Сниму проклятье по фотографии или День Святого Валентина - Ольга Глюк

— Ну вот, ты сломала Алиске реквизит, — разочарованно произнес парень чуть севшим голосом, — Придется возмещать его хорошими кадрами, ведьмочка...

* * *

Я приоткрыла глаза и слегка прижала губы рукой, пытаясь заставить перестать их гореть.

— Теперь ты открывай глаза, — скомандовала Лиз, только что заставившая нас раз девять повторить сцену с соблазнением. Чувствую, ей просто нравилось смотреть на мои мучения и помогать брату издеваться надо мной. Казалось бы, после третьего раза мне должно было бы это уже надоесть, но, как ни странно, я только вошла во вкус, с воодушевлением целуя своего бывшего парня. После пятого раза я решила, что будет не честно, если всё ему сойдет с рук (ммм... и с губ), и начала издеваться над ним, прижимаясь сильнее, чем допускают правила приличия.

Тин послушно выполнил просьбу-приказ сестры и посмотрел на меня, лежавшую у негона груди. По сценарию демон и ведьма провели чудесную ночь и на утро проснулись в одной кровати, чтобы весело провести день в романтическом исследовании демонической обители.

— Доброе утро, — ехидно улыбнулся он, показав свои клычки. Судя по времени, было около пяти-шести часов вечера, но прожекторы мягко освещали кровать-декорацию, создавая иллюзию утреннего освещения. По-моему, в его асенале вообще нет нормальных улыбок! Только ехидные, саркастические, надменные, презрительные...

— Братик, у тебя получилось сделать нормальный взгляд, а вот ты, Рит, лажаешь! Не надо его так убивать своими зелеными лазерами, вы между прочем только что переспали! — я закашлялась, попытавшись отстраниться подальше от Валентина, но тот только еще сильнее придавил меня к себе своей лапищей, — Ну Рит, ну сделай более влюбленный взгляд... Нет, не такой любви, как будто ты видишь перед собой кусок торта и хочешь его сожрать, а что-нибудь почеловечней. Вспомни что ли своего первого парня, с которым ты переспала...

Следующие десять минут Тин пытался успокоить дико ржущую меня, а Лиз, мысленно чуть переделав сюжет, щелкала нас.

— Первого… парня... Ахах, — я спрятала лицо в руках, пытаясь прервать истеричный смех, но когда случайно кинула взгляд на парня, всё началось заново.

— Хм, я ожидала немного другой реакции, — задумчиво протянула Алиса, присаживаясь на кровать и делая более крупный план, — Неужели он был так плох?

Смеяться почему-то сразу перехотелось. Нет, если ЭТО "плох", то я со своими сорока пятью килограммами — бегемот.

— Это было отвратительно, — передернулась я от жарких воспоминаний, чуть покраснев при очередном "случайном" взгляде на парня, — Он был страшным, толстым и лысым крокодилом, у которого нет никаких способностей чувствовать и любить, — я сжала кулаки, до боли прикусив губу, когда воспоминания самого болезненного для меня расставания проносились перед глазами, — Он просто играл с глупой девчонкой по имени Марго, которая без своей рыжей шевелюры была обычной наивной дурой, — я взглянула на Валентина, который с широко открытыми глазами смотрел на меня, и выдавила улыбку, чувствуя, как глаза начинает щипать, — Извини, забыла представиться. Маргарита Мартова, ныне пятикурсница Московского Института Искусств, двадцать два года, — я встала в кровати и направилась в гримерку, напоследок развернувшись и с грустной улыбкой добавив, — Рыжий цвет идет мне больше, чем черный, не так ли?

* * *

— Страшным, толстым и лысым? — раздался чуть виноватый голос. Я открыла глаза и посмотрела в зеркало на вошедшего парня, — Я думал ты лучшего мнения обо мне, Маргаритка.

Я поморщилась, дрожа от непонятного холода. Вроде бы воздух был теплый, а меня всё-равно трясло, как при температуре за сорок.

— Какая я тебе Маргаритка?.. — я тихо рассмеялась, снова закрывая глаза, — Сюсюкайся с той... девушкой, что сидела на тебе, — с губ сорвался горький смешок, — Как же это было мило... Ты позвонил мне, сказал, чтобы заболел, и позвал меня к себе в гости. Я пришла и увидела замечательную картину: ты лежишь на полу, на тебе сидит какая-то малолетняя шл... девка, разукрашенная, как на панель. Я тогда в первый раз взбесилась, сказала... нет, проорала, что влюбилась в одного идиота, после накричала на тебя, попыталась ударить...

— А я разозлился из-за твоей абсолютно беспричинной ревности и сказал, что играл с тобой, — на мои плечи опустились руки и чуть сжались, заставляя меня взглянуть в синие глаза через зеркальную поверхность, — Ты правда думаешь, что я такой урод, который способен переспать с девушкой ради "игры"?

— Беспричинной?! — проигнорировала я последнюю фразу, вскакивая на ноги, — Милый, я не слепая! Причина была, я её накрашенную морду прекрасно видела!

Валентин улыбнулся и шагнул вперед, как-то неожиданно зажав меня в угол. Руки уперлись в стену с двух сторон от меня, а парень чуть нагнулся и повернул моё лицо к себе, схватившись двумя пальцами за подбородок. Он чуть нагнулся, заставляя смотреть прямо ему в глаза и не отпуская меня.

— Если бы ты не начала скандалить, а выслушала меня, то узнала бы, что эту "накрашенную морду" зовут Алисой и эта "причина" просто решила защекотать своего старшего брата до смерти, повалив его на пол. Сестренка тогда как раз пришла с айкидо и решила показать на мне свои приемчики, пользуюсь тем, что из-за плохого самочувствия я не могу ей ответить. Кстати, я тебя и позвал затем, чтобы познакомить с Лиз, решив, что начало серьезным отнощение лучше всего подать, познакомив с родственницей. Но когда ты начала психовать, предъявляя свои права на собственность мной, словно я какая-то вещь, я не выдержал и сорвался, — Тин провел указательным пальцем по щеке и дотронулся до приоткрытых губ, — Я же не знал, что ты у меня такая ревнивая.

Я тихо всхлипнула и обняла своего первого бывшего, скрепив руки у него за спиной. Над ухом раздался тихий смешок и парень уткнулся лицом в мои волосы, пропуская шелковые прядки через ладони.

— А ты, дурочка, пахнешь всё так же... - рассмеялся он, легко целуя меня в лоб, — По-прежнему моешь голову грейпфрутовым шампунем? — я невнятно промычала что-то невразумительное, проводя носом по голой коже. Ты тоже не больно изменился, придурок... — А я еще тогда, когда Лиз толкнула тебя ко мне на кровать, понял, что в тебе есть что-то знакомое...

— Ты всегда был умным идиотом, — не удержалась я от комментария, поднимая голову. Тин усмехнулся и обхватив моё лицо, провел большими пальцами по мокрым щекам.

— Ты всегда была глупой