Марианна. Попаданка в нелюбимую жену - Дора Коуст
Я совершенно точно уснула вместе с котом на диване. Но даже если я вдруг снова начала лунатить, как в детстве, снаружи открыть дверь было просто невозможно. Ее же до этого самого момента комод подпирал!
— Хозяу-у-уйка… — вдруг раздался в комнате низкий хрипловатый бас.
Я так и замерла у комода. Разумом абсолютно точно понимала, что в спальне сейчас находилась не одна, но надежда на светлое будущее, вера в хороших людей и любовь к ближнему соглашаться с таким раскладом не хотели.
Они хотели выйти за дверь. Срочно. И запрыгнуть на руки служанке с целью спасения от неведомого чудовища.
Потому что голос не принадлежал Арсарвану. Вот вообще.
За один-единственный миг я вспомнила все просмотренные мною ужастики. Как же тупо умирали в них герои! Обычно они просто шли посмотреть, что же там такое.
Помянув всех героев хорроров недобрым словом, я медленно повернула голову на звук и увидела кота. Развалившись, как барин на санях, он лежал на кровати всей своей зеленоглазой тушкой и лишь отдаленно напоминал вчерашний маленький блохастый комочек, который я по дурости поперлась спасать.
О нет, судя по его габаритам длиной в три Мурзика, спасать следовало именно меня.
Четвертинка льва — именно так я окрестила белоснежного ленивца весом килограмм в пятьдесят, учитывая его толстое пузо. Верхние клыки выступали из пасти так, что их было видно невооруженным глазом. Пушистые усы, наверное, можно было использовать как струны для гитары, но смущало меня не все перечисленное.
Меня искренне пугали два огромных крыла, что сейчас были аккуратно сложены у кота на спине. От вчерашнего котенка остался только цвет шерсти — белый, с серыми пятнами от присохшей грязи.
Как стояла, я так же молча села на пол. Крылатый разговаривающий кот необъятных размеров. Ну правда что, мне же именно его в мою копилку проблем не хватало.
— О да-у! — игнорируя мое ошеломление, кот довольно заурчал, и этот звук неожиданно напомнил мне работу бензопилы. — Корми-у меня! Еще страдау-ний!
— Чудо-юдо-рыба-кит, ты кто? — просипела я в ужасе.
Кот фыркнул, будто своим незнанием я его оскорбила, а из его ноздрей вырвались два мелких облачка серого дыма.
— Вот обзываться, хозяу-йка, точно не надо, — умилительно продемонстрировали мне острые зубы, зевая во всю глотку. — Я же теперь твоя-у любимая колбаска.
— …Что?
Диалог глухого и немого продолжался, а мне, видимо, все же требовались санитары.
— Та самая, которой ты меня-у вчера кормила-у, — объяснили мне, демонстративно закатив глазищи.
— То есть ты из-за колбасы вырос? И заговорил? — опешила я.
А ведь о магической составляющей продуктов питания я не подумала. Обрадовалась, что тут еще отраву всякую не придумали, чтобы производство удешевить, но мир-то и правда другой!
Боже, я сломала чужого кота.
Котейка самодовольно выгнул спину и, словно потягиваясь, расправил крылья.
— Говориу-ть я еще до встречи с тобой научился. А расту, когда-у подпитываюсь эмоциями хозяина, — ответил он будто нехотя. — А ты, хозяйка, так вкусно страдау-ешь…
Я закрыла лицо руками.
— Боже, какой кошмар…
— О да-у! Еще! — кот натурально млел от моего отчаяния. — Кстати, у нас колбау-ски не осталось? — невинно поинтересовался он, укладываясь прямо на подушку.
— Нет, — припечатала я, вновь оценив его габариты.
Без стыда и совести развалившись на кровати, блохастый театрально вздохнул.
— Ну тогда-у иди раздобудь, а я, так уж и быть, за нас двоих полежу. Кстати, за то, что я тебя на кровать перенеу-с из гостиной, могла бы и спасибо-у сказау-ть. Знаешь, сколько магии вбухал? В общем, колбасы тащи два рогалика.
Скрипя зубами, я нашла в себе силы подняться. И вот мало мне было своих проблем! Впрочем, находить новые на свой филей я всегда умела качественно и с гарантией. Правда, решались они с куда меньшим энтузиазмом.
Оценив еще одну свою проблему вширь и вкось, я все-таки покинула спальню. Но вместо кухни направилась прямиком в гардеробную за свежей одеждой, а затем в санузел, потому что психанула. Если в этом доме и было место, способное вернуть мне силы и желание жить, то это точно ванная комната.
Правый глаз ритмично дергался в такт моим шагам.
И продолжил дергаться, когда я вернулась обратно в спальню, облаченная в скромное черное платье. После горячей воды ко мне вернулся боевой настрой. Следовало четко объяснить этому крылатому ужасу, кто в этом доме хозяин.
Ну, то есть хозяйка. И не в доме, а конкретно в этих покоях, потому как на весь дом замахиваться было страшно.
В общем, все, что я знала о котах, сводилось к фразе: «Сразу покажите ему, кто тут главный». Или это все же было про собак?
Развалившийся на кровати котейка встретил меня самодовольным взглядом.
— Ну что, принесла-у мне колбаски? — поинтересовался он нагло.
Я молча вооружилась подушкой. И не таких засранцев пушистых воспитывали!
— Эй! Ты чего-у это удумала? — явно почувствовал неладное кот.
Собравшись в объемный комочек, он отодвинулся от меня, насколько мог, выдерживая приличную дистанцию. Но я на его несчастные глазки не повелась.
— А ну, живо на пол! — приказала я и шлепнула его подушкой по носу. — А ну, пошел в гостиную!
— Хозяйка, ты серьезно?! — недоуменно лупал он глазищами, но с кровати задним ходом слез и отступал в очень правильном направлении.
Даже через узкий проем между дверью и косяком просочился. Я сама в нем едва не застряла, а он пролез!
— На кресло! — отдала я последний приказ.
И удовлетворенно кивнула, когда его тоже исполнили. Правда, прежде блохастый что-то неразборчиво проворчал, да и плелся нехотя, лениво взмахивая крыльями.
— Вот так-то лучше, — резюмировала я, оценив, как немаленькое пушистое тело отлично втиснулось в объемы кресла. — Жди меня здесь и никуда не выходи. И ничего не трогай, понял?
— А колбаски же ты принесеу-шь? — Большие зеленые глаза заглядывали в самую душу.
— У манипуляторов на поводу не ведусь! — рявкнула я и вышла за дверь.
Для надежности следовало и эту дверь чем-нибудь подпереть, чтобы это Юдо никуда не девалось, но мое ночное перемещение из гостиной в спальню явно говорило о том, что границ для этого блохастого не существовало. Причем никаких! Если в моем воспитании имелся внушительный пробел, то в его зияла черная дыра.
Сделав глубокий вдох, я заставила себя успокоиться и отправилась прямиком на кухню. Но не за колбаской для одного
