Патриот. Смута. Том 11 (СИ) - Колдаев Евгений Андреевич

Посмотрел на них всех, стоявших ровными коробками предо мной. Все же дисциплина в войске у них на высоте.

— Я хочу сказать важное. Среди вас был предатель. Он предал вашу веру, он предал вашего короля и вашего полководца. Он нарушил священный принцип дуэли. Он подверг вас всех страшной опасности. И он попытался очернить славное имя шведской пехоты, шведских мушкетеров. Но! Он был схвачен. — Перевел дух, смотрел на их удивленные лица.

Дисциплина не позволяла пока что начать перешептываться и говорить. Муштровали их знатно. Хорошие бойцы. Как не жестоко это прозвучит, но они будут эффективно отдавать свои жизни, сохраняя моих, русских людей. Продолжил после краткой паузы:

— Этот человек привязан вон там. — Я махнул в сторону того самого разлапистого дуба, на котором не так давно висел Фома Кремень. — Там же рядом, на ветвях лежит плеть! Каждый! Каждый! Кто хочет наказать этого человека за измену! За тот позор, который он хотел навлечь на вас! Может ударить его! Но лишь раз! Утром! Если он останется жив, его казнят по нашей традиции! — Перевел дыхание. — Я посчитал! Что над человеком, очернившим вас! Ваше оружие! Вашу доблесть! Суд должны держать вы! Я все сказал!

Отступил под защиту своих телохранителей. Вместе мы двинулись на военный совет. Шведов туда не звали. Они будут делать то, что им скажут. Совещаться с ними нет никакого смысла. Пускай говорят спасибо и кланяются за то, что остались живы.

Уже хотелось просто сесть, поесть, присутствием своим почтить сотников, а с полковниками и воеводами обсудить план грядущей баталии. Нам все же муштровать людей, тренировать, обучать. На это я тоже хотел заложить некоторое время.

Да, мы уже готовились. Но все же — противостоят нам не какие-то неучи. Лучшая конница Европы, как никак. Крылатые гусары во главе с опытным полководцем Жолкевским сейчас идут к Можайску.

— Господарь. — Проговорил Богдан, когда мы шли уже во второй раз к нижегородскому шатру. — Они же его отпустят.

— Кого? — Не понял я вопроса.

— Стрелка. Отвяжут его. — Процедил он сквозь зубы.

— Думаю завтра нам будет некого казнить, Богдан. — Хмуро ответил я, спустя пару мгновений. — Скандинавы, народ суровый. Они не простят такого. Вот увидишь.

Казак недоверчиво помотал головой.

— Неужто друзей у него не было. Придут, вытащат.

— Поглядим.

Военный совет прошел вполне рутинно. Порадовало меня то, что начался он хоть и с простой, но все же долгожданной трапезы. Нижегородцы не поскупились на соленья. Даже дичь была. Откуда только взяли? Может, в Филях добыли или у коробейников. Все же под Москвой местность-то густонаселенная. Зверья здесь не то чтобы много. Но несколько птиц и пара кабанчиков украшали трапезный стол.

Как и ожидалось, самые высокопоставленные военачальники скептически восприняли мое предложение. Мотали головой, говорили, что риск велик. Но я стоял на своем. Бить шляхту надо так и только так. Иначе не видать нам победы.

Когда, уже ближе к вечеру, все закончилось я вышел из шатра, потянулся.

Богдан, что следовал за мной, замер, уставился в сторону могучего дуба, проговорил ошалело.

— Господарь…

Я глянул туда же. Процессия из шведских пехотинцев тянулась от их лагеря к дереву. Кто-то брел туда, кто-то уже возвращался. Но, судя по тому что я видел, каждый скандинав до захода солнца подарит иезуиту по одному удару. Уверен, он уже сейчас мертв. Однако каждый боец посчитал за должное все равно нанести удар. Нельзя терпеть такое обращение, нельзя терпеть предательство.

Интересно, думал ли этот рыцарь о том, что примет смерть от рук своих же бывших сослуживцев. Или… Или они настолько фанатичны и преданы Папе?

Я взлетел в седло своего скакуна. На сегодня еще много дел. Дней пять мы будем тренироваться, сплачиваться, запасать провиант, а потом.

Мы пойдем на ляхов!

Глава 24

Пять дней прошло в работе, суете и делах.

Постоянные военные советы, разговоры, переговоры. Уверен был, что за спиной моей уже плетутся интриги. Обычная ситуация вертикали власти и корпоративных войн. Кто какое место займет подле меня когда ляхов — то мы побьем? Вопрос важный для будущего каждого рода и клана. Также, к бабке не ходи, был у всех моих воевод, генералов, полковников, второй вариант на случай моей смерти. На случай разгрома. Думали они, планы свои строили. Без этого люди не могут никак, без планов. Скорее только у Воронежских моих собратьев такого не было. Не видели они себя без меня. Поэтому и полагался я на них гораздо больше, чем на иных. Тренко, Филка, Яков, Григорий, старик Войский. Еще Франсуа, хоть и француз, но тоже считай свой из Воронежа.

Ну и, конечно, сам свой план я тоже строил. Убеждал, показывал, как ляхов бить будем.

Поначалу план мой вызывал у всех оторопь и удивление.

Озвучил я его в общих чертах только узкому кругу, ближнему. Но, люди умные понимали к чему готовил людей, что тренировал в них и как думал останавливать противника. Для подготовки ездил в Москву, в кузницы. Пребывая в столице, говорил с Григорием. Он находился в привычном для себя смурном настроении, но судя по докладам, процесс шел все лучше и лучше. На удивление приказы стали работать более слаженно и большинство клерков положительно восприняли изменения.

Многим не нравилось засилье взяточничества в верхах. Когда пара заговоров таких раскрылась, когда верхушка сменилась на людей более худородных, но в несколько раз деятельных, аппарат заработал. Пока до состояния «работает, как часы» было очень далеко. Но были все предпосылки, что за год, может два, мы выйдем на адекватный документооборот и приблизимся к Петровской эпохе с его коллегиями.

А это считай на сто лет опередить историю.

Войского с его лазаретом я тоже переправил в одну из таких поездок в Москву. Разместил там, в кремле. Поручил наладить за пять дней работу с кремлевской аптекой и садом, что в Белом городе был. А также провести встречи с местными лекарями. Чтобы все наши с ним наработки по лечению, по военной медицине продвигались в массы. Никаких секретов не держать, все в народ, для развития.

Также поручил ему тратить час своего времени, в походе или на отдыхе не важно, на то, чтобы методы описывать. Для этого пригласил из печатной слободы писаря и договорился о том, что будет готовиться книга. Эдакий, пусть и очень примитивный, но невероятно полезный курс военной медицины. Санитар в каждой сотне, а потом в каждом десятке, это просто невероятный скачок. Да, врачей готовить мы не могли. Я сам не имел такого образования и не мог передать опыт Войскому. Но заложить базу более быстрого развития, уверен, получилось бы. Направить местных на верный путь понимания функционирования человеческого организма.

Ведь опираясь на такую книгу уже и более глобальные исследования можно начинать. Но это дела местных медиков, а не мои. Некий фундамент будет заложен, в верном направлении двинем медицину, а там уже естественным путем оно все пойдет.

Потребовал от старика, бывшего воронежского воеводы, чтобы собрал он учеников. И чтобы женщины, что его сопровождали, тоже учили. Как можно больше, лучше. Передавали опыт.

В технике я тоже был не силен. Принцип работы паровой машины понимал в общих чертах, да и уровень выплавки металла сейчас пока что не на должном уровне. Так что индустриальная революция откладывалась. Заложить какого-то глобального прогрессорства в инженерное дело и архитектуру не мог.

Но. Как и везде, применил передовой для этого времени навык. Организационный.

Найти наиболее перспективных и дельных людей. Собрать их и делегировать отрасль. Контролировать через Григория и настроить управление. А дальше оно само пойдет. Ощутимо быстрее, чем в реальной истории, ведь я понимал в какую сторону надо копать.

Но пока это все задачи и проекты на будущее. Не касающиеся моего похода.

Пока войско тренировалось, я примерно полдня тратил на контроль, а остальное время на иные проекты.