Вперед в СССР! Том 3 - Михаил Ежов
Сам Кирченко оказался человеком невысокого роста с узкими плечами и повадками ленинградского интеллигента. Манера общения — сухая, сдержанная. Мы поприветствовали друг друга, и организационный секретарь указал на кресло, расположенное рядом с массивным лакированным столом.
— Времени у меня мало, товарищ Громов, — заявил функционер. — Поэтому сразу к делу. По линии особо важных исследований дошла информация о вас. Товарищ Примаков проявил интерес к работе вашего спецотдела. Мы тут откровенно можем говорить, кабинет защищён от прослушивания. Так вот, речь пойдёт о менгирах.
— Я вас внимательно слушаю, товарищ Кирченко.
— Менгиры — это столпы нашего общества, — чиновник начал издалека. — Уберите их — и вы ослабите страну. Похороните важные исследования. Да и саму структуру управления государством. Без пси-энергии сейчас ни одна сфера промышленности не обходится. Думаю, вы понимаете, насколько важно сохранить эти объекты в первозданном виде?
— Отлично понимаю, товарищ секретарь.
Вектор мысли чиновника от меня ускользал. Профиль нашего спецотдела — эмиссары. Уничтожая этих тварей, мы косвенно спасаем и менгиры. И вообще. Я толком не успел наладить работу, продвинуться в выявлении чужих в нашей реальности, а Спецотдел уже хотят подтянуть к себе влиятельные личности.
Но Кирченко — это Кирченко.
А генсек — это генсек.
— Я хорошо осознаю, с какими организационными проблемами вы сталкиваетесь, — чиновник доверительно понизил голос. — И если уж мы хотим от вас чего-то, товарищ Громов, то и поддержать готовы, не сомневайтесь. С сегодняшнего дня в обязанности Спецотдела входит защита менгиров от любых потенциальных диверсий со стороны некродов. Взамен вы получите расширенное финансирование. И полный карт-бланш. Набирайте к себе любых специалистов, бойцов, учёных. Подключайтесь к любым базам и нейросетям — доступ будет открыт по согласованию. Перед вами стоит стратегическая задача. Партия одобрит любые методы.
Признаться, я охренел.
С точки зрения системы я — некомпетентный и совершенно неподходящий для решения подобных задач агент. Без опыта, подготовки, послужного списка. И всё же, руководство страны действует грамотно: смотрит не на бумажки и корочки, а на реальные факты. Кем бы я ни был, но ухитряюсь обезвреживать, убивать и допрашивать противников, с которыми другие представители спецслужб не справляются.
Конечно, хожу по лезвию.
Наверняка, у многих возникают в голове вопросы, откуда у меня такая подготовка. А кто-то, имеющий высокую степень допуска к секретным исследованиям, спрашивает себя, не увенчался ли успехом мой первый контакт с менгирами. Тот, в раннем детстве.
— И ещё один момент, — отвлёк меня от размышлений функционер. — Разведка США уже в курсе, что ваш отец жив и продолжает работать над своим проектом. Поэтому легенда с изменой Родине утратила актуальность. Вам больше не нужно отвлекаться на публичные выступления, массовые мероприятия и телепередачи. Сосредоточьтесь на своих непосредственных задачах.
— Спасибо, — от души поблагодарил я.
Надоело уже чувствовать себя свадебным генералом. Мне, конечно, уже было сказано, что про легенду пора забыть, но слово такого человека, как Кирченко, равносильно окончательному решению.
— Андрей Миронович, — осторожно уточнил я. — Правильно ли я понимаю, что мои люди получат доступ во все закрытые города, так или иначе связанные с менгирами?
— Правильно понимаете, — скупо улыбнулся организационный секретарь.
— Система подчинения сохраняется? Над моим Спецотделом стоит товарищ Козлов? Или нас переводят под ваше крыло?
— Пока не будем вносить радикальных изменений, — уклончиво ответил оргсекретарь. — У вас появятся дополнительные задачи, только и всего. Руководство Управления я поставлю в известность.
— Вас понял.
Функционер по-отечески улыбнулся.
— Уверен, вы понимаете всю важность миссии, Владлен. И не подведёте партию, возложившую на вас такую ответственность.
— Я приложу для этого максимум усилий, товарищ Кирченко.
— Вот и хорошо. Я бы даже сказал, замечательно. Любые вопросы решайте через непосредственное руководство, но в экстренных случаях…
Мой телефон блымкнул.
— Взгляните, — разрешил оргсекретарь.
Посмотрев сообщение, я увидел длинный ряд цифр.
— Мой личный номер, — сообщил Кирченко. — Только убедительная просьба. Звоните в крайних случаях, когда по линии КГБ не сможете добиться желаемого.
— Договорились.
Мы пожали друг другу руки.
Покинув здание, я отыскал на удалённой парковке машину Бурундукова и занял место на переднем сиденье.
— Экие вы здания удивительные посещаете, дорогой товарищ, — заметил водитель, выруливая на дорогу. — Символические, не убоюсь этого слова.
— Не мы такие, жизнь такая, — хмыкнул я.
Мимо проплывали административные комплексы Старой площади.
— Портал пробить ещё не могу, — пожаловался Буркндуков. — Не дают.
Дисплей бортового компьютера высвечивал карту города. Мы находились в красной зоне.
— Что означает красный? — уточнил я.
— Именно то, что вы подумали, многомудрый мой начальник, — выдал Бурундуков, продвигаясь в сторону Зарядья по Китайскому проезду. — Мы не можем отсюда телепортироваться.
Я не знаю, как это всё организовано, но меры безопасности впечатляли. Ощущались некие волны пси-энергии, циркулирующие в воздухе. Уверен, что запрет на портальные прыжки поддерживается не только формально — что-то они наворотили и техномагического.
— А где тут поблизости можно кофе выпить? — поинтересовался я своего эксцентричного шофёра.
— Сейчас организуем, — обрадовался Бурундуков, прикоснувшись к экрану компьютера. — Лариса, подскажи, где ближайшая кофейня.
Ответил приятный женский голос:
— Сверните на Солянский проезд. Четыреста метров прямо. Кафе «Бриз».
— Хорошее место, — обрадовался Бурундуков. — Пару раз водил туда пассий. Рекомендую. Славная атмосфера. Но и для простого перекуса отлично подойдёт.
Постояв на перекрёстке, мы стартанули и начали быстро набирать скорость.
Я вспомнил, что в советских кафешках достать натуральный кофе было тем ещё квестом. Всему виной дефицит. Под видом бодрящего напитка частенько подавали суррогаты — цикорий с ячменём, злаки, жёлуди и даже каштаны. Из памяти всплыли знакомые марки: «Экстра», «Южный», «Черноморский»…
Мои опасения не сбылись.
«Бриз» оказался вполне приличным заведением, хоть и смахивающим на столовую. Но кофе нам сварили превосходный, не придраться. Варила, правда, кофемашина.
Я ненадолго оставил Бурундукова, сославшись на необходимость срочного звонка.
И действительно позвонил.
— Привет, сын, — поздоровался Громов-старший. — Как прошла встреча.
Мы вели разговор по защищённой линии, которую отец выделил для экстренных нужд.
— Ты знал, что от меня хотят? — задал я встречный вопрос.
— Конечно, нет. Я и сейчас не знаю.
— Если вкратце — наш Спецотдел подключается к защите менгиров.
— Предсказуемо, — учёный даже не удивился.
— Я получу доступ во все закрытые города, построенные по соседству с менгирами. Мы сможем завершить старый эксперимент.
Повисло тягостное молчание.
— Что-то не так, папа?
— Всё так, сын. Просто я… понятия не имею, чем всё это закончится. И если бы ты спросил моего совета… я бы предпочёл не рисковать.
— У нас не будет другого шанса установить с ними контакт.
Про то, что я рассчитываю на способности анимансера, говорить не стоило. К
