Лекарь из Пустоты. Книга 2 - Александр Майерс

Мессинг недовольно хмурился, раздувая ноздри. Он понимал, что его подлянка не удалась, но при этом не мог винить Алису. Порошок-то она подсыпала.

Затем очередь дошла до Леонида. Он с самодовольной улыбкой поднёс к губам свою склянку и отпил изрядный глоток своего «шедевра».

Первые секунды всё было нормально. Потом лицо Мессинга дрогнуло. Брови поползли вверх. Он побледнел и схватился одной рукой за живот, а второй закрыл рот.

— Уф… — вырвалось у него.

Он попытался сглотнуть, сделать вид, что всё в порядке, но было поздно. С громким, совершенно неаристократичным звуком содержимое его желудка фонтаном вырвалось наружу. Он не успел даже отвернуться. Всё выплеснулось прямо на его рабочий стол, заливая остатки ингредиентов и брызгая на мантию мастера-алхимика.

В зале на секунду воцарилась гробовая тишина, нарушаемая лишь судорожными хрипами и новыми рвотными позывами несчастного Леонида. Потом кто-то фыркнул. И вот уже по всему залу прокатилась волна сдержанного, но от этого не менее унизительного смеха.

Мастер-алхимик смотрел на Мессинга с нескрываемым отвращением и платком брезгливо смахивал брызги рвоты со своей мантии.

Леонид, давясь, с ужасом смотрел на свои запачканные руки, на стол, на смеющихся вокруг людей. Его взгляд метнулся ко мне. Я стоял спокойно, с нейтральным выражением лица.

— Мне так жаль, Леонид Александрович. Что за злая судьба? Второй раз вы при мне пачкаетесь. Сначала залили вином свой шикарный фрак, теперь вот это… — я с делано расстроенным видом покачал головой.

Мессинг что-то прорычал, вытер рот тыльной стороной дрожащей руки и, не сказав ни слова, побежал к выходу из зала.

Мастер-алхимик решительно вычеркнул Мессинга из списков и отправился дальше.

Вскоре объявили победителя — и лучшее зелье оказалось у меня. В подарок я получил приз — набор редких трав в серебряной шкатулке с символом съезда.

Практикум закончился. Последнее официальное мероприятие съезда осталось позади. Вечером предстояли подведение итогов и большой закрывающий банкет.

В гостинице я заранее собрал свои вещи, со смехом вспоминая лицо Мессинга в момент казуса. Надеюсь, теперь он поймёт, что лучше не пытаться мне нагадить — того и гляди, сам наступишь в лужу.

Ведь это может оказаться даже лужа твоей собственной рвоты.

Российская империя, город Приморск

Некоторое время спустя

Леонид вернулся в свои апартаменты в «Золотом заливе» не просто разозлённым. Он был уничтожен. Унижен до глубины души. В ушах до сих пор стоял смех, а перед глазами — брезгливые и откровенно насмешливые взгляды.

Его, наследника рода Мессингов, публично вырвало на собственные руки и мантию магистра! Из-за эликсира, который он сам же и приготовил!

А виновник всего этого — проклятый Серебров, никаких сомнений.

Ярость, которую Леонид с трудом сдерживал на людях, вырвалась наружу. Полетела на пол ваза с орхидеями, за ней — графин с водой и сам стол.

Задыхаясь от ярости, Мессинг достал телефон и набрал номер Волковой. Как только она взяла трубку, заорал:

— Ко мне в гостиницу! БЕГОМ!

Он тут же сбросил звонок, даже не дожидаясь ответа. А затем сорвал заблёванный пиджак и швырнул его в ванную.

Алиса, вероятно, ни при чём. Мессинг почувствовал, как она сорвала печать со свёртка. Своими глазами видел, как она высыпала порошок в ингредиенты Сереброва. Как этот ублюдок справился? И как испортил его, Леонида, зелье?

Ведь это точно он!

Алиса скоро пришла. Закрыла за собой дверь и не прошла ни шагу дальше. Молча ждала.

Леонид подошёл вплотную, так близко, что чувствовал её дрожь.

— Ты подменила порошок? Или что ты сделала?

— Леонид, я… — начала она, но он резко схватил её за подбородок, грубо заставив поднять голову.

— Не смей мне врать, — процедил он.

В глазах Алисы вспыхнула злоба.

— Я сделала только то, что ты сказал. И ты сам это видел, — ответила она.

— Видел! Тогда почему его эликсир оказался так хорош? А мой… — Леонид не договорил.

— Не знаю, — тихо ответила Волкова.

— А должна знать! Ты крутишься вокруг него, а что выяснила? Что у него «своеобразный дар»? Это я и без тебя знаю! — он отпустил её, с силой оттолкнув от себя.

Алиса пошатнулась, едва удержавшись на ногах, на нежной коже её подбородка остались красные отметины от его пальцев.

— Может, ты и не стараешься? Может, тебе нравится крутиться вокруг этого выскочки? — продолжал Мессинг, шагая по комнате.

— Нет, — буркнула она.

Леонид махнул рукой и подошёл к бару. Налил себе бокал коньяка, но тут же передумал пить и стукнул бокалом о стойку.

— Мне нужен результат! Не какие-то намёки. Я хочу знать, в чём суть его дара. Откуда у нищего неудачника такая точность в диагностике, такие странные способности. Это не просто талант! Это что-то другое. И ты это выяснишь, — он ткнул пальцем в сторону Волковой.

— Я стараюсь. Его трудно разговорить…

Мессинг перебил её:

— У тебя есть последний шанс. Либо ты выясняешь, что за дар у этого урода, как он им управляет, в чём его источник и какие есть слабости… либо у твоих родных начнутся очень, очень большие проблемы. Поняла?

— Поняла, — прошептала Алиса, и её голос был едва слышен.

— Что? Громче! — рявкнул Мессинг.

— Я поняла! — выкрикнула она, и в голосе её прозвучали сдавленные слёзы. — Я обязательно что-нибудь выясню. Найду способ.

— «Что-нибудь» меня не устраивает. Нужны факты. У тебя есть время до конца банкета. Завтра мы уезжаем. И я должен увезти с собой ответ. Или уже по пути в Петербург ты получишь вести о каком-нибудь несчастном случае со своими родными. Выбирай. Всё, пошла отсюда, — Леонид мотнул головой в сторону двери.

Алиса, не сказав больше ни слова, развернулась и почти выбежала из номера.

Российская империя, город Приморск

Тем же вечером

Закрывающий банкет Всеимперского съезда целителей в Приморске стал впечатляющим событием. Большой бальный зал сиял хрустальными люстрами, свет которых отражался в отполированном до зеркального блеска паркете. Столы ломились от изысканных блюд — от лёгких закусок до соблазнительных десертов. Финальный аккорд, где под маской веселья решались последние дела, завязывались связи и подводились итоги.

Я стоял у высокой колонны с бокалом минеральной воды в руке, наблюдая за танцующими парами. После сегодняшнего триумфа на алхимическом конкурсе и позора Мессинга ко мне подходили ещё чаще, и не только участники, но и магистры. В их взглядах читалось не только любопытство, но и