала. Я думала, что она его все-таки избаловала и к жизни не подготовила. А теперь понимаю, что по-иному нельзя было. Она же не виновата, что у нее такой нежный цветочек родился. Его нельзя перевоспитать, изменить характер, можно только сломать. А ломать его нельзя, даже я себе этого никогда не позволю.
Рада ли я, что он не инопланетник? Пожалуй, рада. Все-таки я не встречала мужчин с других планет, которых могла бы долго выносить. Они либо наглеют, либо пугаются, либо просто меня раздражают.
Правда, сейчас мне самой не понравилось, когда, узнав, что мой новый знакомец родом с Венги, я стала меньше себя сдерживать. Нам обоим будет лучше, если я буду вести себя с ним осторожнее, потому что очень легко сбиться на поведение обычной венговской госпожи, и тогда я этого мальчика потеряю. Пропадет его искренность, появится страх… Наверное, даже хорошо, что у него есть такая строгая мама, воспоминания о которой тоже сдерживают меня. На самом деле, я восхищаюсь такими женщинами: она воспитала наследницу, вполне достойную, если судить по тому, что я слышала, и она хорошо воспитала своих сыновей, одного из них — точно.
* * *
В дверь осторожно постучали, и вошел Эрик, буквально сияя и излучая благодарность.
— Госпожа, спасибо за гарем! — видимо, от полноты чувств он опустился на колени у ног Хельги и поднял счастливое лицо. — Спасибо. Я даже сам не понимал, как боялся этого знакомства. Чем вы их так напугали? — хитро улыбнулся он.
— Мальчик, а ты не думаешь, что они просто слушаются меня? — демонстративно нахмурилась Хельга.
— Простите… — искренне смутился тот. — Просто в прошлый раз госпоже было все равно. Конечно, мужчины должны слушаться свою хозяйку… — он явно был расстроен.
— Я действительно напугала их, потому что мне не все равно, — ответила Хельга, понимая, что ходит по тонкому льду. — Можешь ничего не бояться в гареме нашего дома.
За сияющее лицо своего гостя Хельга готова была построить гаремы всех домов Венги; а вот сейчас Эрик закрылся. Он прекрасно знал правила поведения наложников, и позволял себе быть искренним только с теми, кого любил и доверял. От нее он закрылся этим отрепетированным поведением. Но ведь она бы простила эту безобидную шутку инопланетнику, так почему сейчас так отреагировала? Ответ — она еще не привыкла к эмоциональности своего гостя и к тому, что ее беспокоят его чувства.
— Эрик… — она взяла его лицо в ладони, машинально чуть поглаживая скулы, и помолчала, собираясь с мыслями, — я не хочу, чтобы ты боялся меня. Ты в любой момент можешь попросить своих родных, чтобы они забрали тебя домой, я видела твой браслет с мобильником и не собираюсь его забирать или запрещать носить. Но у меня не было ни инопланетного мужчины, ни местного, который бы действительно что-то для меня значил. Я тоже учусь с тобой обращаться и иногда забываю, чего я хочу. Молчаливого вышколенного наложника я не хочу, я хочу искреннего живого мальчика.
— Простите, госпожа, — уже спокойнее сказал Эрик. — Я ведь так хотел вас поблагодарить за то, что вы ради меня сделали, и пошутил неудачно, получилось, что обидел вас.
— Я когда-нибудь попрошу тебя продемонстрировать свое самое развязное поведение, — усмехнулась Хельга, — мы тогда вместе решим, так ли это страшно для тебя и для меня. Может, в итоге мы станем образцово-показательной парой, которую сама Первая будет демонстрировать инопланетникам, чтобы они не боялись «леди с Венги», — закончила она, снова улыбаясь своим фантазиям.
— А что я могу сделать для вас, госпожа? — спросил Эрик.
— Ну, можно продолжить с того места, на котором мы остановились в прошлый раз, — улыбнулась Хельга.
«Вроде бы я должен инициативу проявлять? — подумал Эрик. — Или нет… я не понимаю, кем я ей нравлюсь больше — инопланетником или образцовым наложником. Беда в том, что образцовым наложником я быть не хочу. Один раз попробовал — мне совсем не понравилось. Может, попробовать как-то ее соблазнить как инопланетик? Она же летает на другие планеты, и вряд ли там покупает рабов»
— А вам бы понравилось, госпожа, если бы я… — мечтательно протянул Эрик и, будучи в каких-то своих воспоминаниях, продолжил, — девушкам всегда нравилось.
— Каким девушкам? — Хельга изумилась, не совсем понимая, о чем он говорит.
— В Венгсити… — Эрик понял, что зря он это сказал. «Дурак, дебил!» — не то, чтобы он собирался что-то скрывать, но рассказывать одной женщине о других — ну очень было умно!
И он угадал правильно — Хельга не обрадовалась.
— Это какие девушки? — повторила она.
«Да какого черта! — вдруг возмутился про себя Эрик. — Главный человек в моей жизни — мама, а она разрешила, нет, более того — она предложила. Да, Хельга не догадывалась о такой его свободе, а если бы ей кто-то потом рассказал, она бы разозлилась? Решила бы, что он ее обманул? Судя по тому, какой оттенок начал принимать их разговор, зря она о нем беспокоилась и ради него весь гарем на уши поставила. Как-то надо было раньше откровенно поговорить. Но как, спрашивается?"
— Моя мама разрешила отцу отвезти меня в Венгсити, к… девушкам, — он покраснел, произнося последние слова. Кажется, все равно грубо прозвучало. — И, в общем, я попробовал континентальные, земные отношения. Мне понравилось.
Ну, все, сказал — как прыгнул в холодную воду. Разозлил ее, точно. Наверное, будь на его месте перед Хельгой какой-то другой парень, местный, который уже принадлежал бы ей, он бы такое получил… вряд ли бы выжил. А Эрик, вот, спокойно обо всем рассказал.
— Понравилось? — сощурилась Хельга. — Что же тебя мать насовсем на Земле не оставила?
— Моя мама поступила так, как посчитала нужным! — ну, все, понесло. Главное, он сам понимал — если бы с его матерью или сестрой кто-то говорил в подобном тоне, то этот грубиян и идиот долго бы не смог сидеть. И ходить, наверное, и стоять… и Эрик первый бы согласился со справедливостью подобного наказания. Так что же его несет сейчас? С чего все началось? Уже и не понять. Он, что, Хельгу проверяет? Провоцирует? Да нет, он просто идиот, у которого с головой проблемы, и он не ценит хорошее в своей жизни.
Его размышления прервала пощечина. Это Хельга еще долго терпела. Она за волосы подняла его лицо к
