Тайна опозоренной жены - Кария Гросс
— Сейчас принесу, мадам! — смутилась хозяйка и бросилась в подсобку. Она появилась тут же с огромной коробкой.
Я открыла ее, выбирая десяток крючков.
Пока что я сложила их со звоном на прилавок.
— Если мадам увлекается… эм… вязанием, то она бы могла бы… Купить готовый набор. Вам просто нужно разложить все, а магия сама свяжет вам шарфик или пинеточки! Очень удобно!
— Нет, спасибо, — произнесла я, доставая клубочек с нитками. — И вот такую нитку.
— У нас нет таких! — заметила хозяйка, глядя на нитку и наматывая на палец. — Такого цвета у нас точно нет!
— Тогда такую, но просто белую. И побольше! — попросила я, чуть привстав на цыпочки от нетерпения. — И краски для ткани!
Я услышала голос из пособки:
— Палитра у вас на столе. Можете выбрать!
Так, кажется, палитра вот. Я взяла ее в руки, вспоминая, как красилась в салоне красоты. Приложив к цвету нитку, я скользила по палитре, пытаясь выбрать оттенок.
— Один нашла, — обрадовалась я. — И вот еще один…
Мне вынесли целый ящик ниток.
— Столько хватит? — спросила мадам.
— Да! — обрадовалась я. — И вот эти вот цвета… Вот этот, вот этот…
Она записывала все на бумажку к красивым вензелем. Перо с золотым наконечником скрипело, а я готовилась достать деньги.
— Одну минутку, — попросила меня мадам. — Я все посчитаю…
Пока она считала, я увидела газету, лежащую на столе. Я осторожно взяла ее, пачка руки в типографской краске. Газета была свежей, только что отпечатанной.
— Помолвка года расторгнута! — прочитала я, видя два красивых портрета. Один я узнала. Это был Адриан. На втором портрете красовалась девушка неземной красоты. Белокурая, как ангел, с бархоткой на лебединой шейке. Личико ее напоминало всем женщинам о их несовершенствах, а в кротком взгляде под темными ресницами читались скромность и воспитание.
«Ну, я тоже не дурна собой…» — подумала я, но зеркало в золотой оправе со мной не согласилось. На меня смотрела взволнованная, бледная и измученная женщина с кругами под глазами.
— Подробности скандала мы скоро узнаем, — прочитала я. — Родители невесты и сама невеста отказались что-либо комментировать. Зато проверенный источник сообщил, что дело касается пикантного скандала со стороны жениха. Так же этот источник утверждает, что скандал касается какого-то внебрачного ребенка герцога. Больше ничего расслышать не удалось…
Я поджала губы и положила газету обратно, как она лежала.
— Итак, с вас… — озвучили мне цену.
Пока я трясла мешочек, мне казалось, что ограбить грабят здесь не только на улице. Здесь меня решили ограбить, но с комфортом!
Когда мешочек был почти пуст, мне вручили мои покупки.
Это как теперь добираться домой? Я надеялась, что у меня останется достаточно денег!
Мысль о том, что если бы я до этого приобрела лошадку и телегу заставила меня вздохнуть. Тогда бы мне наверняка не хватило бы!
Я вышла на улицу, как вдруг увидела экипаж Адриана. Он стоял на том же месте, что и раньше.
— Вы куда? — послышался голос Адриана. Он заставил меня обернуться. — Немедленно садитесь в карету…
Он вышел, как вдруг я увидела, что рядом с нашей каретой останавливается еще одна. Дверь открывается, а из нее выходит мой… муж!
Глава 17
Я опешила, глядя на темные волосы, собранные в роскошный хвост. Бледное лицо, сдвинутые брови и сверкающие негодованием глаза.
— Значит, слухи не лгут, — медленно произнес муж, подходя к нам. — Я проезжал мимо, как вдруг увидел, знакомую фигуру моей жены. Я был уверен, что ошибся, но потом присмотрелся и потребовал остановить карету. И вот, моя супруга, собственной персоной со своим любовником!
— Какие слухи? — спросила я, грешным делом подумав про ежиков — сплетников.
— Слухи о вашей связи, — резко произнес Ландар, сверкнув глазами.
Адриан спокойно смотрел на него, не выдавая ни смущения, ни волнения.
— Она попросила меня подвезти. Я не мог отказать даме в просьбе. По правилам этикета, — спокойно произнес Адриан.
— Я вижу, что ты уже однажды не отказал даме в просьбе, — ядовито произнес Ландар. — И выставил меня посмешищем даже перед собственными слугами.
— Никто не выставлял тебя, Ландар, — резко произнес Адриан. Я заметила, что он тоже нахмурился. — Ты сам выставил себя рогоносцем! Между мной и твоей женой ничего не было. Не считая одного танца год назад на королевском балу в честь тридцатой годовщины правления королевы. Но, боюсь, что если бы от танцев рождались дети, то все светские дамы ходили бы положении и гадали, кто отец!
— Герцогу не пристало лгать, — произнес Ландар, шумно втянув воздух.
— Герцогу не пристало делать скоропалительные выводы, — усмехнулся Адриан. — Да, я был в вашем поместье. Я нарочно туда приехал после скандала, учиненного вами на моей помолвке. Мне было самому интересно взглянуть на ребенка.
— Ну что? — усмехнулся Ландар. — Посмотрел? И как? Похож?
— Я увидел другое. То, что вы бросили свою жену в бедственном положении, лишив ее всех средств к существованию, — заметил Адриан. — И я, как джентльмен, решил взять на себя некоторые расходы вашей семьи, чтобы ваша только что родившая жена смогла свести концы с концами. Не в моих правилах бросать женщину в беде. Я бы уподобился вам! А мне этого не хочется.
— За то, что вместо моего долгожданного ребенка, я получил бастарда? — усмехнулся Ландар. — Я оставил ей поместье. Этого достаточно. Другие в таких случаях не оставляют ничего. Я оставил ей все, что я ей дарил, все, что я ей покупал, все ее платья и украшения.
— Да, но все это вынесли слуги, заподозрив, что госпожа не проживет и нескольких дней после тяжелых родов, — перебил его Адриан.
— Об этом я не знал, — заметил Ландар. — Впрочем, это ничего не меняет. Со своей стороны я позаботился.
Адриан рассмеялся.
— Чтоб ее величество так о тебе заботилась! — усмехнулся Адриан. — Как ты о своей только что родившей супруге.
Ландар смерил меня взглядом, а потом достал из кармана бумагу.
— Я как раз ехал из дворца, — заметил он, не сводя с меня тяжелого и неприязненного взгляда. — Я просил ее величество дать мне развод. Но она настояла на том, чтобы перед тем, как я получу развод, я убедился магическим образом, что ребенок точно не мой. Ей уже все донесли…
— Ты орал на всю столицу. Мне кажется, что тебя слышали даже в соседнем государстве, — спокойно заметил Адриан. — Сомневаюсь, что ее величество оценит подобный жест, когда будет выбирать себе преемника из имеющихся в наличии родственников.
