Мой рок-мерзавец - Хельга Дюран
Тома отключилась, и я вздохнула с облегчением. Подруге удалось поднять мне настроение и вселить надежду на то, что Артём будет моим навеки!
А если нет, будет помнить меня до конца своих дней!
15. Артём
Выкурив сигарету, я набрался смелости набрать Лёву. Он скинул вызов и прислал мне смс:
"Перезвоню позже, брат."
Брат? Прежде Лёва так меня не называл. Моя тревога насчёт мотоцикла только усилилась. Не к добру это всё. Что бы там ни было, тусоваться у подъезда Светочки смысла не было, поэтому я вызвал такси и поехал домой.
Всю дорогу думал о ней, даже не о байке. Прокручивал раз за разом наши с ней поцелуи и ласки. Как наяву ощущал на ладонях шелковистость её кожи, а во рту её вкус, мне казалось, даже пахло от меня ею. Стоны малышки, её нетерпеливая дрожь, трепет желания — это были настолько приятные воспоминания, что я не пытался их прогнать от себя. Напротив, мне нравилось вспоминать подробности и детали этого запретного момента.
В голове назойливо звучала какая-то ритмичная мелодия, ассоциирующаяся со сладким запахом нашего греха. Едва зашёл домой, схватился за гитару. Несколько часов подряд тренькал на ней, на каком-то необъяснимом пике вдохновения. К вечеру я понял, что написал охуенную мелодию к новой песне. Осталось слова сочинить, и будет разъёб. Эт определённо хит! Моя лучшая музыка!
Нехило меня так от Светочки вштырило. Если и дальше пойдёт в этом же темпе, я напишу новый альбом. Давно пора. Год гастролируем со старьём. Только вот я решил больше не смотреть в её сторону, а это проблема. Надо писать быстрее, пока меня прёт.
Наигравшись до посинения, я отложил гитару в сторону и продолжил думать о Светочке. Неплохо, весьма неплохо. Пусть она мне не отсосала, но есть всё же польза от неё.
Чем она, интересно, занимается? Нажаловалась уже бегемотику на меня? Может, ей похер вообще? Я ушёл, и она и думать обо мне забыла? Это я сижу тут, как мудак, подрачиваю на её светлый образ, а ей на меня срать? Несмотря на моё решение больше не пересекаться со Светочкой и выкинуть со временем её из головы, мне хотелось, чтобы она обо мне думала, пусть даже воспоминания у неё не совсем приятные. Главное — чтобы помнила.
Вечером мне перезвонил Лёва и попросил подъехать в гараж его дяди Тимура. Я бывал там пару раз, когда помогал Лёве чинить его "Приору". Может, опять что-то нужно от меня?
Обычно мне было лень выбираться из дому из-за какой-то непонятной хрени, но сегодня у меня было столько энергии, что я сам с себя охуевал.
Ни о чём не подозревая, я приехал в гараж. Лёва курил на улице с кем-то, разговаривая по телефону. Увидев меня, он сразу же прекратил разговор и спрятал мобилу в карман.
— Здорово, брат! — протянул он мне руку. — Ты только не волнуйся…
А я и не волновался, пока он мне этого не сказал. А теперь меня затрясло похлеще, чем с похмелья.
— Что с моим байком? — начинал закипать я, чувствуя, как внутри всё обрывается от ужасного предчувствия.
— Пойдём, — махнул он рукой в сторону дверей, и открыл её, пропуская меня вперёд.
Я сразу увидел его. Он лежал на боку, раскуроченный, жалкий, будто мёртвый навеки.
Фара разбита, оба крыла и защита цепи погнуты, вмятина на баке, одного зеркала просто нет.
Мой друг, мой железный конь, моё единственное имущество!
— Это что такое? — растягивая слова, спросил я, не сводя глаз с раскуроченного байка. В глазах потемнело от горя, руки сами непроизвольно сжались в кулаки. — Ты что наделал, гандон?
Я почти чувствовал ту же боль, что чувствовал мой мот. Ярость заслонила собой всё вокруг. Я резко развернулся и втащил Лёве по виноватой роже. Затем ещё раз вдогонку и ещё.
Как он мог? Я же ему доверил самое дорогое, что у меня есть, а он разъебал его в хлам! Я сейчас ему кишки вырву и сыграю на них похоронный реквием! Буду убивать его медленно, чтобы он понял, что воткнул мне нож прямо в сердце!
— Это не я! — затараторил Лёва, закрываясь от меня. — Это подруга твоя!
— Какая, блять, подруга? Ты чё несёшь?
— Света! Это всё она!
Я отступил от пацана на шаг, пытаясь взять под контроль своё бешенство, и понять, о чём он мне толкует.
— Света? Какая, нахрен, Света?
— Ну, Света. С которой ты вчера ушёл. Подруга Тамары.
— Что?
Лёва пьяный или придумать что-то получше не мог, чтобы отмазаться?
— Она приехала утром к Тамаре в гости, я там тоже был. Света попросила прокатиться, сказала, что ты ей разрешил. Я поверил, дал ключ. А она…
Господи Иисусе, это пиздец!
— Что со Светой? Она в порядке?
— Вроде да.
— Вроде?
— В порядке.
Я выдохнул с некоторым облегчением. Повезло девчонке. Так разъебать мотоцикл и остаться в живых — чудо, не иначе!
Впрочем, это ненадолго! Я её прикончу! Придушу нахер! Сначала выебу, а потом придушу! А потом ещё раз выебу!
Сука, она специально, что ли? За то, что я так с ней обошёлся? Господи, за что мне всё это? За то, что я её не трахнул? Лучше бы трахнул, и мой конь был бы жив!
Чё делать-то теперь?
Я посмотрел на Лёву, который щупал пальцами челюсть. Теперь мне перед ним стало стыдно. Дал пизды человеку ни за что.
— Лёва, извини, что сорвался…
— Да ладно, брат. Я всё понимаю… Дядя Тимур сказал, что починит байк. Денег не возьмёт, но запчасти нужно заказать оригинальные. Там немного выйдет, и время нужно. Я сам куплю, Артём. Я тоже виноват. Доверился девчонке…
Теперь мне стало ещё стыднее. Лёва подсуетился, напряг дядьку, хочет взять расходы на себя, а я ему в морду дал. Три раза!
— Сколько надо? — уточнил я, достав пачку сигарет.
Лёва назвал сумму, которой добил меня окончательно. Я тяжело опустил жопу на ящик с инструментами и закурил. Хуле делать? Надо делать.
— Ты только на Светочку не злись, Тёма. Она же девчонка. Не справилась с управлением. Там секунда какая-то, и всё, кирдык! Она так плакала, бедняжка, еле успокоили!
Плакала? Я сам сейчас расплачусь.
— Что у тебя с Тамарой? — я решил сменить тему.
— Любовь! — Лёва мгновенно оживился. — Чуть хуй
