Кондитерская желаний. Очешуенный сервис - Анна Сиротина

— Это всего лишь ароматические добавки. Просто их много. И вас никто не держит, пристройка не заперта, сможете спокойно выйти в переулок. Всего доброго! С Энлисом!

Я прислонилась к двери, дрожа и смеясь одновременно. Потом вернулась в главный зал, чтобы продолжить украшать его. Через минуту «инспектор» стоял напротив запертой входной двери. Мы встретились взглядами через стекло.

Я не смогла с собой совладать и показала ему язык. Да ещё и неприличный жест.

Он криво усмехнулся, его глаза были похожи на грозовое небо, испещренное молниями.

Он развернулся и пошел прочь.

Моё сердце колотилось как сумасшедшее.

Я почему-то была уверена, что он ещё вернётся.

2. Заветное желание

Максим

Талайт в канун Энлиса был красив до неприличия. Город словно решил доказать, что магия — это не только заклинания и стихии, но и свет, запахи и настроение. Ветры, благословлённые Энлиэлем, играли с гирляндами, магические снежные искры кружили в воздухе, а улицы были полны людей — смеющихся, спешащих, живых.

Я шёл без охраны. Редкая роскошь. Стен[1] считал, что иногда полезно побыть просто человеком, а не чьим-то подопечным или «тем самым мальчишкой без дара».

Я засунул руки в карманы мундира и шагал, глядя по сторонам, но мысли упорно возвращались к одному.

К желанию.

В Сарадии магия была главным ресурсом. Можно быть умным, сильным, полезным — но без магии потолок всегда ниже. Обычные люди существовали, да. Даже служили государству. Но вверх по лестнице поднимались редко.

У меня, в отличие от большинства, всё было… хорошо.

Титул — есть. Волею императора, я уже месяц князь!

Деньги — есть.

Будущее — расписано.

Летом — поступление в Академию. Не магическую, конечно. После которой престижная работа. Мне подобрали место в Тайной канцелярии Эллатриума: эксперт-аналитик, работа с массивами данных, прогнозирование, стратегические выкладки. Стен лично настоял — сказал, что у меня голова работает лучше, чем у половины его генералов.

Я тренировался с особой стражей императорского дворца. Сражался на равных. Терпел, падал, вставал. Часто Стен сам выходил против меня — чёрный нефритовый дракон, император, один из сильнейших. И никаких поблажек. Ещё и Артём[2] учил меня армейскому рукопашному бою. Они делали из мальчишки воина.

У меня было всё.

Кроме магии.

Я как раз думал об этом, когда взгляд зацепился за вывеску.

«Сладкие прихоти»

Я остановился.

Название было… подозрительным. Двусмысленным. Из тех, что либо продают мечты, либо неприятности.

Под вывеской висела табличка «Закрыто», но лавка была ярко освещена, украшена венками и лентами. И в окне я увидел её.

Фею.

Волосы цвета звезд, пушистым ореолом обрамляли её личико, а два смешных пучка, были похожи на ушки котёнка. Огромные голубые глаза, пухлый ротик, острый носик, розовые щечки, полупрозрачные крылышки, трепещущие за спиной.

Она стояла на лесенке и пыталась повесить омелу, явно переоценивая свои способности. Лента путалась, венок перекосился, она сосредоточенно пыталась это исправить, даже закусила нижнюю губку от усердия.

У меня чуть челюсть не упала на каменную мостовую. Какая потрясная.

Резко захотелось познакомится поближе.

Думаю, нужно ей помочь и подстраховать.

Когда дверь дёрнулась, и она полетела вниз, я поймал её чисто на инстинктах. Тёплую, лёгкую, пахнущую сладостями и праздником.

Руки сами собой, непроизвольно, скользнули по её телу. Такому точёному и хрупкому.И всё же — в нужных местах приятно округлому.

— Простите! Вы… вы что себе позволяете?!

Она уперлась ладонями мне в грудь. От её прикосновения у меня отозвалось в паху. Её запылавшие щечки и малиновые ушки были очаровательны. Захотелось прикусить мочку или острый кончик.

Но её глаза блестели решительностью и возмущением. И в тот момент, я понял: если скажу правду — она меня выставит.

Без вариантов.

Решение пришло мгновенно.

Я — будущий государственный служащий. Мундир настоящий. Выправка настоящая. Половина сказанного — правда. Почему бы не добавить остальное?

— А я не посетитель. Я инспектор, — представился спокойно и уверенно.

Она явно сомневалась.

Но, похоже, мундир сыграл свою роль. Люди редко сомневаются в том, кто выглядит так, будто привык отдавать приказы. А я привык. Меня учили.

Я уже представлял, как заставлю крошку пойти со мной на свидание, но всё пошло по одному месту. Я покинул кондитерскую слишком быстро и совершенно не так, как планировал. Меня выставили через сарай. Гордость была задета, мужским самолюбием подтерли пол, а княжеское эго, которое недавно начало просыпаться, было в шоке. Но внутри росло странное, глупое тепло.

— Вот мелкая зараза, — усмехнулся себе под нос. — И всё равно… очаровательная.

Всю дорогу до дома думал про фею. И только у самых ворот заметил слежку. Стен же обещал… Твою мать. У моего унижения еще и свидетели были. Будет очередной повод меня пообсуждать. Конечно, открыто никто бы не посмел надо мной подтрунивать, но за спиной шептались.

Во дворце было шумно. Я поднялся в наше крыло и хотел проскользнуть в комнату незамеченным.

— Макс! Это ты? Иди сюда. — голос Алёны[1] донёсся из малой гостиной. — Только не смей смеяться!

Я шагнул в дверной проём — и сразу понял, что надо спасаться. И смеяться!

Мой племянник, двухлетний дракон с едва заметным синим отливом чешуи на висках, стоял посреди зала, широко расставив ножки, и с восторгом хлопал в ладоши. С каждым хлопком из воздуха вырывался поток воды.

— Буль! — радостно заявил он.

Вода хлынула вперёд.

— Осторожно! — закричал один из слуг, поскользнулся и с грохотом сел прямо в образовавшуюся лужу.

Поток, будто живой, понёсся в мою сторону.

— Нер, остановись! Это небезопасно. — взмолилась Алёна, хотя по её лицу было видно: она еле сдерживает смех.

Слуги бросились кто куда, пытаясь увернуться от стихии. Вода вырвалась из гостиной и ринулась вниз по лестнице. Я успел отскочить в сторону. Рефлексы за три года отточил на отлично.

А вот служанке, поднимавшейся по лестнице с подносом, на котором были тарелки, чашки, десерты, аккуратно разложенные фрукты, не хватило сноровки, несмотря на то, что она была двуликой.

Волна свалила её с ног.

Она вскрикнула. перевернулась

И поехала на попе вниз вместе с подносом.

Тарелки взлетели в воздух. Одна разбилась о перила, другая — о стену, третья угодила кому-то прямо на голову. Крем, соусы и куски пирога разлетелись по залу, превратив его в кулинарное поле боя.

— Ну вот, пообедали… — сказал я, сдерживая улыбку.

— Буль-буль! — племянник захохотал и хлопнул ещё раз.

Вода