Анастасия. Железная княжна - Адель Хайд
— Ну брат, ты нас разорил, знаешь, что, оказывается, в этой больнице, во время последнего исследования ты всё оборудование пожёг.
— Да я не нарочно, — смущённо сказал Никита, который так до конца и не разобрался в принципах работы этого оборудования.
Иван внимательно посмотрел на Никиту, и, будто бы прислушавшись к чему-то сказал:
— Ты теперь, похоже, посильнее меня будешь, брат, — и добавил словно бы в шутку, — может, тебе род возглавить?
— Э, нет, — покачал головой Никита, — мне под твоим руководством надёжнее.
Он уже понял, что и здесь его брат такой же, как и был, спокойный, уравновешенный, взвешивающий каждое своё решение, каждое слово. Преданный роду.
— А как семья? — спросил Никита.
И с облегчением услышал в ответ, что и здесь у Ивана жена Анна Андреевна, в девичестве Голицына. И детишек тоже двое.
— Ой, по племяшкам я тоже соскучился, — сказал Никита.
— Сейчас всех увидишь. Аня уже обед приготовила, ждёт тебя, — лицо Ивана словно бы посветлело, когда он говорил о жене.
— А отец с матерью? — спросил Никита, — что с ними?
— Да, брат, крепко тебя приложило, — Иван снова помрачнел, — раз не помнишь, что отец с матерью погибли. Тебе тогда ещё восемнадцати не было. А мне пришлось род возглавить.
— Запамятовал я, — тихо ответил Никита.
— Да ничего, брат. Так-то смотрю, вроде соображаешь. Хуже было бы, если бы вообще не очнулся, — сказал Иван и, остановившись, снова обнял брата, которого думал, что уже потерял.
И Никита тоже не мог наглядеться на родное лицо.
Они вышли на улицу. Перед больницей стояло несколько огромных чёрных автомобилей каплевидной формы. У Никиты расширились глаза, он такого вообще никогда не видел.
Дверцы автомобиля с лёгким шипением отъехали вверх.
«Словно крылья распахнулись,» — подумал Никита, забираясь внутрь пахнущего кожей салона.
— Теперь только на бронированных ездим, — сказал Иван, — такие даже взрыв переживут.
— А что, не порталами? — удивлённо произнёс Никита.
— Так порталы в столице уже лет десять не работают, — пояснил брат.
Это было ещё одно изменение, о котором Никита не знал. Он заворожённо смотрел в окно автомобиля, с каким-то весёлым ужасом воспринимая ту скорость, с которой они двигались по дороге.
— А мы куда? — спросил он брата.
— Домой.
— А мы разве не в столице живём? — снова переспросил Никита.
— Нет. В столице есть пара квартир, ты, помнится, любил там останавливаться, — усмехнулся Иван и подмигнул.
Никита подумал: «Интересно, с и чего это я там любил останавливаться?», но спрашивать не стал.
Вскоре автомобиль свернул с трассы, сбавил скорость, проехал по красивой ухоженной аллее, вдоль которой стояли высокие тополя, и остановился перед большими воротами. Ворота были плотные, сквозь них ничего не было видно.
Они отъехали в стороны самостоятельно, без помощи людей, и машина въехала на большую территорию. Здесь тоже было много деревьев, и от ворот шла широкая дорога, ведущая к большому дому.
Дом был совершенно не похож на то, что в представлении Никиты можно было бы назвать «домом». Он был большой, весь из стекла и странных форм, напоминал хрустальную скалу, выросшую из земли. Никита поёжился и подумал: «И здесь Ванька в хрустале…»
Они вышли из машины.
— Дядя Никита! Дядя Никита! — закричали мальчишки, налетев ураганом.
Никита с радостью узнал в них своих племянников. А в дверях, находящихся на небольшом возвышении, появилась супруга Ивана. Никита тоже сразу её узнал, Анна Андреевна.
Ему показалось, что здесь она выглядела моложе, чем в той жизни, где он её помнил. Она была стройнее и одета странно, в обтягивающие брюки. Никита даже смутился, он никогда не видел свою сноху в таком виде.
— Здравствуй, Анна, — сказал он, стараясь не глядеть на неожиданно фигуристую супругу брата.
— Здравствуй, Никита, — обняла она его и поцеловала в щёку, — мы с Ваней очень переживали за тебя.
Никита продолжал отводить взгляд. Ему было неловко смотреть на такую красивую Анну.
«Надо будет сказать Ваньке… И чего это он ей разрешает так одеваться? Хотя, вроде, дома, не на людях…»
В доме Никиту тоже всё поразило, но он пока ни рассказывать ничего, ни расспрашивать брата не стал, и старался сильно не удивляться.
По дороге Иван рассказал, что род Урусовых держит весь Урал и Западную Сибирь, то есть почти везде, где горное дело, всё что в земле: камень, железо, руда, всё это принадлежало роду. Все шахты были их, и род был особо приближён к Императору.
— Императором сейчас Николай, — добавил Иван, усмехнувшись, — а то вдруг ты и это забыл.
Никита подумал: «Забыл бы, если бы знал. Значит, не было здесь этой баховой революции…». Но у брата пока спрашивать не стал.
Вообще, Россимская империя была разделена на шесть основных регионов. Шесть князей из двенадцати правили этими частями — Урусовы, Троекуровы, Шаховские, Воронцовы, Юсуповы и Голицыны. Остальные шесть отвечали за технологии, и у каждого рода была своя область: род Сапеги — за биологию, род Вяземских — за лекарственное дело, род Горчаковых — за развитие каких-то цифровых технологий, что это за технологии такие, Никита не знал но решил уточнит позже, род Черкасских, входил в клан Урусовых и развивал энергетику, род Путятиных отвечал за аэродинамику, а Репнины за нечто совершенно Никите незнакомое, какие-то медиатехнологии.
— Такое разделение весьма эффективно, — говорил Иван, — во-первых, шесть родов в управлении землёй, это не двенадцать разрозненных наделов. А во-вторых, разделение на тех, кто правит землёй, и тех, кто отвечает за технологии, даёт баланс власти. Хотя многие технологические роды и входят в союзы с земельными.
Потом взглянул на брата и ещё раз уточнил, словно бы сомневаясь, что тот помнит:
— Ну и во главе всего Император.
— А ты, Никитка, обнаружил заговор, — сказал Иван, после того как разъяснил брату ситуацию, — полгода назад Император нас с тобой вызвал, сказал, что больше пока никому доверять не может и попросил заняться расследованием.
Иван усмехнулся:
— Мы вроде как единственный род, который ни на что больше не претендует, а сами достаточно сильны, что нас никто «съесть не может». Ну ты и занялся, ведь помимо того, что ты возглавляешь разведку рода, ты ещё и разведку Империи возглавляешь.
Голос Ивана дрогнул:
— И что-то ты обнаружил.
Он сделал паузу, затем продолжил:
— Ты мне позвонил в тот день и сказал: «Жди, Ваня. Сказать не могу, только при встрече. Но это очень серьёзно». И всё.
Иван вздохнул, бросив на брата внимательный взгляд:
— После этого я увидел тебя только в больнице. Ты лежал, опутанный проводами, без ног и без рук. И доктора-бахи, и магические лекари все
