Марти Стьюшный Аддамс в Хогвартсе - Василий "Woolfo" Мана-мана

Когда почти все старинные семьи покинули Англию, стало очевидно: оставшимся школьникам больше не нужен Хогвартс с его такой огромной территорией. Маглорождённым волшебникам не требовался замок‑гигант — им хватало и скромныхшкол с частными учителями, где обучение шло без груза вековыхпредрассудков.

Вот только не у всех волшебников получилось вернуться в магловский мир без последствий. Мальчик который выжил, был из числа таких везунчиков. Доступа к Волшебным деньгам у семьи больше не было, а вот кредиты на учебу Гарри остались на месте, из-за чего Дурслям пришлось продать их копившееся золото. Вот только я уже об этом упоминал, что золото гоблинов было ненастоящим, из-за чего семью быстренько приняли и посадили в тюрьму за фальшивомонетчество.

Правда, не бывает худа без добра, и вот ни в чем себе не отказывающий добренький мальчик, предпочитающий бить в спину, пробудил свои прячущиеся до этого момента таланты. Скрывающийся до этого осколок Волди выбрался наружу при попадании Поттера в приют для малолетних преступников и снова стал подниматься по человеческой лестнице вверх. Теперь их было двое против целого мира взрослых, вот только не было под рукой верной палочки, но они сильные, они прорвутся.

Тем временем, после того как последние профессора отправились в отпуск на метлах, так как Хагрид улетая во Францию забрал с собой невидимых коней, коридоры замка окончательно опустели. Мы же приступили к главному.

Семья Аддамс собралась на поляне перед Хогвартсом. Бабушка, родители, дядя Фестер и Уэнздей встали по углам древнего круга, выложенного чёрным камнем. Ларч, Джинни, Вещь и Морти остались стоять за воротами. Я занял место в центре, держа в руках старинный ключ — последний артефакт, связывающий замок с этой землёй.

Бабушка начала заклинание — её голос звучал как шепот ветра сквозь кости. Родители подхватили, их слова сплетались в узор, видимый лишь тем, кто умел смотреть за грань реальности. Дядя Фестер ударил в бубен, и звук его разнёсся по земле, заставляя её дрожать. Уэнздей подняла руки, и тени вокруг нас ожили, образуя вихрь.

Хогвартс задрожал. Башни качнулись, окна вспыхнули призрачным светом. Камни начали отрываться от земли, поднимаясь в воздух, словно замок собирался взлететь.

Я повернул ключ.

И Хогвартс исчез.

Через пока еще открытую щель мы видели совершенно другой пейзаж. Остров Авалон, скрытый от глаз обычных людей, теперь сиял ярче. В центре прилепленной к острову земли возвышался Хогвартс — но не тот, что был в Англии. Здесь он выглядел иначе: стены из белого камня, башни, обвитые плющом, окна, светящиеся тёплым светом. С замком перенеся и участок леса с немногочисленными вернувшимися в привычную среду зверьми. Хагрид расставался с животными со слезами на лице, но он понимает, что не ему решать, где им жить.

Замок обрёл покой. Но не всё прошло гладко.

В тот же вечер, когда мы осматривали покинутый всеми замок, я почувствовал холод. В коридоре, ведущем к библиотеке, стоял Дамблдор.

Нет, не тот Дамблдор — его призрак.

Он бродил, как будто ничего не случилось. В руках держал перо и пергамент, бормотал что‑то о расписании уроков. Его глазабыли пустыми, но в них всё ещё тлела искра сознания.

— Директор.

Окликнул я.

Он обернулся, посмотрел на меня, но не узнал.

— Нужно проверить списки учеников.

Сказал он.

— Третий курс ждёт меня у входа.

Я вздохнул.

— Сэр, третий курс уже уехал. Школа закрыта на каникулы.

Он нахмурился, словно пытался вспомнить. Затем кивнул, будто принял это как факт, и продолжил свой путь.

Уэнздей подошла ко мне.

— Он не понимает, что умер.

Сказала она.

— И теперь будет бродить здесь вечно, думая, что всё ещё управляет школой.

— Пусть бродит.

Ответил я.

— Хогвартсу нужен хранитель. Даже если это всего лишь тень.

* * *

Англия опустела. Магический мир дрогнул, но не рухнул. Появились новые школы, а старые традиции рассыпались в прах.

Семья Аддамс готовилась к отъезду в Америку. Мы взяли с собой не только богатства, но и знания — те, что были спрятаны в тайниках Хогвартса, те, что гоблины не смогли украсть.

Я подумал об Авалоне и его новой достопримечательности. Замок теперь стоял, как страж, а в его окнах мерцал свет. Где‑то там, в глубине, Дамблдор продолжалписать своисписки.

Мир изменился.

Но история ещё не закончилась.

Конец