Отражение - Ирек Гильмутдинов
Спустившись в самый нижний ярус цитадели, мы оказались в широком круглом тоннеле, чьи стены были испещрены странными бороздами — явно вырытом не человеческими руками. По крайней мере, так мне показалось. Тоннель привёл нас к исполинским вратам из тёмного древа толщиной в добрый метр. Для их открытия использовались хитроумные механизмы с противовесами — так как обычный человек даже с десяток таких здоровых как Доброгнев, не смог ли бы сдвинуть их с места. С громким скрипом, словно протестуя против нашего ухода, врата медленно распахнулись, и мы оказались по ту сторону Стены, где нас встретил пронизывающий ветер и бескрайние ледяные просторы.
Покинув «Щит», мы отправились на одних санях. Вместе с нами отправились Хамви и Снорри Безумный Лёд, тот самый, что задавал вопросы, когда мы приехали. Он же первый, кто дрался с орком. Дубасили они друг друга минут десять, а после чуть ли не воспевали оды друг другу о том, какие они крутые бойцы.
Ехали мы часов шесть, после остановились, так как волкам нужно отдохнуть, да и смеркалось уже. Умом-то я понимал, что здесь не настоящее солнце, а лишь его жалкая копия.
Активировав палатку, котёл алхимика, я принялся за готовку ужина. Надоело мне что-то пирожки и прочее. А потому решил приготовить гороховый суп на копчёностях, да под хлебушек с чесноком и горчичкой.
Когда я принялся готовить, наши провожатые, и без того поражённые увиденным, сидели со мной рядом и следили за каждым моим шагом, впрочем, как и все остальные, ведь большую часть я готовил с помощью бытовой магии. Понятно, приходилось бить по рукам всем, кто хотел стащить кусочек, и грозить, что, если буду так продолжать, перестану готовить. Только это и подействовало. Ну ещё пакет с чипсами, хотя пять пакетов с чипсами. Пришлось раскошелиться, чтобы мне дали нормально приготовить задуманное.
Когда всё приготовил, я аккуратно разложил на стол приборы налили суп в тарелки и нарезал хлеб с салом. Достал горчицу и только после позвал к столу.
Хамви и Снорри не стали есть как свиньи. Может, наших девушек постеснялись, может, ещё чего. Они аккуратно, глядя на нас, повторяли работу со столовыми приборами. Зато, когда попробовали предложенные меню бутерброды с горчицей и салом, пришли в неописуемый восторг.
Едва я собрался пообещать им целую бутыль сей дивной приправы, как вдруг волки заскулили — низко, тревожно, по-звериному жалобно.
Да-да, те самые хищники, что были запряжены в наши сани и одним своим видом наводили ужас, теперь скулили от страха. Если что, это я для себя окрестил их волками — что это за порода на самом деле, мне было неведомо, но внешне они более всего походили именно на них. Кажется, я уже упоминал об этом. Мы, бросив ложки, выскочили из палатки. Кругом царила тьма, и скудного света луны едва хватало, чтобы разглядеть что-то в тридцати шагах, не более.
— Евушка, развей мрак, ничего не видно, — тихо произнёс я.
Она прошептала заклинание: «Lux Maxi», и из её кольца выпорхнул светящийся шар. Он завис в пяти метрах над нами и начал разрастаться, пока не достиг размеров фитбола, залив окрестности ярким сиянием на добрые двести шагов.
Я также заметил, как напряглись наши спутники из Щита. Их позы стали собранными, взгляды — острыми, как лезвия.
— Кто это может быть? — спросил я их, пока сам готовил защитное заклинание на случай худшего.
— Не будем загадывать, но если удача нам улыбнётся, то грумвер, — ответил Хамви, не отрывая глаз от темноты.
— А если нет?
— Дрёмагр, — мрачно произнёс Снорри, сжимая рукоять копья.
Когда из тьмы вышел грумвер, я совсем не разделял радости этих безумцев. Во-первых, размеры медведеподобного существа превосходили нашего бурого раза в три. Его когти были длиннее кинжалов, а вытянутая пасть, усеянная острыми зубами, почти не уступала им в длине. Местами на шкуре зверя виднелись костяные наросты, особенно в районе груди, словно природная броня.
— На магию как реагирует? Есть какая-то защита? — спросил я, не отрывая глаз от исполинского существа.
— Нет, — почти хором ответили они, отчего я мысленно расслабился. И совершил роковую ошибку, ту самую, что когда-то чуть не погубила меня в дуэли с Агатисом. Снова недооценил противника.
— Ева, твой левый фланг. Лирель, прикрой нас магией жизни. Вул’дан, мы с тобой в авангарде. А вы, — кивнул я Хамви и Снорри, — справа. Вперёд без команды не лезть. И ещё: у него есть уязвимые места?
— Глаза, — коротко бросил Снорри, проверяя ножи на поясе.
— И всё? Серьёзно? — они только молча кивнули, а после с радостными возгласами бросились занимать позиции, словно на праздник, а не на смертельный бой.
Когда хищнику оставалось до нас не более ста шагов, он перешёл в бег. С такой скоростью, что сам Усэйн Болт позавидовал бы. Лёд дрожал под его тяжёлыми лапами.
Я выставил на его пути стену из спрессованной земли, которую он даже не заметил — снеся её и не сбавив темпа. Затем мы воздвигли ещё две преграды — из земли и льда, а Ева добавила свою, из сгущённого света, за что я её мысленно пожурил: ей нужно экономить силы, её источник слишком мал. Кристалл я, конечно, подарил ей — тот самый, выигранный на турнире, — но даже его энергии было мало если наш бой затянется.
И вот тут случилась «неопрятность»: пока я отвлёкся на Еву, грумвер доказал, что он — не тупое животное. Он просто оббежал стены, а после, не сбавляя скорости, снёс орка, который прикрыл меня собой, одновременно оттолкнув зеваку в моём лице в сторону.
Вул’дан отлетел на добрые двадцать метров и рухнул на лёд, но, к всеобщему изумлению, мгновенно поднялся на ноги. Издав боевой клич, что эхом разнёсся по ледяной пустоши, он яростно взмахнул секирой, лезвие которой залилось синевой, и устремился на зверя.
От такого зрелища, кажется, не только мы пришли в замешательство, но и сам мишка на миг застыл
