Ритуал на удачу: дроу и 40 кошек в придачу - Лина Калина
— Это было ловко, лорел, — похвалила я. — Значит, вызвав ритуал на удачу, я привлекла тебя и каким-то образом повлияла на этот артефакт? Хм... У нас в академии нет животных. Это запрещено, и у ректора аллергия на кошек...
Он молчал, только уголки губ дрогнули в усмешке.
— Лорел, снова не станешь со мной говорить?
Нет ответа. Я вздохнула.
— И что мне с тобой делать? — спросила скорее себя, понимая, что уйти он не может. Я посмотрела на ониксовую кошку. — И говорить ты, видимо, тоже не считаешь нужным.
— Гаррет Ворн ещё преподаёт? — внезапно спросил дроу.
— Э-э, да… — ответила я, растерянно.
— Хорошо. — Дроу запахнул на себе поплотнее штору и направился к выходу.
Я последовала за ним. Наши шаги отчётливо отдавались в тишине коридора. Мы двигались молча, словно каждый был погружен в свои мысли. Дроу вскоре повернул направо, и мы продолжили путь по извилистому коридору академии.
— Значит, ты уже бывал здесь, лорел? — пыталась выяснить я, заметив, что дроу выбрал правильный путь к кафедре рунной магии. — Почему не отвечаешь? Мы ведь уже выяснили: ты меня понимаешь. Я почти не сержусь.
Он не ответил и даже не обернулся.
Я зло сверлила красную занавеску, которая обвивала гибкую фигуру.
«Он меня игнорирует!» Раздражение росло, и мои несчастные щёки снова горели.
Дроу шёл, высокомерно вскинув голову и не обратив внимания на студентов, которые с ошарашенным видом прошли мимо, наблюдая за моей «удачей».
Глава 22
Финетта
— Лорел.
Он не ответил.
Мои губы сжались в тонкую линию. «Не желаешь уступать? — мысленно задала вопрос и тут же себе ответила: — И я упряма». Решено — тоже перестану с ним разговаривать. Мы свернули за угол, и тут стайка студентов-оборотней, шнырявших по коридору, бросилась врассыпную. Дроу не удостоил их взглядом, а они с интересом смотрели вслед.
«Кажется, я проклята, — подумала с сарказмом. — И никакая магия не спасёт. Или же этот высокомерный дроу — моё воплощённое проклятье?»
Вздохнув, вспомнила, что забыла блокнот в комнате для самостоятельной работы. И конечно же, дроу тоже оставил там свою странную статуэтку кота. Но видимо, это его нисколько не волновало.
Мой разум упрямо твердил: вещи в кабинете никто не тронет. Но мысль, что кто-то найдет блокнот, не давала мне покоя.
«Нужно будет обязательно вернуться!» — с этой мыслью ускорила шаг, стараясь догнать удаляющегося дроу. Он не пожелал меня дождаться, и я, летя по коридору, чуть не врезалась в его спину у двери из тёмного дуба. На табличке золотом блестели слова: «Профессор Г. Ворн, заведующий рунной кафедрой».
Следом за дроу, вошла в кабинет профессора, оказавшись здесь впервые.
— Гаррет, — обратился дроу, запахивая на себе штору. Он подошёл к письменному столу, заваленному стопками бумаг и руническими камнями.
Профессор Ворн, высокий брюнет, стоял у окна, выходящего в академический сад. Подоконник украшали бегонии в горшках, которые мужчина поливал из изящной медной лейки. Внезапный звук голоса заставил его вздрогнуть, и струя воды из лейки угодила на лакированные туфли. Господин Ворн выругался, с грохотом ставя лейку обратно на подоконник.
— Элкатар? Не может быть! — воскликнул он, переводя взгляд с дроу на меня. Тёмно-синие глаза выражали удивление.
— Со мной, — отрезал дроу, словно поясняя моё присутствие. — Нужна твоя одежда.
Ворн не ответил. Он провёл руками по тёмным, слегка поседевшим вискам, и его брови взлетели. Казалось, он не верил своим глазам. Давно ли они не виделись с "моей удачей"? Наш неожиданный визит застал профессора врасплох.
— Что тут непонятного, Гаррет? — проворчал дроу. — Посмотри на принца дома Алеан'етт. — Он снова элегантно запахнул штору, которая колыхалась, норовя раскрыться и продемонстрировать кинжалы и пояс, украшавшие обнаженное тело. — Мне. Нужна. Твоя. Одежда. Потом верну.
В кабинете повисла тишина, которую нарушало тиканье часов на стене.
— О боги, конечно, Элкатар! — спохватился Ворн. — Я одолжу тебе одежду. Но за ней придётся пройти в мои личные покои.
— Тогда поторопимся, — сказал дроу и перешёл на язык, напоминающий древний эльфийский.
К моему удивлению, профессор Ворн уверенно ему отвечал.
Мои щёки залились румянцем. «Негодяй!» — мысленно обругала дроу, отводя взгляд от его насмешливого лица.
Пока они беседовали на эльфийском, я от скуки начала скользить взглядом по полкам с книгами, уходящим ввысь до самого потолка. Древние манускрипты соседствовали с современными фолиантами по рунной магии. На одной из стен висела карта мира, испещренная загадочными рунными символами. Другие стены украшали артефакты, источающие еле уловимое магическое свечение: старинные астролябии, лупы в медных оправах, таинственные знаки, высеченные на каменных табличках. "Интересно, что же они означают?" — невольно подумала я.
Внезапно профессор Ворн расхохотался, глядя на дроу:
— А ты говорил, что никогда в жизни не будешь иметь дело с людьми! — воскликнул он, утирая слезы.
Дроу нахмурился. Его заострённые уши прижались к голове.
— Просто молчи, Гаррет, — прорычал он. — Даже не начинай.
Ворн фыркнул и, обратившись ко мне, спросил:
— Ваше лицо мне кажется знакомым, мисс. Не вёл ли я у вас курс рунной магии?
— Да, — чопорно ответила я, чувствуя, как щёки становятся ещё горячее. — Меня зовут Финетта Андертон.
— Ах, так вы та самая любимая ученица господина Пибоди?
— Боюсь, что уже не совсем, — усмехнулась я.
— Вот как? Вы должны мне обязательно рассказать эту историю, мисс Андертон.
— Давайте уже прекратим любезничать, — мрачно проворчал дроу.
— Как я всегда говорю, друг мой, никогда не говори никогда, — подшучивал Ворн, на что дроу лишь хмыкнул, отводя взгляд.
Заперев дверь кабинета, профессор повёл нас в личные покои. Ворн не умолкал ни на миг, хотя его комментарии становились все более шутливыми, игнорируя явное раздражение "моей удачи".
— Кажется, я начинаю понимать, почему мой друг так благосклонен к вам. Я спокоен за Элкатара, — заметил профессор, словно благословляя наш странный союз с дроу. — Он в надёжных руках.
— Хватит, Гаррет, — отрезал дроу.
— Наш друг утверждает, что не переносит людей. Но между нами, мисс, это не совсем так, — шепнул Ворн, вызвав гневный взгляд лиловых глаз. — Элкатар не так уж и ненавидит нас, как говорит.
К счастью, мы уже ступили в покои профессора, которые отличались не только аккуратностью, но и уютом. Комната была оформлена в светлых тонах. Бледно-коричневые занавески мягкими складками ниспадали с высоких окон, заливая комнату рассеянным светом. На полу лежал пушистый
