Отражение - Ирек Гильмутдинов
***
Чаки Перкуси, чьё имя на теневых рынках Адастрии произносили с почтительным трепетом, был известен как виртуоз шпионажа. Он брался за дела, которые другим казались невозможными. Прослышав о невероятном успехе ресторана «Не Лопни Маг» и его легендарном мороженом, он принял вызов. Это лакомство, ставшее символом роскоши, сводило с ума весь город. Многие тратили состояния, чтобы его попробовать, а потом безуспешно пытались воссоздать на своих кухнях. Прошло уже три месяца, но никому не удалось разгадать его секрет.
Выбрав в качестве образца одного из кухонных работников заведения, Чаки с помощью древнего артефакта — «Личины Мимика» — в совершенстве перенял его внешность, манеры и даже запах кухонного дыма и специй.
Ха-ха-ха, и кто тут самый умный? — ликовал он про себя, беспрепятственно пройдя в святая святых — на сияющую медью и магическими кристаллами кухню.
Удача, казалось, шла у него в руках. Он не только подсмотрел заветную последовательность действий, но и сумел незаметно выведать несколько ключевых ингредиентов, записанных в гримуаре шеф-повара Мирко. Дождавшись момента, когда его «коллеги» отвлеклись, он ловко улизнул из заведения.
Вернув себе настоящий облик в тени соседнего переулка, Чаки первым делом ринулся по тавернам и харчевням столицы империи. Он продавал рецепт, не скупясь на краски, разыгрывая целый спектакль: представал перед владельцами заведений в образе обиженного поварёнка, с дрожью в голосе рассказывая о притеснениях и нищенской плате. Народ, жаждущий лёгкой наживы, покупался на его историю и с готовностью выкладывал золото. За ночь он обошёл более сорока заведений и заработал немыслимые четыреста семьдесят пять золотых — сумму, которой хватило бы на два, а может даже три года беззаботной жизни.
С первыми лучами солнца, чувствуя, что удача начинает иссякать, Чаки, как истинный призрак, растворился в утреннем тумане и покинул столицу. Он прекрасно понимал: после такого трюка в городе ему больше не стоит не появляться. Посетители того ресторана были слишком влиятельны, и, если хозяин бросит клич, его найдут — хочет он того или нет.
Таверна «Жареный Гоблин»
Её хозяева, Берк и Дарина Кружоповны, изнывали от чёрной зависти всякий раз, когда им доводилось проходить мимо новомодного «ресторана», у входа в который всегда толпилась очередь, а столики бронировали за неделю вперёд. В порыве отчаяния они потратили месячную выручку, дабы самим отведать диковинных яств и постичь их секрет. Однако скудных средств хватило на скромную тарелку супа, травяной отвар и крошечное, хоть и божественное на вкус, мороженное. Как ни злились супруги, отрицать очевидное было нельзя — кушанья и впрямь оказались невероятны. Но раздобыть заветные рецепты им не удавалось: никто из служащих не шёл на сделку. До сего дня.
Едва заезжий проходимец заикнулся о продаже, они, не раздумывая, согласились на его условия и выложили круглую сумму за секрет мороженого.
Не прошло и пяти минут, как оба, забыв о всём на свете, ринулись на кухню, охваченные лихорадочным желанием немедленно испробовать украденное знание. Когда же последний ингредиент был добавлен, Берк с торжеством зачерпнул ложкой сливочную массу и протянул её супруге.
Та, медленно прожевав лакомство, расплылась в блаженной улыбке.
— Оно! Самое что не наесть мороженное! Вот теперь-то мы заживём! — воскликнула она.
Едва они обнялись в порыве радости, как произошло два события. Первое: древняя плита, на которой они готовили, с оглушительным грохотом взорвалась, разлетевшись на куски и обратив в щепки половину кухни. Второе: едва они, закопчённые и оглушённые, попытались потушить начавшийся пожар, как рядом с ними материализовался Голем-Судья — исполинская фигура из полированного чёрного камня с горящими рубиновыми очами.
— Берк и Дарина Кружоповны, — прогремел бездушный голос, от которого задрожала уцелевшая посуда. — Вы нарушили патент под номером 4592, именуемый «Мороженое Кайлоса». Данный рецепт является интеллектуальной собственностью компании «НеПроПирожок» и защищён заклятьями «Запрета на копирование» и «Песни Правды». Назовите имя продавца.
Супруги, дрожа от страха, переглянулись и в один голос выпалили имя проходимца.
— В связи с нарушением, на вас налагается штраф в размере ста золотых монет. Затем вы пройдёте процедуру принудительного стирания памяти, — изрёк Голем.
Могучие каменные руки подхватили их. Не дав опомниться, исполин шагнул в возникшую прямо в воздухе сияющую грань портала, увлекая за собой поверженных нарушителей.
К немалому изумлению клерков из Имперского Патентного Бюро, голем-судья за ночь был активирован и отправлен на задание без малого семьдесят шесть раз. География его вызовов простиралась не только по столице Адастрии, но и по ближайшим городам-спутникам. К рассвету исполин из камня и магии завершил свою миссию, разобравшись со всеми нарушителями патента, и в качестве главного трофея доставил в бюро виновника всего этого беспорядка — бледного и перепуганного торговца секретами. Потратив при этом не мыслимое количество мана-кристаллов.
Каждый, кому доводилось проходить по коридору мимо кабинета начальства в то утро, старался прокрасться как можно быстрее и тише. Из-за двери доносился такой поток отборной брани, что даже бывалые курьеры краснели и прибавляли шагу. Быть замеченным руководством в такой момент было равносильно добровольному подписанию приговора.
Больше всех в империи в это утро был зол сам глава патентного бюро, господин Элрик Пан Дорн. Причина была веской: эксплуатация голема-судьи обошлась казне почти в двести золотых — именно столько стоила подпитка мана-кристаллами, необходимых для столь масштабного рейда. А ведь это была всего-навсего одна из множества застрахованных позиций! Девушка по имени Майя, управляющая «НеПроПирожком», застраховала все свои блюда, а одних тортов в её ассортименте было более трёх сотен. Да, она заплатила за страховку баснословные деньги, но и цены в её заведении были соответствующими.
Однако всё это были сущие пустяки по сравнению с главной проблемой. Господин Пан Дорн, движимый алчностью, принял солидную взятку, чтобы занизить для заказчицы итоговую стоимость страховки. По документам же всё было чисто — все 2144 патента были проверены «честь по чести». Но теперь, после такого громкого и затратного инцидента, любая проверка могла вскрыть подлог. И если это случится — его карьере, репутации, а возможно, и жизни придёт крах. Но злился
