Отражение - Ирек Гильмутдинов
— Жаль, — разочарованно вздохнул я и принялся готовиться к походу. Мы все переодевались в более удобные одежды, чтобы ничто не сковывало движений. Хамви и Снорри облачались в кольчуги и набирали верёвки с прочим снаряжением.
В это время Вул’дан и Лирель воздвигли перед входом ледяную стену — не особо толстую, но достаточную, чтобы скрыться от любопытных глаз.
Далее случилось нечто странное. Ева, снимавшая меховую шубу и переодевавшаяся в лёгкую мантию (ведь магические силы нам ещё пригодятся), тихо напевала какую-то мелодию, стоя неподалёку от таблички. Я, любуясь ею, перевёл взгляд на стену — и письмена на той самой табличке начали преображаться, переливаясь серебристым светом и превращаясь в знакомую мне кириллицу.
— Кай, милый, с тобой всё хорошо? Ты выглядишь так, будто призрака увидел, — она тихо рассмеялась.
Я, не удостоив её ответом, подошёл к табличке, но надпись уже вернулась к первоначальному виду.
— Ева, спой ещё раз ту песню, пожалуйста.
— Что, понравилась? — она игриво подмигнула.
— Нет, надо кое-что проверить.
— Ой, за что? — я потёр плечо, куда только что прилетел магический шар.
— Не поняла, тебе не понравилось, как пою? — она упёрла кулачки в бока и нахмурилась.
— Да я не об этом. Поёшь ты замечательно. Я о другом. Когда ты пела, письмена менялись.
Она ещё немного посопела, надула щёки, но всё же начала петь. И о чудо — надпись вновь засияла, и на этот раз я смог прочесть её. Причём она была на русском языке.
Но не только я — Ева тоже читала её, и я понял, что надпись подстраивается под читателя. Удобно, однако.
Я, набрав воздух в грудь, прочёл написанное вслух, и слова зазвучали в тишине пещеры, словно древнее заклинание:
Проход закрыт для немых ног.
Мой мост невидим, зыбок и глубок.
Три духа в камне спят давно,
Ждут зова, что дарует им одно…
Ошибёшься в зове — и шагнёшь в пустоту,
Где тень последняя твоя навек уснёт.
Найдёшь ответ — и явится тропа,
А до того смотри, куда ступает нога.
— И что это значит? — спросил Ночной Прилив, приближаясь ко мне. Его тёмная фигура казалась ещё более массивной в тусклом свете пещеры.
— Мне-то откуда знать, — удивился я его вопросу.
— А кто у нас самый начитанный? — парировал орк, перебирая своё оружие.
— Да-да, — поддакнула ему Ева, улыбаясь. Типа мстя моя страшна? Ну-ну.
Что ж, пришлось принимать вызов. Я отошёл в сторону и погрузился в размышления, мысленно перебирая каждую строку.
Что примечательно: стоило мне прочитать надпись, как письмена перестали меняться для меня, оставаясь понятными. Но для подошедшего Снорри они вновь стали неразборчивыми. Однако стоило Еве запеть свою мелодию, как знаки вновь засияли и преобразились.
— Ты чего-нибудь понял? — поинтересовался я у своего фамильяра, который молча наблюдал за происходящим.
— Да, есть догадки. Но пока говорить не буду, чтобы не сбивать тебя с толку и не уводить по ложному следу, — ответил он, загадочно мерцая в полумраке.
— Согласен, — и развернувшись на месте обратился ко всем.
— Так, народ, — я обвёл взглядом нашу группу, собравшуюся в центре пещеры. — Пока ничего не сообразил. Погнали внутрь — может, когда увижу, что там и как, в голову что-то да придёт.
Мы углубились в недра пещеры и, пройдя метров сорок, свернули направо. Тоннель здесь стал уже, чем вход, но сохранил свою идеальную треугольную форму, словно его вырезали лазером.
— Странно, — задумчиво проговорил Снорри, останавливаясь и проводя рукой по ледяной стене.
— Что именно? — спросил я, насторожившись.
— В прошлый раз в двадцати двух шагах была пропасть, куда свалился Дарви, а теперь здесь снова лёд — ровный и гладкий, будто ничего и не было.
— Та-а-ак, похоже, нас ждут ловушки, — с этими словами я кинул в указанное место нож, но он просто стукнулся об лёд и отскочил. Тогда я ударил в то же место молнией — снова ничего.
— Кто левитацией владеет? — окинул я взглядом спутников. Судя по их лицам, никто. — Ладно, тогда проверим одну догадку.
Взяв верёвку, я обвязал её вокруг могучего торса орка, который ничуть не противился, а затем вокруг Лирель, что тут же возмутилась, как и Ева.
— Успокойтесь. Я знаю, что делаю. У лесных эльфов есть одна особенность: они могут ходить где угодно и по чему угодно, не проваливаясь.
— Нету у нас такой способности, — тут же возразила эльфийка, скрестив руки на груди.
— А я говорю, есть. Читал об этом. Всё, не спорь, иди. Если что, Вул’дан вытащит.
Ну не буду же я им рассказывать, что видел подобное в фильме как Леголас по снегу шёл пока другие провалившись по грудь едва передвигали ногами.
Лирель ещё секунду постояла, но затем медленно пошла вперёд. Шаг, ещё шаг — и вот она уже прошла почти до самого конца коридора, где тот раздваивался.
— Ха! — воскликнул я. — Вот видите, я прав!
Она отвязала верёвку и кинула её нам. Следующим пошёл Хамви. И стоило ему дойти до середины, как лёд под ним рухнул с тихим шелестом. Если бы не верёвка и не вовремя среагировавший Снорри, что помог орку удержать его, мы бы с ним попрощались навсегда.
М-да похоже это будет "весело".
Глава 22
Пой птичка, пой.
— Ну и что мы делать будем? — обратился я ко всем, вглядываясь в зияющую пропасть протяжённостью метров пять и непонятно сколько глубиной.
— Перепрыгнуть не вариант, — мрачно констатировал Вул’дан, отходя от края, куда только что кинул созданный шарик льда — но так и не услышал звука её падения.
— Лирель верёвку точно не удержит, — добавила Ева, с тревогой глядя на хрупкую фигуру эльфийки.
Почему мы не воспользовались порталом? Всё просто — магия пространства здесь не работала. Как и «Шаг во тьму». Поначалу меня даже охватила лёгкая паника. Мы с орком вышли за пределы пещеры и проверили — заклинания действовали как обычно. Но стоило вернуться внутрь, как магия вновь исчезала. То же происходило и с моей сумкой — я не мог извлечь из неё ни единого предмета.
Мы пытались нарастить лёд заново, но он
