Когда он мрачен - Сюзанна Райт

Элль глубоко вздохнула.

— Это было жестоко.

— И истощило. — Бри провела рукой по волосам. — Мне нужен джин. Розовый джин.

Элль достала из буфета два стакана.

— Келвин прав в том, что ты поступила правильно, когда была с ней откровенна.

Бри достала бутылку джина с винной полки.

— Хотя мне не следовало на неё огрызаться. Ей больно.

— Она сумасшедшая. Я люблю тётю, но, Боже, слушать, как она без конца болтает о том, как все будет здорово, когда её золотой мальчик вернётся домой… — Элль бросила несколько кубиков льда в два стакана, которые поставила на столешницу. — Честно говоря, неудобно видеть, как кто-то живёт в таком отрицании.

Бри достала из холодильника упаковку клубники.

— Пакстон постарался стать любимец родителей, потому что был таким, каким они хотели его видеть, и даже больше. Он заставил их почувствовать себя хорошими родителями. Сделал так, чтобы они никогда не поверили в его способность причинить кому-то боль просто ради удовольствия. Если бы он был моим ребёнком, я бы тоже не хотела верить, что он способен на это.

— Я не виню Бернадетт за то, что она цепляется за надежду, что он жив, или даже за то, что обманывает себя, думая, что он нормальный. Но ожидать, что у тебя не будет личной жизни только потому, что его нет рядом, чтобы быть частью этого? Это просто дерьмово. Я имею в виду, ей даже не нравится, что у тебя роман на одну ночь. Она не обращает на это внимания только потому, что перевёртышам нужны прикосновения, социальные и сексуальные. Но если бы какая-нибудь из твоих интрижек переросла во что-то большее, она бы сошла с ума.

— Вероятно. — Это была ещё одна причина, по которой уход из прайда казался лучшим для Бри. Нарезая клубнику, она сказала: — Рубен и Келвин, вероятно, считают, что Пакстон мёртв. Но если Бернадетт в это не верит, она не поддержит мою жизнь с кем-то другим. Мойра точно не поддержит.

— Эти женщины определённо не поддержат тебя в том, чтобы начать что-то с Келвином, поэтому я надеюсь, он не решит, наконец, действовать ради тебя — это только ухудшит ситуацию.

— Он ко мне неравнодушен? — Бросив в бокалы дольки клубники, Бри нахмурилась. — Он, конечно, кокетничает, но он такой со всеми.

Элль покачала головой.

— Когда ты не смотришь, он смотрит на тебя с алчным блеском в глазах. Немного грустно, что его брат — твоя истинная пара — не проявлял к тебе интереса, в то время как его близнец чувствует обратное.

— Я не уверена, что нравлюсь ему в этом смысле, но неважно.

Элль взглянула на фотографию Пакстона в рамке, которая лежала на кухонном островке.

— Что ты собираешься с этим делать?

Бри бросила на фото беспокойный взгляд и налила розовый джин сначала в бокал Элль, затем в свой.

— Это неправильно, что я хочу обмакнуть его в краску?

— Нет. Если что-то и заслуживает внимания, так это. — Элль подняла бокал. — Эй, что бы ты сделала, если бы…

Бри отхлебнула джина.

— Если что?

— Я действительно думаю, что Пакстон мёртв, но если бы был жив, если бы вернулся и попытался предъявить права на тебя, что бы ты сделала?

— Этого никогда бы не случилось. Не только потому, что Пакстону на меня плевать, но и потому, что он считает парную связь ловушкой. Кроме того, он не захотел бы рисковать, чтобы желание спаривания вспыхнуло и лишило нас выбора. Он был рядом, когда я была слишком молода, чтобы всё получилось. Теперь, когда я взрослая, простой случай, когда мы смотрим в глаза друг другу, может запустить это. — По слухам, желание спаривания было буквальным желанием трахнуться, которое было настолько сильным и непреодолимым, что угрожало лишить человека силы воли. Возбуждение не проходило, пока не завершалось спаривание. — Если бы это случилось, я бы провела жизнь в постоянном возбуждении, потому что я ни за что не позволила бы этому мужчине заявить на меня права. Ни за что. И почему мы обсуждаем такое унылое дерьмо?

Элль пожала плечами и отхлебнула джина.

— Лишь это я смогла придумать, чтобы отвлечь тебя от покраски. Руки убивают меня.

Бри закатила глаза.

— Слабачка.

— Во всём виноват антихрист, — сказала Элль. — Я готова поклясться, что он использует тёмные дары, наложенные на него его настоящим отцом, чтобы медленно лишать меня сил и, поступая так, делать себя бесконечно сильнее, потому что никакое количество еды или тренировок, похоже, не улучшает мой уровень физической подготовки. Говорю тебе, он медленно, но верно истощает меня.

Глядя на свою подругу, Бри покачала головой.

— Иногда я думаю, что ты шутишь, когда называешь Дэмиана антихристом. Иногда я ловлю себя на мысли, что гадаю, веришь ли ты, что он на самом деле…

— Сосуд, в котором обитает воплощение зла? У меня нет причин сомневаться в этом. А у тебя?

Ну, да, потому что Бри была нормальной. Вроде того. Но она просто отхлебнула джина и сказала:

— Нет.

— Тогда давай помолимся, чтобы апокалипсис не произошёл до тех пор, пока не уйдёт из жизни наше поколение, потому что предсказано, что всё на земле погибнет — для меня это звучит не весело.

Бри могла только хихикнуть.

ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ

— Я не просил вас приходить сюда! Убирайтесь из моего дома! Все вы!

— Мы не можем этого сделать, пока ты не возьмёшь себя в руки, Девлин, — сказал Тейт.

— Мы здесь, чтобы помочь, — сказала Дэни, чей голос был успокаивающим, как колыбельная.

— Мне не нужна ваша чёртова помощь! — зарычал Девлин.

Бри поморщилась, оставаясь за открытой дверью квартиры члена прайда, пытаясь понять, что происходит внутри. Она сидела в пижаме на диване, изо всех сил стараясь держать глаза открытыми во время просмотра фильма, когда ей позвонила соседка Девлина. Пожилая женщина сказала лишь, что забрала его пару и детей к себе в квартиру, потому что он — сошёл с ума.

— Тебе насрать, что я чувствую, Дэни! — обвинил он. — Ты просто хочешь успокоить мою задницу своим омега вуду.

— Твои дети напуганы, — всё так же спокойно говорила Дэни. — Твоя пара беспокоится за тебя.

— Видишь? Для тебя всё зависит от того, что они чувствуют, не так ли?

— Нет, это не так. Я просто пытаюсь напомнить, что, хотя тебе сегодня сильно досталось, всё равно есть за что быть благодарным. Ты нужен своей семье.

— Я их подвёл, — сказал Девлин с горьким привкусом. — Зачем я им? Тейт расскажет вам о том,