ЗМиМ Замок Волшебника VII - Кирилл Игоревич Коваль

Они справились, но рисковать нельзя, нужно сопровождение. Коротько нужно отвести на его квартиру, полученную от Корпорации на время командировки. Вы там уже были, когда осматривали её и делали засаду.

– Понял. Нам ехать два часа.

– Главное до пяти утра успейте.

Я потёр виски.

– Сколько из этих двух часов прошло?

– Двадцать две минуты сорок секунд, – мгновенно ответила девушка. – Поможете? Я отблагодарю!

Отблагодарит она… раньше надо было предлагать, уже женат, – проскочила мысль, пока я набирал номер.

– Алло, Стёп, извини, что разбудил… Не разбудил? А где ты? Фрунзе, восемь дробь шесть – далеко от тебя? Нужно туда спецназа, да побольше. Некие боевые формирования похитили Ивана Коротько, которого мы искали, убили его охранника и через полтора часа будут его перевозить. Благодарю! Я на трубке, жду отзвона!

Отступление Ивана

Я уже потерял счет времени, сидя на этом стуле с онемевшими от скотча запястьями. Боевики почти не разговаривали – только один периодически выходил курить в коридор, прислушиваясь к звукам за дверью, второй листал что-то в телефоне, поглядывая на меня. Тела они закинули на кровать, чтобы кровь не растекалась и не протекла на этаж ниже. Выстрелы через глушитель не так всколыхнут народ, как пострадавший потолок. Жители в этом районе стараются ничего не замечать – именно поэтому Юрий Саныч и выбрал это место. Вот только как на нас вышли?

Вдруг у того, что с телефоном, резко загудела вибрация. Он глянул на экран, нахмурился и отошёл в угол комнаты, отвернувшись. Говорил тихо, почти шёпотом – я разобрал лишь обрывки:

– Да... Да, верно. Ждём... Уже тут? Да мы вас только через полчаса ждали. Понял. Да, выносим.

Он сбросил вызов, кивнул второму:

– Группа подъехала. Велено грузиться и на Тенистую с остальными. Похоже, наша работа на сегодня ещё не закончена. Микрик за аркой, во двор не заехал.

Второй хмыкнул и подошёл ко мне. Без лишних слов сорвал штору, накинул на меня и, подхватив, перебросил через плечо, словно мешок с картошкой. Скотч на запястьях больно врезался в затекшие руки, разом вернув часть чувствительности. Я затрепыхался, пытаясь найти такое положение, чтобы снизить неприятные ощущения, и случайно откинул часть шторы, освободив немного обзора.

Меня стремительно понесли, не теряя ни секунды. Коридор, лестница, толчок – открылась дверь. В лицо ударил сырой, холодный осенний воздух. Фонари во дворе горели через один, создавая рваные пятна света и тьмы.

Двор оказался маленьким, заставленным вплотную машинами – люди вернулись с работы, и каждый лепил своё корыто, используя все проверенные временем сантиметры. Территория дворика давно была поделена между жильцами, микроавтобус явно не пролез бы сюда даже при желании. Поэтому их транспорт и стоял за аркой, на улице.

Но даже так рисковать наемники не стали: одновременно с нашим выходом из подъезда во дворик вбежали с десяток боевиков в таких же балаклавах, такой же экипировке. Кто-то держал автомат наизготовку, кто-то – убранным за спину, но вооружены были все. Тот, что нёс меня, остановился, поставил меня на ноги и кивнул остальным:

– Жога, и тебя сюда? Перехватите, здоровый, падла!

И в этот момент из темноты между двумя припаркованными автомобилями шагнул человек.

Он был невысокий, худощавый, лет сорока. В плаще, надвинутой на лоб кепке и очках, которые тускло блеснули в свете дальнего фонаря. В правой руке – крупный пистолет, похожий на «Глок» с длинным стволом, в левой – малюсенький, почти игрушечный, явно для скрытого ношения. Но почему-то игрушечный смотрелся не менее угрожающе.

– Ваня, падай! – рявкнул он зычным голосом, неожиданным для его комплекции.

Я дёрнулся инстинктивно. Резко присел – и синтетическая штора легко соскользнула с футболки, оставшись в руках боевика, а я кубарем полетел вниз, ударившись плечом об асфальт. И в тот же миг услышал треск рвущегося скотча на ногах – не зря надорвал щепкой. Я дёрнул ногами, высвобождаясь, и, не думая ни секунды, рванул в сторону мусорных баков, стоящих неподалёку.

Сзади загрохотало.

Первые выстрелы прозвучали сухо, отрывисто. Я вжался в грязный асфальт за баками, закрывая голову. Всего с отставанием в пару секунд раздалось сухое тресканье автоматов с глушителями – короткие очереди рвали воздух, смешиваясь с визгом рикошетов от машин. Пули вгрызались в металл, высекая искры, выбивали стёкла, которые осыпались на асфальт мелкой хрустальной крошкой. Выстрелы множились, но не хаотично, а с какой-то пугающей ритмичностью. Я рискнул выглянуть.

Мужчина в плаще двигался между машин, как призрак. Он не бежал, не суетился. Он перетекал от укрытия к укрытию, используя каждую миллисекунду пауз в стрельбе. То ускорялся, то внезапно тормозил, исчезнув за высоким грузовичком. Боевики палили изо всех стволов, но пули либо врезались в кузова, выбивая снопы искр, либо разбивали стёкла дверей, либо уходили в молоко, выщербляя кирпичную кладку стен. А он словно знал, где окажется каждый из них в следующую секунду.

Вот он присел за капотом «Тойоты», переждал очередь. Пули барабанили по двигателю, пробивали радиатор – из-под машины хлынула жидкость. Противник слева, высунувшись из-за старого «Москвича», начал перезаряжаться – и мужчина вынырнул, вскинул «Глок». Выстрел. Одиночный, сухой. Голова боевика дёрнулась, и он осел на асфальт, выронив автомат, который глухо стукнулся о землю.

Мужчина снова скрылся. Выждал. Двое попытались обойти его с флангов, поливая пространство длинными очередями. Пули с визгом сносили зеркала заднего вида, дробили фары, высекали искры из бордюров. Но он, то ли просчитав, то ли как-то отслеживая их перемещения, выскочил из-под днища припаркованного микроавтобуса – перекатился прямо под брюхом машины, вынырнув с другой стороны, и выстрелил сначала по ногам ближайшему. Пуля раздробила щиколотку – боевик рухнул с диким воплем, автомат отлетел в сторону. И тут же, не меняя позы, мужчина довернул корпус и добил двумя выстрелами в голову из малюсенького пистолета. Хотя хватило и первого: голова мотнулась, и тело обмякло, завалившись под старенький «жигуль».

– Какого хрена?! Ты вообще кто?! – орали боевики, пытаясь вычислить точку, откуда противник снова появится, стреляя на любое движение. Очереди хлестали по теням, по колёсам, по мусорным бакам. Пули взбивали пыль из асфальта, высекали искры из железных углов контейнеров. Один из наёмников, обезумев от страха, выпустил полрожка в тёмный проём между гаражами-ракушками – и тут же получил пулю в лоб, высунувшись на десяток сантиметров дальше положенного.

Таинственный мужчина, казалось, знал, кто где перезаряжается или