Негодный подарок для наследника. Снежные узы - Мария Вельская

Лисий папа чутко повёл носом. Мягко опустил меня на невесть откуда взявшийся мягкий пуф у стены. Когти пробежали по моей щеке, коснулись растрепавшихся волос. Я вдруг поняла, что весёлость Ильшэн-ши — напускная. Его пальцы всё ещё подрагивали, а хвосты то и дело сжимали меня сильнее. Он не просто боялся. Он испугался за меня до дрожи — этот древний, мудрый и смертельно опасный для врагов нелюдь. Я прижалась лбом к его руке. Легонько потёрлась. Подула на шерсть. И сжала его пальцы в своих, погладив когти.

— Всё хорошо. Уже всё хорошо, — мягко прошептала, — па-па…

Негромкий вздох был мне наградой. Где-то рядом шумел и смеялся зал, где многие даже не поняли, какой опасности подверглись.

— Лисёныш, я, как отец, не должен бы обсуждать с дочерью такие скользкие… моменты, — шелестящим шёлком рассыпался голос Ильшэн-ши. Глаза лиса посветлели, лукаво мигнули.

— Ну, па-ап, — повторила я, ловя себя на том, что здесь и сейчас ощущая себя беззаботной счастливой девчонкой.

Мимо проплыли алые фонарики с пожеланиями счастливой жизни и детишек — вот, спасибо!

— Только на ушко, — смешок. Уши лиса прижались к голове — и растворились. Хвосты, наконец, неохотно выпустили меня из мохнатой ловушки.

Ильшэн-ши навис надо мной, защекотал шею длинными огненными прядями волос и шепнул лукаво:

— Твоя Бабочка приземлилась прямо между двумя половинками его зад… кх, — он шутливо откашлялся, — того места, на котором изволят сидеть.

Ну, что ж. Какая хозяйка — такое и оружие! Куда могли — туда и попали!

— Ему даже посочувствовали. Немного, — сморщил нос лис.

— Мир его… пояснице, — фыркнула я, не чувствуя особой вины. — Ильш… — какой-то незнакомый мне лис принёс нам по небольшой кружечке сладкого напитка и пирожное — мне. — Это же брат Ри Лайо, да? — Я подняла на него взгляд.

— Догадалась. Ты очень умненький лисёнок, Ли Ссэ, — уголки губ Ильшэн-ши на миг опустились.

Догадаться было несложно. Вернее, довольно легко, когда мы уже подошли к финальной части расследования. Когда составили список адептов, которые оказались под подозрением. Брат Ри Лайо поторопился. И оставил нам огромный след. И я вовсе не о глупой записке с угрозами, нет. Он единственный из всех адептов пропал без вести. Да, место "схватки" якобы носило следы похищения. Но больше никого не похитили.

Нет, был ещё один адепт, который исчез незадолго до начала убийств. Но Дэйлун сегодня утром сообщил, что тот сбежал, украв несколько ценных артефактов у одного мастера. Его уже нашли.

Оставался только Шанир Ниэ, старший брат Ри Лайо. И не зря друг в последние дни ходил как в воду опущенный — похоже, он тоже начал что-то подозревать. У него появились доказательства, которым Лайо не хотел верить до последнего. В предательство близких вообще сложно поверить. Но, увы, иногда приходится. И он сделал правильный выбор. Тяжёлый. Но верный. Он спас нас от позора и гнева богинь, спас танец, не позволив адептке пролить зелье и сломать рисунок ритуала, спас праздник. Я не солгу, если скажу, что его поступок спас империю от многих бед.

Я могла только представить, как он себя сейчас чувствует. И твёрдо решила, что найду Ри Лайо сразу же после праздника. Друзья для того и существуют, чтобы поддерживать тебя в трудную минуту.

Только сейчас я поняла вдруг, что Ильшэн-ши был прав. Мне нужно было отдохнуть. Хоть немного. Обманчивый прилив сил закончился сильной слабостью и дрожью в ногах. Непросто дался всем нам этот танец. И движения его, и магия его были непросты.

— Иль… — мне достался полный укоризны взгляд скорбных лисьих глаз, — отец, — мгновенно исправилась я, — мы предполагали, что это может быть он. Но Лайо же не пострадает? — Я вдруг испугалась за друга.

Лисий папа вальяжно прислонился к стене. Его когти то и дело тянулись погладить меня по голове.

— Нет, — помолчав бесконечные секунды, ответил он. И тепло улыбнулся, — твоего друга это никак не коснётся. Он сделал свой выбор. Он герой, а не злодей или его пособник. И, кстати… Конечно, подарки от меня ещё впереди, но, Лиси, — примешь?..

Мне показалось, он затаил дыхание.

На ладони Ильшэн-ши, золотисто-смуглой, с двумя тонкими шрамами, сияло кольцо. Изящное колечко в виде лисьей головы.

— Я сделал его для тебя, — острые черты хищного лица тронуло что-то лёгкое, светлое.

Я задохнулась от щемящей нежности. Казалось, мы почти не знаем друг друга. Откуда взяться такой привязанности? Но лисы никогда не оставят своих лисят. И всегда защитят. Лисы — за стаю. За преданность. И за семейные узы, кто бы что не говорил.

Я протянула ему руку и позволила надеть кольцо мне на палец.

А потом приподнялась — и крепко обняла, слушая, как быстро стучит чужое сердце.

— Зал очищен. Всех забрали. — К нам подошёл ректор.

Сэ Юйлун выглядел уставшим, но довольным. И мне кивнул признательно.

Я мгновенно подскочила, готовясь скорее бежать. Туда, куда меня тянуло сердце.

— Ассар Родоку тебя проводит, шаи. Беги уже, — ректор переглянулся с Ильшэн-ши, но меня это больше не беспокоило.

Друг — с царапиной на щеке, но весь буквально лучащийся довольством, ждал меня неподалёку.

— Жив и здоров Эль-Шао, — дёрнул он уголком губ. Арг выглядел непривычно растрёпанным и как будто растерянным. — Идём, — ухватил меня под руку — и потащил за собой.

Куда-то прочь от зала, в незнакомую мне часть академии, где было удивительно тихо и пустынно. Кажется, это была целая анфилада залов, погруженных в тишину и теплое сияние яркого зимнего дня.

Хвойный запах плыл по комнатам, и то и дело на глаза попадались искусно сплетённые из остролиста с алыми ягодами киэ и темно-лазоревыми — даччи, фигурки. Они изображали собой зверей из свиты богини Рассвета.

— Все прошло… — Хорошо? Удачно? Без жертв? Быстро?

Но Арг меня понял. Обернулся на миг, цокнул языком.

— Никто из наших не пострадал, не волнуйся. Твоя Бабочка, как истинная тирра, очень ловко впечаталась этому господину пониже поясницы в самый неподходящий момент.

— А где она, кстати? — Вопрос был не праздный.

Ведь раньше Бабочка всегда быстро возвращалась ко мне…

— Воркует с твоим женихом, — взмахнул длинными ресницами Родоку, — у тебя, Ли́са, даже оружие не как у истинных эль-драгхо. Черепаха жалуется, что ей нанесли серьезную моральную травму — она такое кусать не собиралась, а тигр напротив — жалеет, что не откусили спереди. Он у тебя кровожадный, — в голосе Родоку звучало одобрение. Так что твоё оружие ругается само с собой, а Вэйрин его успокаивает, — в серебряных стылых глазах Арга плясали