Развод. Без сожалений - София Брайт

— Прекрати, Кира. Минутную слабость теперь возводишь во главу всех смертных грехов.

— Минутную? — кажется, что я ослышалась. — Как-то затянулась твоя минутка, более чем на три месяца.

— Не наговаривай…

— То есть ты хочешь сказать, что три месяца беременности Марине ветром надуло? — в данный момент мне совершенно плевать на то, обрадовала любовница мужа будущего папашу или еще нет.

— Какие три месяца? Не городи ерунды.

— Это ты открой глаза и не будь слепцом. Я вчера встретила твою зазнобу. Она поделилась благой вестью.

— Какой? — в голосе мужа звенит напряжение.

— Поздравляю, ты скоро станешь папой во второй раз. И порадую тебя повторным отцовством не я.

В динамике виснет тишина, и мне даже кажется, что связь оборвалась.

— Это ничего не меняет, — берет себя в руки Егор. — Вернись домой или ты пожалеешь.

— А фокус с картами ты провернул, чтобы запугать меня? — я должна проверить эту версию.

— У тебя проблемы с картами? — изображает удивление Исаев. — Тогда тем более возвращайся. Или я подам заявление в опеку о том, что ребенок с тобой вынужден скитаться и ты не в состоянии его обеспечить. Не играй со мной, Кира. Тебе это не понравится, — сбрасывает вызов.

— Опека может стать проблемой… — бормочет Ксюха, и я чувствую, как меня начинает мутить от мысли, что кто-то сможет забрать у меня Лизу.

Глава 21

— Осторожно! — слышу мужской голос, когда подворачиваю ногу и лечу куда-то. Но не успеваю упасть, как меня подхватывают сильные руки. — Успел! — раздается над ухом хриплое.

Сердце быстро колотится в груди, и только теперь меня догоняет страх. Я даже не успела осознать, что падаю. Сейчас испытываю облегчение, когда понимаю, что не растянулась на асфальте. И, судя по тому, как я летела, запросто могла впечататься в ступеньки подбородком.

— Не ушиблись? — спрашивает тот самый голос, помогая мне встать в вертикальное положение.

— Вроде не успела, — чувствую, как на смену первоначальному шоку приходит смущение, и только теперь поднимаю взор на своего спасителя. — Вы? — щеки вспыхивают еще ярче.

— Я, — как-то осоловело улыбается новый приятель моей дочери.

Между нами виснет неловкая пауза, мы только пялимся друг на друга, и никто ничего не говорит.

— Платон, долго тебя еще жда-а-ать? — слышу жеманный женский голос, который мгновенно меня отрезвляет.

— Простите, — немного отталкиваю от себя мужчину, чтобы обеспечить чуть больше пространства.

— Вам не за что извиняться, — смотрит он на меня внимательно. — Платон, — говорит так, будто я могла забыть, и протягивает руку. — Я вчера представлялся.

— Да, я помню, — пожимаю его руку в ответ. — Кира, — чувствую, как губы растягиваются в улыбке.

— Платон! — переходит практически на крик истеричная барышня рядом с его машиной.

— Инна, ты видишь, я разговариваю? — спрашивает он жестко и смотрит на нее как на надоевшую муху. — Кстати, твое такси подъехало!

— В смысле “такси”? — возмущается она.

— Результаты анализов придут тебе по почте, — мужчина отворачивается от нее и молча смотрит на меня.

— Ну ты и козел. Хорошо, что больше не придется тебя терпеть! — пошла она, цокая каблуками, в сторону автомобиля с шашечками.

Я опускаю глаза к брусчатке, не зная, куда себя деть от неловкости. Мне всегда не по себе, если становлюсь участницей чьих-то ссор.

Слышу, как хлопает дверца автомобиля, и тонкой струйкой выдыхаю сдерживаемый воздух.

— Извиняюсь за эту сцену, — наконец-то прерывает молчание Платон. — Бракоразводный процесс редко бывает красивым, — слышу усмешку в его голосе и поднимаю взор к его лицу.

— Я вас понимаю, — кажется, грудь даже передавливает, как только я представляю, что меня ждет впереди.

И снова мы замолкаем, каждый, видимо, думает о своем разводе.

— Как поживает Лиза? — меняет вектор разговора Решетников.

— С ней все замечательно. Сейчас она вместе с Ксенией в отделении, — улыбаюсь, вспоминая лицо дочери, когда та узнала, что ей предстоит поехать в настоящее полицейское отделение. — Для дочки это практически то же самое, что попасть по ту сторону экрана.

— Так, может, следующей ее героиней станет вполне реальная тётя Ксюша, которая, так же как Леди Баг, ловит злодеев? — открыто улыбается он.

— Тогда у Ксюши будут большие проблемы, потому что моя дочь не оставит ее в покое и будет ходить по пятам.

— И вдруг выяснится, что это ее призвание, — засовывает руки в карманы брюк Платон.

— Ходить по пятам? — смеюсь, наверное, впервые за последнюю неделю.

— И это тоже, — улыбается в ответ Решетников и смотрит как-то задумчиво. — Я, наверное, отвлекаю вас. Вы на прием? — кивает он на клинику репродуктивной медицины.

— Да, — сразу же перестаю улыбаться я. — Нужно понять, есть повод у моего мужа оттягивать развод или нет.

Платон мгновенно хмурится.

— А вы? — перевожу тему.

— Вот и я убедился, что с женой нас ничего не связывает. И теперь мы практически бывшие муж и жена.

— Рады этому?

— Честно, не знаю, — смотрит он куда-то вдаль, а затем возвращает взор ко мне. — В любом случае мне жаль, что у нас не получилось построить семью.

— У вас все впереди, — подбадриваю его, чувствуя, что человек действительно старался спасти брак и потерпел неудачу.

— И у вас, — улыбается он.

Снова мы замолкаем, и тогда я понимаю, что самое время сделать то, зачем я пришла.

— Простите, не хочу опоздать на прием, — поправляю ремешок сумки на плече.

— Да, конечно, — слегка отходит в сторону Решетников. — Надеюсь, еще увидимся, — говорит он на прощание.

— Все может быть. И спасибо, — вспоминаю, с чего начался наш диалог.

Платон хмурится, наверняка силясь понять, что именно имеется в виду.

— За то, что поймали, — напоминаю я и взбегаю по ступенькам.

— Всегда рад помочь женщине в трудной ситуации, — кричит он мне вслед.

А я оборачиваюсь в последний раз и с легким сердцем перешагиваю порог клиники.

Глава 22

— Что делать дальше, вы знаете, — говорит доктор. — Придете через месяц, поставлю вас на учет.

— Могу я встать на учет позже? — смотрю на заведующую клиники, что лично проводила мой осмотр.

— Можете, конечно. Если беременность будет протекать спокойно, то, когда именно вставать на учет, решать вам, — сдержанно улыбается она.

— Замечательно, — облегченно выдыхаю. — Мне очень надо потянуть время до развода.

— Развода? И ваш муж так спокойно отпускает беременную жену?

— В том-то и дело, что он не должен узнать об этом ребенке, иначе никогда не даст мне развод.

— Дело, конечно, не мое, но ребенку нужен отец. Если вы расскажете