Здравствуйте, я ваша ведьма Агнета. Книга 11 - Евгения Владимировна Потапова

— Жека, больше никого нет? — крикнула я в коридор.

Мне навстречу выплыл шарообразный Жека в одежде мясника и с медицинской пилой в руках.

— Мило, — сказала я. — Но спасибо за чай.

— Шелби, я так понимаю, это мертвец? — спросила я. — Или маньяк?

Жека осклабился и посмотрел на меня мутными глазами.

— Слушай, ты ведь мужик-то был неплохой при жизни, зачем же вот это всё? — Я выставила перед собой косу. — Ведь можно продолжать работать в родном морге и приносить людям пользу.

— Я не хочу уходить, — булькнул он.

— Но ведь придется все равно когда-то это сделать. Да и жнецы не уходят, они работают, как обычные люди, ну вот у них просто такая странная работа.

Он остановился напротив меня и задумался.

— А ты чего с курильщиком не ушел-то? — спросила я.

— Уговорил забрать меня попозже, а он повелся, — снова булькнул Жека. — Коллеги ведь.

— Ну так что, пойдешь работать жнецом? — спросила я.

— Да можно попробовать, — Жека убрал в сторону пилу. — А что нужно для этого сделать?

— В первую очередь дать твердое согласие, а во-вторую — отправиться на тот свет, — вздохнула я.

— Хорошо, я согласен быть жнецом, но только при нашей больнице, ну и присматривать за порядком здесь, — кивнул он. — А то тут столько нечисти развелось.

— Ну тогда отправляю вас в кадровый отдел, — сказала я и махнула косой.

Мы с Шелби осмотрелись и выдохнули.

— Кажись, всё, — сказала я. — Эти гады мне капюшон оторвали, — пожаловалась я.

— Так-то вроде всё здесь, — согласился со мной Шелби. — Но у нас еще с тобой больница осталась.

— И надо бы найти этого Жеку. По всей видимости, он где-то здесь умер, и как его никто из персонала не нашел? — сказала я.

— Может, он себя в холодильник затолкал? — предположил он.

— Ищи.

В итоге мы нашли бедного Жеку в шкафу. Он лежал там уже, по всей видимости, пару дней, и как мы запах не учуяли.

— Пошла я звать Альберта Семеновича. Эх, жалко товарища, и чай он вкусный делал. Эх, как любил свою работу, что даже после смерти уходить с нее не хотел, — вздохнула я.

По внутреннему телефону вызвала Альберта Семеновича и сообщила ему прискорбную новость.

— Такого не может быть. Я ведь утром сегодня к нему заглядывал. Чай вместе с ним пили.

— И я с ним пила чай, но оказывается вот такой сюрприз.

— Эх, вот горе-то какое, — вздохнул доктор. — Сейчас я к вам спущусь.

— Хорошо, — кивнула я.

— Всё же, я думаю, что нам пора валить, — сказал Шелби.

— И даже не попрощаемся? — спросила я.

— Успеешь ты еще с нашим Альбертом попрощаться, — неоднозначно хмыкнул он.

— Ну как скажешь, — пожала я плечами. — Мне самой все это не нравится.

Я стащила с себя дранный халат и повесила его на спинку стула. С Шелби мы вышли через другой вход сразу на улицу.

Поели грибочков

Около выхода уже стоял «крокодильчик». Я с удивлением посмотрела на Шелби. Он пожал плечами и улыбнулся.

— Ну не бегать же по льду, — пояснил он.

— Ты меня бережешь, — ухмыльнулась я.

— А то. Для этого я к тебе приставлен. Садись и погнали.

Устроилась в салоне, надавила на газ и рванула со своего места и тут же улетела в соседний сугроб.

— Эх ты, гонщица, — усмехнулся Шелби. — Даже убежать нормально не можешь.

Он щелкнул пальцами, и машина сама аккуратно выехал из снежного плена. Я аккуратно повернула руль, и мы направились в сторону выезда из поселка. Шелби вытащил из кармана какие-то бумажки и стал их изучать.

— О, смотри, у нас из плана убрали эту больницу и поликлинику тоже, — просиял он. — Видать, сделают Жеку новым жнецом и смотрящим.

— Это хорошо, конечно. Главное, чтобы меня не сделали агитатором в жнецы, а то сейчас быстро новые обязанности навешают. Им только повод дай, — хмыкнула я.

— Ну да, это им как чихнуть, — согласился со мной Шелби. — Устала?

— Да так, немного руки от напряжения потряхивает, а в целом нормально.

— Может, еще куда сгоняем? — предложил он.

— А вот фигушки, — нахмурилась я. — Я не до такой степени бодра.

— А я бодр и полон сил, — хохотнул он.

Шелби вытащил из кармана паленый коньяк.

— Ой, вот только давай здесь ты его не будешь употреблять, а то вдруг оглохнешь или ослепнешь, — поморщилась я.

— Нужно восполнить потерю энергии, — заявил он.

— Ты еще свой самогон не допил.

— Точно. Где моя амброзия? — он стал рыться под сиденьем. — А вот ты где, моя прелесть. О, смотри, метель поднимается.

— Не успела осень еще уйти, а тут уже зима во всей красе, — проворчала я. — Гидрометцентр нам обещал хорошую погоду.

— Не переживай, мы быстро с тобой до дома домчимся.

— Вот и радует, что хоть больница недалеко находится. Надеюсь, Алберт после нашего визита не сойдет с ума.

— Никто этого не знает, — пожал плечами Шелби.

— А то как-то не очень приятно найти своего работника в шкафу. И кстати, ты не знаешь, почему он был в шкафу? — поинтересовалась я.

— Наверно, плохо стало, когда переодевался, а потом его же призрак запихнул свое тело в шкаф, чтобы не нашли.

— Жесть, конечно, но неупокоенные духи всякие бывают, — согласилась я с ним.

— Да, те еще веселые ребята. Особенно сегодня, те, что грибы у соседки поели.

— Кстати, что-то я ее там не видела вместе с ними. Или она свои грибы не ела?

Мы с Шелби переглянулись.

— Хочешь спросить ее об этом? — угадала я его мысли.

— А почему бы и да, — он задорно затряс головой. — У меня и презентик для нее имеется.

Он потряс бутылкой паленого коньяка.

— И далеко дамочка проживает? — спросила я.

— Агнета, ты же в такие вещи не влезаешь, — удивился Шелби.

— Это я в платье, которое носила в пятнадцать лет, не влезаю, — хмыкнула я, — Мне же просто любопытно, как такое могло произойти.

— Ладно, вон сейчас мимо их деревеньки проезжать будем. Хочешь, заверни, — пожал он плечами.

Доехали до указателя, да я свернула на проселочную дорогу. Небольшая деревенька, всего две улицы.

— Вон ее дом, — Шелби ткнул пальцем на небольшой домик. — Кажись, к похоронам готовятся.

Действительно, в калитку вошли две женщины с тяжелыми сумками. Я стала притормаживать около забора. Одна из них остановилась и помахала мне рукой, дескать, меня ждут.

— Смотри чего, тебя, видать, за одну из родственниц или гостей приняли, — ухмыльнулся Шелби.

— Да вот только я с пустыми руками.

Он снова вытащил из кармана бутылку коньяка.

— И даже не суй ее мне в нос. Может, там