Путь Благости - Юлия Галынская

— Ты так и не ответила, — Ариан облокотился на руки братьев Чернокрылов. Риг и Рог крутили головами в поисках целителей и готовы были сорваться с места, чтобы перенести короля к храмовникам. Но жуткое состояние раны не позволяло им пойти на такой риск.

— Целители! Сюда! — визжала Олессия, и слезы струились по ее лицу. Я попытался было помочь, но бой выжал все наши силы. Пустыми сосудами мы взирали на своего короля и не знали, как ему помочь. А Благой энергии больше не плескалось под ногами.

— Олессия.

— Молчи! Борись со скверной! Ты должен жить, — кричала Олессия.

— Ты не ответила, ты простишь меня? Ты будешь со мной?

— Если ты умрешь, я возненавижу тебя! — но Ариан был упертый. Облизывая побелевшие губы, он смотрел на жену и ждал ответа. Скверна из его раны, смешавшись с кровью, заливала платформу, но никому из нас в голову не приходило отшатнуться от нее, пока Ариан находился в таком положении.

— Целители! — завизжала Олессия, срываясь на рыдания, но никто не мог ей ответить. Все были измотаны и только отводили взгляд.

Сверкнул портал, и к нам вышли Леон и Литэя.

— Помогите, помогите, — Олессия в мольбе протянула к ним руки. Священный клинок черного генерала тут же метнулся к ране и, засверкав, стал выжигать скверну. Прячась от сияния, отрава темных стала уходить вглубь тела, и Ариан выгнулся от боли.

— Ариан! — Олессия схватила мужа за плечи, а тот, пытаясь сфокусировать поплывший взгляд, вновь прошептал:

— Ты, прощаешь… меня.

— Да! Ты этого хочешь? Да, я прощаю тебя!

— По-моему, Ваше Величество пользуется случаем, выгодным для себя, — хмыкнула Литэя, подходя к королю с другой стороны и кладя ему руку на грудь.

— Я бы другого поведения и не ждал, — спокойно заметил Леон, наблюдая за работой жены. — У Ариана дурная привычка настаивать на ответе в неподходящее время.

— Ты вернулся, — прошептал король, смотря на своего друга.

— Я никуда и не уходил, — пожал Леон плечами.

— Хорошо, тогда, прими мою корону. Мой друг и брат.

На мгновение все замолчали, пытаясь осмыслить сказанное. Леон пришел в себя первым, оглядел всех нас и неожиданно улыбнувшись, попросил:

— Милая, осмотри его голову. Кажется, его сильно приложило. Иначе я не могу понять, с чего он несет такой бред.

— Это не бред! — возмутился Ариан. — Я не достоин короны! Я забыл, что значить быть Хранителем этих земель!

— Так может, пришла пора вспомнить? — Литэя подняла на короля взгляд. — Души святых мучеников передали Вам светлую броню Света. Она позволила вести людей в бой, вдохновлять на подвиги. Получается, вы больше не хотите вести за собой людей? Подведете доверие предков и ныне живущих?

— Разве я достоин?

— Хороший вопрос, — улыбнулась Литэя. — Я знаю, что Олессия достойна. Но, если она вас покинет, то даже не знаю, есть ли смысл вас исцелять?

— Что значит, есть ли смысл? — возмутился Рог.

— Это значит, что Олессию без короля не оставят на троне. А если сама Олессия с ним не останется, да и Ариан не хочет управлять землями своего предка, так зачем зря тратить на него последние силы, — спокойно пояснил Леон.

Мила прижалась ко мне сильней и с интересом наблюдала за этой сценой. Олессия, что кусает губы и утирает слезы, Ариан, что всерьез задумался о своем будущем, и Леон с Литэей, которые, даже не глядя друг на друга, вели одну игру на двоих.

— Тогда не стоит, — Ариан коснулся руки Литэи, пытаясь помешать процессу исцеления. — Я совершил столько ошибок, пусть эта битва станет моим надгробием.

— Сдаешься? — неожиданно возмутилась Олессия. — Обнадежил людей, зажег в их сердцах свет и что теперь? Хочешь умереть? А как же все те, кто вновь поверил в тебя?

— Ты не понимаешь. А вдруг я, как раньше, решу, что трон и власть важнее?

— Не решишь! — твердо заявила Олесия. — Я останусь рядом и больше не позволю тебе так думать. Я не могу иметь детей, но мы выберем наследника и на этом закончим вопрос о наследии.

— Останешься рядом? — прошептал Ариан.

— Да.

— Простишь меня?

— Уже простила. В тот момент, когда услышала твой зов короля и приняла его.

— Благодарю тебя, моя королева.

Они держались за руки. Литэя с улыбкой посмотрела на Леона, и тот, усмехнувшись, отошел прочь. Через несколько секунд до нас донесся его зычный голос, командовавший людям собраться вместе и перебраться на берег. К нам подбежали люди с гербом Алирантов и принесли с собой носилки.

— Спорим, — неожиданно улыбнулась Мила, наблюдая, как уносят Ариана. — Литэя исцелила сейчас не только короля?

— Даже спорить не буду. Леон смотрел на жену с благодарностью.

— А ты очень наблюдательный, — хмыкнул Мирран, хлопая меня по плечу. — Лично мне сложно понять, когда он перестает поедать ее взглядом и смотрит с благодарностью.

— И все же разница есть, — усмехнулся я.

— Ну а вы, когда меня дядей сделаете? Раз уж даже королевская чета скоро потомством обзаведётся?

— Я…, - обернувшись к жене, хотел признаться в родовом проклятье, но она покачала головой.

— Я все знаю. Я подожду сколько будет нужно, — улыбнулась Мила, и, вздохнув с облегчением, я обнял ее крепче.

Взгляд Литэи перехватил мой, и ее улыбка стала шире. И неожиданная надежда проскользнула по позвоночнику. Нам не нужно будет долго ждать, и спасибо за это я должен сказать Алирантам.

Эпилог

Снег большими хлопьями кружил вокруг, мешая оглядеться и понять, куда ее занесло. Литэя в свадебном платье, еще секунду назад стоявшая перед зеркалом в одном из кабинетов Храма Света, понимала, что все магические метки с ее рук пропали, а сама она неизвестно где. Если Леон почувствует ее исчезновение, то разберет храм на камни. Объясняйся потом с Верховным…

— Не разберет, — слова, прозвучавшие в голове, принесли с собой веяние тепла и нежный аромат цветов. Снег прекратил свое падение. Небеса стали светлее, и лучи Элорис пробили их толщу, выхватывая на земле небольшую проталину и невысокое тонкое деревце, покрытое светлой прозрачной зеленью и такими же нежными цветами.

Не сходя с места, Литэя опустилась на колени и, закрыв глаза, поклонилась.

— Приветствую, великого Благого.

— Признала? — в голосе сквозило много эмоций: удивление, радость, нежность.

— Разве можно иначе, — поднимая взгляд, удивилась Литэя, понимая, что за время поклона её перенесли ближе к деревцу, и она может коснуться тонкой зелени трав, что скрывают проталину. А тонкие ветви уже гладят ее по волосам.

— Ты не удивлена.

— Я верила, что вы возродитесь.

— Почему? Столько