Патриот. Смута. Том 11 (СИ) - Колдаев Евгений Андреевич

— Вот он я! Так чего хотели⁈

— Мы сказать хотим! — Выкрикнул опять же один из первых из толпы.

Я приметил, что вокруг говорившего несколько крепких, довольно прилично, даже, можно сказать, богато одетых человек стоит. Видимо, представители торговых гильдий, крупных слобод. Духовенства вроде здесь нет. Но с их главой — Гермогеном я вроде все обсудил, к общему решению пришли мы. Надеюсь, эксцессов не будет и все как по маслу пойдет. Человек он смышленый и за страну радеющий. Не должен был спровоцировать это народное собрание.

— Ну так говорите! Коль пришли! — Выкрикнул я. — Что стряслось? Что собрались, люди московские?

Толпа гудела, но постепенно как-то затихала, а потом внезапно вновь откуда-то из угла поднимался шум.

Из общей массы я вырывал отрывки фраз:

— Шуйского бы…

— А царь то наш где?

— Молодого бы нам… Этого…

— Мстиславского зарубил.

— Это упырь, что ли… Колдун…

— Точно, видный…

— Кто таков, да быть не может…

И все это переливалось, гудело и шумело перед моими глазами.

— Меня увидели? Может, пора и честь знать?

— Ты царь? Или не царь⁈ — Раздался громкий крик откуда-то из толпы.

Толковый вопрос в целом. Если так подумать, то все они пришли сюда посмотреть на какого-то человека, что вчера спас Москву от пожара, но в то же время про него говорили многое. Совсем недавно разбил он войско брата царского. А значит, люди погибли. Те, кто ушел к Серпухову. А это же чьи-то родственники.

Я руку вскинул.

— Тихо! Тихо люд московский! Ответ держать буду!

— Да! Говори! Давай! — Раздались крики, но после них как-то толпа успокаиваться начала.

Осмотрел я их, окинул взглядом. Все ближе подходили первые ряды, все сильнее давили они на бойцов ограждения. Все больше народу вливалось на небольшое пространство близ Московской компании, фактически на ее двор. А он точно не был предназначен для сборища такой массы людей.

— Люд московский! Я Игорь Васильевич! Данилов я! — Вобрал побольше в грудь воздуха. — Я пришел сюда! В Москву! К вам! Собор Земский собрать! Всем миром решать! Кому править нами всеми!

Толпа внезапно резко загудела, переглядывались люди, плечами пожимали, спрашивали друг у друга, а я, пытаясь успокоить их, продолжил громогласно.

— Ни Дмитрий, ни Шуйский! Ни ляхи, ни шведы! Править нами не должны! То мое слово! Собор решить должен, кому на царство садиться.

— Так, ты и садись! — Заорал кто-то.

Часть толпы его дружно поддержало.

— Царь! Тебя хотим! Ты нас спас! Пожар-то твои люди… С нами-то! Садись, Игорь! Любо!

— Тихо! Тихо!!! — Заорал я что есть мочи.

Это поубавило пыла в толпе.

Чуть выждал, продолжил.

— Я пришел не на трон садиться! Я пришел Русь от гнета очистить! Смуту пресечь! Собор для этого нужен! Там и решим! Кому царем зваться!

— Тебя хотим! — Вновь заорала толпа. — Бояр на вилы! — Внезапно взревел кто-то еще. — Всех их, Смуту вызвавших! Народ русский грабивших. Всех!

— Тихо!

Слышно было, что бояре здесь у простого московского люда не в почете.

— Тихо! Народ московский! Я слово свое сказал! Пока Собор соберется! Ляхов у Смоленска бить надо! Шведы на севере! Их тоже бить надо. Этим займусь!

— Любо! Тебя в цари! Давай, Игорь Васильевич! Слава! — Орала толпа распаляясь.

— Тихо! Жду к вечеру в кремле избранных от Москвы людей! Говорить будем! А пока! Расходитесь!

Да, на что я надеялся-то? Конечно, призыв расходиться ни к чему особо не привел.

— Расходитесь! Дел много! Заговорщиков ловить! К походу готовиться!

Была бы моя воля, я этот несанкционированный митинг уже начал сворачивать. Но как подействовать на толпу народа.

И здесь от стен кремля загудели горны, вновь ударили барабаны. Видимо, охрана, что оставалась здесь успела отправить туда вестового, и он доставил новости о крупном скоплении народа. Вот и выходило мое воинство, строилось, на подмогу шло.

Люди в толпе закрутили головами, заволновались.

— Расходитесь! — Заорал я еще громче. — Избранных жду вечером! А пока! Дела!

Народ качнулся и попытался как-то перестроиться. Действительно им нужно было всем расходиться. Погалдели, покричали, дальше то что. Меня — того человека, увидеть которого они сюда явились, все могли лицезреть. Дальше что?

— Еще! Все желающие записаться в полки! Утром! Ждем в кремле!

Это тоже было важным и интересным делом. Люди служилые нам были нужны. Серебро я вроде бы как нашел. А Москва она состояла, в плане населения, в основном из людей служилых. Глядишь подмогу моим ратям сформируем. Заменим тех, кто в бою под Серпуховом пал.

Толпа постепенно стала рассасываться, но невероятно медленно.

А в этот момент к зданию московской компании через Красную площадь вновь шли с маршем и пением приличный воинский контингент.

Джон, все это время стоящий в тени дверного проема и наблюдавший за разговором с народными массами, выдохнул.

— Отлично, Игорь Васильевич. Тебе удалось их угомонить.

Я обернулся, кивнул ему, произнес.

— Жду через три дня твоего сына у себя. А также жду серебро, сегодня к вечеру.

Он скривился, помотал головой.

— Хорошо. — я улыбнулся. — Пускай будет завтра к утру.

Это все равно не добавило ему положительных эмоций. Все же ушлые эти Европейцы. Он же эти деньги уже потратил. Точнее даже не он, а Московская компания от его имени. Причем сам Джон про это узнал только сейчас. А часть средств, вырученная на коррупционной схеме, осела где-то в карманах или сундуке младшего Мерика.

Я подождал несколько минут пока с музыкой и песней отряд в несколько сотен бойцов прибудет. Только тогда спустился с крыльца, взлетел в седло. Моему примеру последовали телохранители.

По поводу пленного Акима Иванова дал распоряжение.

Осмотревшись прикинул, что основные народные массы прилично так проредились. Народ расходился. Дал пяток коню и во главе крупного отряда двинулся в кремль.

Следующей на очереди была казна. Ну а плененный Аким должен будет подготовить мне список всего, что было продано и перечень недоимок. Дня, полагаю ему хватит на все про все и поутру познакомить его нужно будет с Григорием или не откладывать, сразу с вечера.

Все же надеялся я, что вся моя боярская и административная группа управления воинством прибудет сегодня к ночи. Очень хотелось бы перегрузить на них взаимодействие с приказами.

Я прошел через хоромы, отправил ювелира с охраной к его сотоварищам, работягам. Надо бы и их всех проверить, эдакую ревизию мозгов провести. Но пока что некогда. Раздумывая над тем, что можно сделать, двинулся я в мужскую часть дворца, где проживал ранее гражданин Шуйский, а до него Годунов. Вероятно. Хотя, возможно, Борис обитал не только и не столько здесь, но и в своей усадьбе. Все же поместье Годуновых располагалось на территории кремля, и не факт, что, став царем, он полностью покинул привычный себе дом. К тому же под конец жизни своей, когда на царство навалились всяческие беды и неурожаи из-за вулкана, что рванул в южной Америке, стал очень подозрителен. Да и немудрено — под его боком обитал самый настоящий отравитель, как оказалось — князь Мстиславский.

А может, такими делами промышлял не он один.

Шел я через коридоры, где в дозоре стояли мои люди. Добрался до покоев Шуйского. Делать мне там было нечего. Свернул еще и наконец-то оказался у входа в подвальное помещение. Этаж был частично подземным, но окошки под самой крышей имелись. Узкие, зарешеченные. Даже кошке пролезть будет непросто. Дверь массивная, кованная железом. Замок. Хорошо я ключ, что при Шуйском был, давно себе забрал.

Вставил, повернул, вошел внутрь.

Первое впечатление вполне обычное. Никакой лютой роскоши не приметилось мне. Но, это только поначалу. Когда глаза привыкли к полумраку, я сделал вперед еще несколько шагов. Убранство выглядело очень необычно. Сундуки, коих здесь было прилично — все же помещение поражало своими размерами, стояли частично открытыми. Я прошел открыл один, второй. Пустые. Третий — наткнулся на какую-то красивую, металлическую посуду. Но вроде бы не золото и не серебро. А места, где должны быть каменья, явно прошли через ювелиров. Нет там ничего. Замер посреди комнаты, приметил еще одну дверь, открыл. Оттуда повелело сухостью и прохладой.