Попаданка для чудовищ. Без права голоса - Тина Солнечная
Я, конечно, не послушала. И тогда он действительно провёл пальцами по моим бокам — лёгкий, игривый укол. Я вздрогнула и, несмотря на ком в горле, беззвучно рассмеялась. Он повторил — сильнее. Я заёрзала, отбиваясь ладонями, а он, смеясь, безжалостно «наказывал» меня щекоткой ещё и ещё.
— Вот, — проговорил он сквозь собственный смех, — когда ты смеёшься, это понятно даже в темноте по тому, как ты мило вздрагиваешь.
Мы боролись на кровати почти по-детски: я пыталась перехватить его руки, он ловко уворачивался; я тянулась за запястьем — он выскальзывал и снова находил то самое место на моём боку. Смех рвался наружу, без звука, но так, что дышать становилось трудно; я закусывала губу, он смеялся уже вслух, и в какой-то момент мы одновременно попытались перевернуться…
Я оказалась сверху, сижу на нём, упираясь ладонями в его плечи, а он придерживает меня за талию. Скорее всего, он собирался снова щекотаться мои бочка. Но мы оба почему-то замерли. Смех — тоже. Тишина стала плотной, как ночь за окнами. Наши лица — в сантиметре друг от друга. Его дыхание касается моих губ; мои пальцы всё ещё лежат у него на ключицах; в темноте блеснули его глаза — внимательные, серьёзные.
Коул медленно поднял руку и кончиками пальцев стёр с моей щеки дорожку слёз. Голос прозвучал почти неслышно: — Можно я тебя поцелую?
Отвечать было не нужно. Я наклонилась первой.
Касание вышло осторожным — тёплые губы к губам, словно мы оба проверяли, не распадётся ли это хрупкое «сейчас», стоит лишь надавить сильнее. Потом он чуть глубже притянул меня за талию; я ответила, и поцелуй стал увереннее: мягкий, тянущийся, с выдохом друг в друга. Его ладонь скользнула к затылку, удержала, мои пальцы сомкнулись на его плечах. Время стянулось в тонкую нить — только дыхание, тепло и вкус этого первого, невозможного поцелуя.
Мы отстранились на миг — ровно на вдох. Лбы почти соприкоснулись. И он снова спросил глазами.
Я едва заметно кивнула, и его губы вновь накрыли мои. Поцелуй стал глубже, теплее, в нём было столько осторожности и в то же время жадности, что я сама не заметила, как растворяюсь в этом мгновении. Его дыхание смешивалось с моим, и казалось, что всё вокруг исчезло, остались только мы двое.
Его ладони медленно скользнули по моей спине, обняли крепче, потом опустились ниже — к талии, к бедрам, плавно очерчивая мои линии. Я затаила дыхание, когда пальцы уверенно прошлись по округлости ягодиц, задержались там, где должны были быть трусики… но их не оказалось.
Коул резко выдохнул мне в губы, почти срываясь на стон, и его руки пошли дальше, поднимаясь по моей спине уже под тонкой тканью футболки, касаясь кожи — горячо и требовательно.
— Я забыл, что тебе нужно бельё, — прошептал он прямо в мои губы, так близко, что слова растворялись вместе с поцелуем.
Глава 19
Он оторвался от моих губ, тяжело дыша, и уткнулся лбом мне в плечо. Его руки всё ещё держали меня, горячие, настойчивые, под моей, вернее, его футболкой.
— Нам нужно прекратить, — хрипло сказал он, голос дрогнул, словно он убеждал больше себя, чем меня. — Я чудовище. И то, что мы делаем… неправильно. Ты ведь невинна. Это не то, что тебе нужно.
Я застыла, вглядываясь в темноту. А что он думает, нужно Катрине? Той, которую обрекли умереть через месяц?
У меня же внутри всё горело — низ живота пульсировал от жара, дыхание сбивалось, а его ладони, скользящие по моей коже, только разжигали этот пожар. И в этот момент мысль пришла сама собой: секс с таким горячим и страстным мужчиной — неплохая идея, особенно если всё равно жить отмерено по чужой воле совсем недолго.
Я прикусила губу, подалась чуть ближе, чувствуя, как он всё ещё сжимает меня, не отпуская, хотя сам же говорил о том, что надо остановиться.
Я не дала ему договорить. Снова подалась вперёд, губами к его губам — решительно, как будто этим движением перечеркнула все его «надо прекратить».
Он ответил мгновенно — жадно, отчаянно, словно ждал этого. Поцелуй уже не был осторожным: глубокий, требовательный, с таким напором, что дыхание перехватило.
Его руки стали куда смелее. Скользнули вверх по моему телу, обняли, потом накрыли мою грудь через тонкую ткань футболки. Ладони уверенно ласкали, пальцы сжали нежно, но властно.
Я зажмурилась и беззвучно застонала, выгибаясь навстречу этому прикосновению. Звук не вырвался, но тело само выдало желание — дрожью, стоном внутри груди.
Он жадно целовал меня, ловил мой беззвучный отклик, и в этом поцелуе уже не было ни сомнений, ни запретов — только огонь, рвущийся наружу.
Я подняла руки, давая ему понять, чего хочу. Он замер на секунду — глаза блеснули, дыхание стало ещё тяжелее. Потом медленно стянул с меня футболку, и прохладный воздух коснулся обнажённой кожи.
Мы снова встретились в поцелуе, и этот раз был ещё ярче, ещё требовательнее. Его ладони больше не сдерживались: скользили по моему телу, гладили спину, прижимали ближе, пальцы жадно ласкали грудь, заставляя меня выгибаться и дрожать от наслаждения.
Я чувствовала его возбуждение прямо под собой — твёрдое, настойчивое, горячее сквозь тонкую ткань. И сама не заметила, как начала ерзать, двигаясь бёдрами в такт его дыханию.
Коул задохнулся, вырвавшись на миг из поцелуя, но его руки только крепче сомкнулись на моём теле, будто он и сам не мог остановиться.
— Катрина… ложись спать, девочка, — шептал он мне в губы, хотя сам уже осыпал мою шею горячими поцелуями. Его голос дрожал, как и руки, блуждающие по моему телу. — Останови меня и ложись спать…
Но я даже и не думала. Не собиралась останавливаться.
Новая волна ласк накрыла меня: его губы жадно спускались ниже по шее, оставляя трепетные следы, от которых по коже пробегали искры. Я выгибалась навстречу, беззвучно стонала, пока его ладони скользили по бокам, обнимали крепче, снова возвращались к груди, лаская её всё смелее и настойчивее.
Мои пальцы вцепились в его плечи, я тянулась к его губам снова и снова, требуя всё больше. Поцелуи становились глубже, жаднее, словно мы оба задыхались и искали спасение друг в друге.
Его дыхание сбивалось, грудь ходила часто, а бёдра подо мной напрягались всё сильнее, отвечая на каждое моё движение. Мир исчез, остались только его руки,
