Даль-цвет. Том 2. Киноварь - Владимир Прягин

— Вячеслав?

— Он самый. Не помешаю?

— Нет-нет, входи! Я сейчас одна, просто совершенно не ожидала…

Шиана снова постриглась коротко — даже, пожалуй, короче, чем в день нашего знакомства. Одета была в обтягивающие джинсы, кроссовки и красный топик.

— Хорошо выглядишь, — сказал я.

— Спасибо…

Мебель в квартире осталась та же, но добавились фотографии — были здесь и абстрактные натюрморты в стиле Шианы, и её собственные портреты. Чаще всего она была в кадре со смуглым парнем лет тридцати, улыбчивым и поджарым.

— Это Мигель, — сказала она. — Познакомилась с ним на курсах — видеосъёмка, монтаж… Интенсивное обучение, три месяца, а Мигель там преподавал…

— Ну, и хорошо. Ты для того и приехала, чтобы начать всё с чистого листа. А с бюрократией как? Не было проблем?

— Нет, я получила удостоверение личности, а потом сдала на права, так что всё в порядке… Слушай, Вячеслав, я очень благодарна за помощь и жутко рада с тобой увидеться! Честно! Ты вовремя — сразу после Нового года, второго января, мы с Мигелем летим на восточное побережье, будем там жить. Ему там предложили работу, очень престижную — Эн-Би-Си, это лидер телевизионного рынка. Мне тоже пообещали место! Пока только ассистенткой, но это как раз нормально, практика мне нужна. А на курсах я была лучшая, потому что училась как сумасшедшая, Мигель даже смеялся надо мной из-за этого… Вечером он заедет, сможешь с ним пообщаться…

— Думаю, это лишнее, — сказал я. — Хотел просто тебя проведать.

Я вытащил из тубуса реверс.

— Уже уходишь? — спросила она растерянно. — Ты даже не рассказал, как у тебя дела там, что нового…

— Учусь потихоньку. А насчёт остального — долго рассказывать. И вот ещё что…

Достав из кармана пузырёк и миниатюрный конверт, я выложил их на стол:

— В конвертике — негатив фотографии. Если распечатать в большом объёме, то получится дверь в твой мир. А чтобы её стабилизировать — краска в пузырьке. Там треть чайной ложки — столько же я использовал, когда мы сюда попали. Должно хватить. Просто разомни кристаллики на ладони и вотри в фотографию, как я сделал тогда. Но важный нюанс — сейчас краска ещё не дозрела. Станет пригодна к лету или скорее к осени. Поняла? Это очень важно. Не спеши с применением. А лучше вообще годик подождать. Это тебе на крайний случай, если решишь вернуться.

— Спасибо, но я надеюсь, что не понадобится…

— Ну, значит, просто щепотка магии про запас.

Я встал перед реверсом, оглянулся через плечо на Шиану:

— Счастливо оставаться, лохматик.

И шагнул в заснеженный дворик своего дома. Обернулся ещё раз — переход уже растворился в морозном воздухе.

Я поднялся к себе в квартиру, поставил чайник.

Программу на декабрь (по календарю своего родного мира) я почти выполнил. Осталось лишь одно дело, и я был к нему готов.

На следующий день я заглянул к Илсе, и она указала мне на рисунок, прикреплённый к стене. Это была свежеизготовленная копия форточки, которую я использовал год назад.

— Извини, что отвлёк тебя от эпического проекта, — сказал я. — Ну, от вашего комикса про тётеньку-агента.

— Ничего, — засмеялась Илса. — Зато немного переключилась.

Я сконцентрировался, и картинка протаяла, открылся подъезд хрущёвки. В щель почтового ящика я протолкнул конверт.

На этот раз я не ограничился новогодней открыткой для родителей. Написал письмо — пришлось, правда, извернуться, чтобы избежать указаний на параллельный мир. Приложил две фотографии. На одной из них я стоял на фоне сугроба, а на другой — сидел в комнате с Уной, Рунвейгой, Илсой и Бойдом. Фотографировал Бруммер. Он остался за кадром, чтобы родители не подумали, что я вступил в ОПГ.

Ещё я вложил в конверт между снимками десять стодолларовых бумажек, которые накануне притащил из Лос-Анджелеса. Мог бы сунуть и пачку, но тогда конверт растолстел бы чересчур подозрительно.

Девяносто третий год на той стороне заканчивался.

А здесь всё шло по накатанной.

Лекции, тренировки, вылазки-экскурсии в смежные миры.

Морозы усилились и продержались несколько недель, но всё-таки выдохлись. Снег стал ноздреватым, с крыш отваливались сосульки.

За несколько дней до новогодних торжеств, завязанных на астрономическую весну, у меня состоялось неожиданное знакомство.

Сначала мне на квартиру позвонил Рэнди — студент университета и бывший попутчик с цеппелина. Мы не теряли связь, периодически виделись, чтобы пропустить по стаканчику. И с Илсой он иногда общался, как и в прошлом году. Она обсуждала с ним технические вопросы, если хотела нарисовать особо заковыристую машину.

Но теперь он заговорил со мной о другом.

— Слушай, Вячеслав, ты же помнишь, кто у меня отец?

— Ну да, владелец отеля на Кипарисовых островах.

— Владелец сети отелей, если точнее. Я пару раз ему о тебе рассказывал, он слушал с большим вниманием. А сейчас он как раз в столице, и если у тебя есть возможность, хотел бы встретиться.

— Не вопрос, пускай позвонит.

Встретились мы на следующий день, в фешенебельном ресторанчике. Отец Рэнди был невысок, подтянут и энергичен, а его островной загар вызывал некоторую зависть здесь, на севере континента.

— Благодарю, что выкроили время, лорд-наследник.

— Можете звать меня Вячеславом.

— В таком случае прошу и меня называть по имени — Тэлвиг. Видите ли, меня очень заинтересовал рассказ сына о вашем бизнесе с фотографиями. Сам я пока не имею серьёзной недвижимости в столице, поэтому о заказе речь не идёт, но прецедент заслуживает внимания — прежде ни один лорд, насколько я знаю, ничем подобным не занимался. Кроме того, признаюсь, меня несколько удивило ваше приятельство с Рэнди. Это тоже не вполне вписывается в мои представления об аристократах.

— Я не наследный аристократ. Оказался в этих кругах случайно.

— И тем не менее, — сказал Тэлвиг. — Я взял на себя смелость навести справки о вашей родовой вотчине. Сразу оговорюсь — информация бралась исключительно из открытых источников. К примеру, из местной прессы. Кроме того, мне представился случай лично побывать на Вересковой Гряде. Ранней осенью я задержался там на два дня, когда летел с островов в столицу. Видел рекламные щиты в городе, посетил деревню на склоне, пообщался с местными жителями. И опять-таки с удивлением узнал, что вы приложили руку к этому туристическому проекту. То есть сейчас мы, в некотором роде, коллеги.

Я усмехнулся:

— Вы мне