Великий поход - Жорж Бор
— А с княжичем что тогда? — поняв, что идти против всех сейчас бессмысленно, отстраненно спросил Искра.
— А о нем можешь не волноваться, — грустно улыбнулась Мирослава, — О сыне моем названном есть кому позаботиться. Сама весть отправлю. Под белы руки его в Смоленск приведут и к нам на беседу доставят.
— А дар его как же? — удивлённо спросил лекарь.
— Не волнуйся, Весемир, — улыбнулась княгиня, — Люди опытные. Своё дело знают крепко.
Глава 26
Другая сторона. Шумячи.
Зелёный… Синий, белый и снова зеленый. Цвета плавали огромными пятнами, постепенно складываясь в картинку. Первым появился густой лиственный лес. За ним проступило бледно-голубое небо и жёлтое пятно солнца. Оно плавало где-то за кронами деревьев, постоянно перемещаясь, словно какой-то ребёнок крутил в руках мячик и не знал куда его пристроить.
В ноздри настойчиво лез густой мандариновый дух, который немедленно напомнил мне про новый год. Из глубин памяти поднялись воспоминания о зимних забавах, поломанных санках и ледяном крошеве за шиворотом. Вот только к тому, что я видел вокруг, это не имело никакого отношения.
На поляне под развесистым деревом, принадлежность которого я определить не смог, были живописно раскиданы плетеные домики. Причём, создавалось впечатление, что эти домики выросли из земли вместе с деревом. В некоторых местах даже можно было рассмотреть листву.
Людей или прочих эльфов вокруг не было. Кому принадлежали эти уютные жилища осталось для меня загадкой. Может и никому. Потому что крона лесного исполина вдруг пошла волнами и я увидел в ней смутные очертания человеческого лица.
А потом все испортилось. Внезапно и так, как это бывает только во сне. Запах мандаринов сменился вонью тухлятины, небо молниеносно заволокли непроглядные тучи, а сочная коричневая кора на всех постройках и самом дереве начала стремительно чернеть и обугливаться. Словно я смотрел хронику событий на ускоренной перемотке.
Через несколько секунд окружающее меня пространство превратилось в то жуткое место, куда мы прибыли с моей дружиной. Домики исчезли без следа, а пышное дерево превратилось в того обугленного урода, в ветвях которого меня накормили подозрительным фруктом. И ещё там был Куст.
Я не сразу понял, что снова вернулся в реальность. Фамильяр с тревогой следил за моим лицом, а где-то позади него печально вздыхал изуродованный лесной великан.
— Неплохо тебя покорежило, дружище, — максимально громко, чтобы сообщить о себе подчиненным, произнёс я, — И как же так вышло?
Вместо ответа перед носом мелькнул очередной фрукт, но я тут же отрицательно покачал головой. Килограммами есть галлюциногенные плоды не хотелось. И так голова трещала, как после знатной попойки.
— Клянусь изо всех сил вникнуть в суть проблемы и применить все свои дедуктивные способности, чтобы разобраться в ситуации, — торжественно произнёс я, осторожно отодвигая в сторону угощение, — Только уберите…это…
После третьей попытки достигнуть взаимопонимания удалось и я постарался максимально мобилизовать свой отравленный организм, чтобы разгадать очередную порцию шарад.
И это оказалось неожиданно просто. Я не только стал лучше понимать суть жестов лешего, но даже некоторые его скрипы обрели для меня определённый смысл. Это было очень неожиданно. И наши переговоры довольно быстро превратились в корявый диалог.
Лесной патриарх, которого звали Хрруустр, жил себе спокойно в лесу. Рос, развивался и готовился перейти на новую стадию существования. Что это такое я не понял. Видимо, третий этап жизни леших, который они проводили в каком-то другом слое реальности.
Слои тоже стали для меня настоящим открытием. И некоторые ранние данные обрели свой смысл. Например карта, которую мне предлагала загрузить система, имела несколько слоев. То есть, чисто теоретически, обладатель такого девайса мог ориентироваться не только в обычном мире, но и во всех смежных. Сколько их всего неизвестно. Пока я достоверно знал о существовании трех.
Обычный мир, где жили люди и самые простые формы нечисти, вроде моего фамильяра. Хрруустр, кстати, оказался каким-то древним предком Куста. Хотя, может все лешие друг другу приходились родственниками. Эту тайну языковой барьер раскрыть мне не позволил.
Мир богов и близких к ним существ, таких, как это живое дерево. Там обитали высшие формы разумной и условно-доброй нечисти, всякие легендарные герои и положительные чудовища. Где-то там существовали ещё и сами боги. То ли те, что создали систему, то ли вполне обычные, если так можно сказать о сверхсуществах неизвестной силы.
И третий мир, в который даже после отрывочных фраз и смутных пантомим Куста, заглядывать совсем хотелось. В этом мрачном месте обитали самые тёмные сущности и монстры, которых только можно было вообразить. И Эрлик-хан, по сравнению со многими из них, был настоящим душкой и рубахой-парнем.
И вот на стыке этих трех локаций мне "посчастливилось" оказаться. Да ещё и весь свой отряд затащить в эту аномальную зону, выбраться из которой, по словам деревяшек, было невозможно.
Хрруустр очень сильно переживал, что его выдернули из привычного мира, где он занимался своими делами последнюю пару тысячелетий. Причём, произошло это совершенно для него неожиданно и помимо его воли. Кто стал виновником такого непотребства древо предполагало, но точных доказательств у него не было. В принципе, у меня предположения на этот счёт тоже были.
— Что от тебя хотело Лихо, Куст? — спросил я, — Сейчас самое время об этом рассказать.
Леший опасливо посмотрел на своего старшего родича и неуверенно проскрипел длинную фразу, которую мне усвоить оказалось достаточно сложно.
То есть принять тот факт, что монстр из другого мира решил убить Куста до того, как тот вторгнется в его владения, чтобы убить пришельца и так было сложно. А та уверенность, с которой об этом скрипел фамильяр вызывала у меня огромные сомнения. Но Хрруустр неожиданно поддержал младшего одобрительным гулом. В способностях своего родственника великан не сомневался.
— Эмм… — озадаченно протянул я, — И в чем причина вашей уверенности, господа, позвольте узнать…
В течении следующих десяти минут мне дотошно и на два голоса начали объяснять принцип игры камень-ножницы-бумага, то есть тёмный-светлый-человек. Правила немного отличались от привычных мне. По крайней мере, человеку в них мог навалять каждый участник. И ещё был добавлен очень серьёзный аспект сопротивляемости.
Согласно последнему, условия резко и непредсказуемо усложнялись. Сильно прокачанный человек мог вынести целую орду нечисти, а сильно прокачанная нечисть вообще теряла берега
