Больной Ублюдок: Ни хрена не волнует. Трилогия. - Эш Эрикмор

Работа со страховой компанией имела много плюсов для такого человека, как Алекс. Во-первых, она была легкой. Всегда. Обычно она заключалась в одном из двух: поджечь что-нибудь или что-нибудь подрезать. Подрезать было чище. Дождаться трех часов ночи - немного неприятно, приходится не спать полночи, но ничего страшного - а потом лечь на спину и засунуть руку под машину. Перерезать тормозной шланг.

Можно было бы подумать, что, раз это так просто, люди сделали бы это сами. Но старый трюк с перерезанием тормозного шланга был уделом страховых аферистов. А люди иногда не хотели убивать своих супругов. Всегда супругов. Да и вообще, лучше, если они не знают всех подробностей. В переносном смысле, конечно.

Потом были задания по страхованию имущества. Обычно здания и все, что в них находилось. Иногда, если люди хотели получить немного больше, они делали это сами. Они забирали все из здания, прятали в другом складе, а потом поджигали здание и требовали возмещения ущерба от пожара и потери имущества.

Потом они попадали в тюрьму.

Понимаете, ни один страховой агент не даст себя обмануть остовами пустого здания. Даже если оно сгорело дотла. Секрет заключался в том, чтобы постепенно вынести часть содержимого, а затем поджечь здание, когда в нем еще оставалось более половины вещей.

Работало каждый раз.

И именно за это типы платили Алексу. Конечно, часть денег шла на его "мускулы", - но остальное - на его знания и опыт. Навыки. Годы, проведенные в роли абсолютного придурка для всех и каждого, изучение всех законов и лазеек в законах. А если лазейки не находились, то их просто создавали. Главное - не попасться.

Так вот, Алекс сказал бы вам вытащить все самое ценное. Скажем, если вы храните дорогую меховую одежду. Запомните, какая треть запасов стоит дороже всего. За несколько недель до "несчастного случая" понемногу выносите все это. Спрячьте где-нибудь. Никому не показывайте. Никому. А потом обеспечьте себе железное алиби на эту ночь. Такое, которое можно будет подтвердить публично. Никаких "я был с женщиной, но не могу назвать ее имя" и прочей ерунды. Летите в Амстердам. Будьте в самолете, когда произойдет пожар. В наше время не может быть никакой ошибки, когда ты летишь на гребаном самолете.

В любом случае. Это должно было произойти сегодня ночью. В ночь "несчастного случая". Парень хотел, чтобы все сгорело. Ранним вечером, потому что именно тогда у него было алиби. Алекс не спросил, какое у него алиби... лучше, если он не будет знать. Не имело значения, что он должен был сделать это ранним вечером. Это было не совсем в глуши, но достаточно далеко от города, чтобы там почти не было движения.

Честно говоря, он разведал место заранее, чтобы все было профессионально, и обнаружил, что здание все равно находилось в стороне от дороги. Под покровом темноты он мог без опаски разлить горючее, не боясь быть пойманным. Он мог поджечь эту суку и вернуться к машине, пока огонь не разгорелся по-настоящему. И уехать в ночь.

Он посмотрел на часы. Семь тридцать. Он сказал поджечь место где-то около восьми. Хорошо. Это давало ему немного времени, чтобы разлить бензин вокруг здания. У него также было два коктейля Молотова. Расставить их снаружи здания и поджечь, а затем, пока огонь не разгорелся, бросить пару бутылок в окно. Это гарантировало бы, что работа будет сделана на славу.

Поджечь все, как будто это была ночь костров, а не три недели до Рождества.

Он перевел взгляд на рождественские гирлянды в саду - том самом, что был дальше по улице от здания, которое он должен был поджечь. Он просидел там час. Хозяева дома ушли вскоре после его прибытия. В поле зрения были только еще пара домов, и в них не горел ни один свет. Пусто. Вероятно, еще не вернулись с работы.

Алекс вышел из машины. Быстрый взгляд на здание. Затем он подошел к багажнику. Открыл его. Ряд из шести канистр. Канистры для бензина, для непосвященных. Все полные. Две стеклянные бутылки, полные, с тряпками, завязанными на горлышках.

Он взял две канистры и поспешил от дороги к зданию, в темноту. Положил канистры, вернулся за следующими. Он купил канистры в "Halfords" и списал их на расходы. Поэтому он оставлял их здесь.

Он ходил туда и обратно, пока все канистры и две бутылки с коктейлем Молотова не оказались там, в темноте, спрятанные у стены здания. Затем он открутил первую канистру и начал разливать бензин по стене здания. Вокруг основания, вверх по стенам. Стараясь создать сплошной круг жидкости, чтобы можно было поджечь его в одном месте и уйти, чтобы все здание загорелось сразу.

Когда канистра опустела, он бросил ее у основания здания и пошел за другой. И еще за одной. Так он продолжал, пока запах бензина не пропитал все стены, и здание не превратилось в бомбу замедленного действия, готовую взорваться.

Он стоял в темноте, ночь пожирала небо. Он подумал о том, чтобы закурить сигарету, но передумал.

Может, после душа.

Он слышал звуки рождественских колядок, разносившиеся по воздуху. Алекс наклонился, поднял две бутылки с коктейлем Молотова и взвесил их в руках. Теперь ему нужно было быть осторожным. Вокруг был бензин.

Он присел на корточки. Посмотрел на машину, стоящую на обочине дороги. Двери были закрыты, но не заперты. Он хотел убраться отсюда как можно скорее.

Положил коктейли Молотова на землю. Из кармана вытащил коробку спичек. Запах бензина был отвратительным. Он не мог дождаться, когда вернется в офис. Помыться.

Он зажег спичку, откинув ее от себя. Даже запаха серы от головки не было слышно из-за запаха бензина.

Затем он бросил ее в сторону здания. Пары бензина воспламенились, не дойдя до жидкости. Все было под контролем. Он делал это много раз. Не было ни взрыва, ни огненного шара. Но синие языки пламени поползли вниз по стене здания, обогнув угол, прежде чем он успел взять первую бутылку. Алекс улыбнулся. Огонь был хороший, он вернется к нему через минуту, и все здание будет охвачено пламенем.

На этот раз он использовал зажигалку.

Зажег тряпку на коктейле Молотова и взглянул в окно здания на детей, на их счастливые, покорные, улыбающиеся лица. Такие полные жизни.

Затем он бросил коктейль Молотова через остекленную перегородку, прямо в центр рождественского представления.

И тогда начались крики.

ГЛАВА 2

Коктейль Молотова разбился о деревянный пол,