Измена. Новая жизнь - Татьяна Тэя
— Папа в городе остался.
— Это я поняла, а вообще, что с папой?
— В каком смысле, милая?
Я не отказываю ей в ответе, просто пытаюсь понять, что конкретно дочь имеет в виду. Но, видимо, в данном случае, психолог из меня хреновый. Вот поэтому нам и нужен специалист.
Алиса долго молчит, потом, будто что-то решив про себя, жмёт плечами.
— Не помню. Ни в каком.
Смотрю на неё вопросительно, но Алиса берёт с дивана куклу, одетую в джинсовку, с огромными глазами и начинает что-то мне про неё рассказывать. В моём детстве были популярны Барби, а это, на мой взгляд, что-то несуразное и не совсем пропорциональное, но современным детям нравится.
Поддакиваю, задаю вопросы и глажу дочь по волосам, думая, что же конкретно она имела в виду?
А ещё про то, что завтра надо возвращаться домой, где нас поджидает Артём…
Впервые мне не хочется ехать в собственную квартиру.
Глава 10
Утром спускаюсь на первый этаж пораньше, решаю, что можно приготовить завтрак на всех. Только оказывается Мила меня уже опередила. Колдует над блинчиками, мурлыкая что-то себе под нос.
— Доброе утро.
— Доброе, — оборачивается. — Ну как? Полегчало?
— Ну… так, — неопределённо кручу ладонью.
— Скушай блинчик, точно полегчает. Глюкозный удар тебе в помощь.
Я прохожу в зону кухни, сажусь на стульчик у островка и кладу ладони на мраморную столешницу. Дом у Милы и Глеба — что надо. Всё новое, модное, не дача в традиционном понимании слова, а райский уголок. Просторный, светлый, уютный. Вокруг здания газон, есть небольшой плодовый сад позади, а в целом — никаких грядок. Только место для гриля, да небольшой деревянный домик принцессы для Сашки.
Мила ставит передо мной тарелку и упаковку сгущёнки, которой я щедро поливаю блин.
— Я ведь тебе всего вчера не рассказала.
— Чего конкретно?
— Ну, например, что хитровыдуманный Артём не хочет развода.
— Ха-ха, как будто его спрашивали.
Мила в своём репертуаре, но когда я ей передаю его слова про то, что он может отжать у меня дочь и квартиру, выставив психически ненормальной, она хмурится.
— Тебе нужен компромат на него и этого, как там её, операционного директора. Фотки, переписки, разговоры.
— Детектива, что ли, нанять? Откуда у меня такие деньги?
— Найми… или сама подлови, — кивает. — А ещё… ну может, тебе первой пройти комиссию и заиметь справку, что с твоей кукухой всё в норме?
Смеюсь…
— Это ж где такие комиссии проходят? Дай адрес… я соломки подстелю.
Мы хихикаем какое-то время. Потом мне становится грустно.
— Ну что ты нос повесила.
— Я кажется, только сейчас начинаю осознавать, что моя жизнь рухнула.
— Жалеешь?
Хороший вопрос. Ещё бы недавно я точно на него утвердительно ответила. Но сейчас, когда осознала, какой гад мой муж, уже точно не жалею. Только противно от его слов и действий. И угрозы, честно говоря, звучат пугающе.
— Нет… просто хочется понять, как выйти из ситуации с минимальными потерями.
— Жизнь всё расставит по местам, — философствует Мила, отщипывая кусочек блинчика и добавляя на него сгущёнки, но до рта не доносит, откладывает.
Нюхает сгущёнку, морщится, потом открывает дверцу и выкидывает упаковку в мусорку.
— Что такое?
— Испортилась.
— Испортилась? Сгущёнка? Серьёзно?
— Да, запах какой-то… странный.
— Мила, — смеюсь, — это сгущёнка, она не портиться. Ну разве что засахарится может… А так… я только что с ней блинчик съела. Нормальная она.
— Нет, не нормальная, ну я же не совсем того… будто прогорклая, что ли.
Окидываю её скептическим взглядом, вгрызаясь зубами в край блина. И не проживав до конца, выдаю:
— Масло может быть прогорклым, рыба там… Но сгущёнка… хе-хе…
— Что хе-хе?
Мила поворачивается ко мне, покачивая лопаткой в ладони, будто сейчас собирается мне надавать ею по щекам, потому что ставлю под сомнение её экспертное мнение.
— То и хе-хе… Ты, случайно, не это самое?
— Не это самое, что?
— Не в положении?
Мила замирает, открывает рот, чтобы возразить, но молчит, потом чешет бровь задумчиво.
— Надеюсь, что нет… потому что, учитывая, сколько вина я вчера выдула…
— Да ерунда это всё… Даже не думай про вчера… Если это так, ты главное дальше его в таких количествах не дуй, вернее, вообще не притрагивайся.
— Ясно, как белый день, что не буду, — откидывает лопатку на столешницу. — Нет, ну чувствую я себя слегка странновато.
— А цикл?
— А цикл у меня постоянно скачет. Так изначально было. На него уже и внимания не обращаю.
— Нужен тест.
Кивает согласно.
— Нужен, но тут его нет. Так что подожду до вечера. В городе и куплю.
— Это ж прекрасно?
Возвращается прежняя Мила. Она моргает и будто меняется в лице. В глазах снова загораются шаловливые искорки.
— Погоди… может, ещё ничего и нет. Мы с Глебом уже год пытаемся с переменным успехом. Ну то есть, то пытаемся, то я болею, то грипп этот дурацкий, то на работе стресс, то снова пытаемся. Я старалась не особо циклиться, когда с первого раза, как с Сашкой, не вышло.
— И как только перестала циклиться, оно сразу и получилось… — делаю вывод, потом вскидываю руки примирительно. — Хорошо, поняла, молчу. Когда удостоверишься, сообщи мне, порадуюсь за вас. Хоть у кого-то всё хорошо.
— Сплюнь… — стучит Мила кулачком по столешнице.
— Тьфу, — бросаю через плечо, и мы смеёмся.
Потом Мила поднимает глаза к потолку.
— Пора будить наших красавиц, тебе не кажется?
— Кажется, но они, небось, полночи болтали.
— Ох, это их проблемы… Знают же, что не стоило.
— Сейчас схожу, попробую поднять.
Я иду к лестнице, а за моей спиной Мила возвращается к блинчикам, продолжая намурлыкивать мелодию. Звучит она, как мне кажется, намного веселее.
***
В психологическом центре практически нет народа. Мне интересно, это потому, что желающих мало, либо из-за грамотных действий администратора, умело распределяющих посетителей по времени.
Находится он практически в центре города, так что я бросила машину на перехватывающей парковке, а сама с Алисой поехала на метро, чтобы не встрять в пробку.
Дочь напряжённо оглядывается, не понимая, куда мы попали. С виду похоже на детский центр: на стенах забавные рисунки, на дверях кабинетов персонажи из мультфильмов, есть детский уголок для ребят помладше.
— Здравствуйте, — спешит нам на помощь девушка администратор. — Вы на пять, так?
— Да, добрый день, на пять.
Она поворачивается к Алисе с улыбкой.
— Привет, я Оля, а ты Алиса, да? Хочешь,
