Полубояринов 3 - Александр Евгеньевич Сухов
Обстановка для меня привычная, соответствует антуражу гостиной среднестатистического землянина моей родной реальности. Широкий диван, на который при необходимости можно уложить загостившегося приятеля. Неподалеку от окна невысокий столик с парой кресел. По стенам шкафы с бумажными книгами. В принципе, наличие книг – это уже из второй моей реальности. На родине печатные издание вот уже больше тысячи лет считаются архаизмом.
- Проходи, присаживайся, - «старец» указал рукой на одно из кресел. – Откровенно говоря, сам не люблю официозов. Нет, не так выразился. В принципе, мне, как созданию, чуждому эмоциональных издержек, всё равно, в какой обстановке общаться с собеседником. Тем не менее, я прекрасно отдаю себе отчет, что на таких как ты слишком большие объемы помещений производят угнетающее действие. Чай, кофе? Может быть, господин граф желают перекусить более основательно?
Кресло оказалось вполне удобным. Разумеется, я вполне осознаю, что в данный момент нахожусь в искусственно созданном виртуальном пространстве, и все эти экивоки с чаем, кофе и предложением плотного перекуса, не более чем выверты моего собственного сознания при воздействии на него могущественной воли здешнего хозяина. Точнее, искусственного разумного существа, созданного неведомыми строителями этого мира. Тем не менее, приятно почувствовать себя гостем в привычной обстановке, пусть даже виртуальной, и я решил подыграть Искину.
Хозяин же в ответ на мои мысли с усмешкой сказал:
- Ошибаешься, Александр, это вовсе не иллюзия, а самая, что ни на есть, реальная реальность. Хе-хе-хе! Прошу пардону за тавтологию.
Вообще-то я не был уж очень удивлен. Достаточно продвинутые адепты магии пространства-времени, включая меня, вполне способны создавать изолированные от реальности пространственные объемы. А особо продвинутые чародеи могут использовать таковые в качестве убежища. Очень удобно, согласитесь, всегда иметь при себе не просто место для жилья, но крепость в которой тебе никакой враг не страшен. Мне пока подобное не дано, но со временем, когда стану архимагом, непременно овладею подобным умением.
- Спасибо, уважаемый, от кофе не откажусь. Давненько не имел возможности побаловать себя этим напитком.
Тут же, как по мановению волшебной палочки на столе материализовался кофейник, чашки, блюдца, ложки, сахарница, кувшинчики с молоком и со сливками.
Лично я сторонник употребления черного кофе без каких-либо дополнительных ингредиентов. Сидящий напротив меня старик, перед тем, как плеснуть в чашку из кофейника кинул туда пару кусочков сахара, а затем сдобрил темную жидкость приличной порцией сливок, создав на поверхности изображение прелестной женской головки.
Ну что сказать, производить впечатление даже в мелочах этот… язык не поворачивается назвать его искусственным интеллектом любит и, что уж там греха таить, делает это виртуозно.
Сидящий в кресле напротив «старик» быстро выпил свою порцию и, отодвинув чашку подальше от края стола, терпеливо ждал, когда я закончу. При этом он с нескрываемым интересом поглядывал на меня из-под густых кустистых бровей. В свою очередь, я под кофеёк также внимательно изучал здешнего хозяина.
Интересно, для чего весь этот фэнтезийный антураж в духе древней Толкинианы, вот уже на протяжении полутора тысячелетий являющейся источником вдохновения для креативных творцов волшебных виртуальных реальностей и игровых вселенных? Сначала давящий на психику дворцовый зал невероятного размера. Теперь эта непонятная игра в гостеприимного хозяина и меня в роли дорогого гостя. Зачем всё усложнять? Мог бы просто отправить свой аватар на берег моря, где мы с Германом готовились к отлету. Там бы и поговорили. Сам же сказал, что наблюдает за мной с момента моего появления в этом мире. Неужели восьми месяцев ему не хватило, чтобы изучить меня как облупленного? Несложно догадаться, ему что-то от меня нужно. А вот что именно, пока непонятно.
- Итак, молодой человек, судя по твоему психоэмоциональному состоянию, ты лишь слегка удивлен, но ничуть не обескуражен моим появлением.
- Откровенно говоря, я предполагал, что без хозяйского пригляда этот мир давно рассыпался бы как карточный домик. При этом практически не надеялся, что стану объектом внимания столь продвинутого искусственного интеллекта. Кто я в масштабах этого сверхогромного пространства? Даже не песчинка в жерновах, объект несоизмеримо менее значимый, не способный оказать какого-либо влияния на местные реалии. Кстати, хотелось бы знать, как мне к вам обращаться? – Вообще-то я целиком и полностью осознаю, что разговариваю с существом неодушевленным и мои выканья для него ничего не значат, но перейти на «ты» как-то язык не поворачивается. Ну и ладно, буду и дальше проявлять вежество, мне не сложно, чай не кланяться заставляют.
- А, называй меня Гэндальф. Этого персонажа я откопал в глубинах твоей памяти, юноша, и образ пожилого чародея пришелся мне по душе. – Ага, все-таки Толкиен с его сагой о Средиземье. Ладно, буду иметь ввиду. – Вообще-то, насчет души – это я образно сказал. На самом деле у Искинов, даже моего класса наличие квазиматериальной субстанции, именуемой «душа» не предусмотрено создателями. И не от того, что не хотели вдохнуть в нас Искру Божию, сие неподвластно даже разумным представителям сообщества цивилизаций, умудрившихся создать этот огромный мир… Впрочем, не стану сетовать на сей счет, у таких как я бездушных созданий свои преимущества. Взять хотя бы срок нашей жизни. В отличие любого обладающего душой разумного существа, он ограничен лишь сроком жизни центрального светила этого мира. А это ни много ни мало миллиардов десять лет в привычном для тебя календарном исчислении.
- Завидую, конечно, но чуть-чуть и по-доброму. – С легкой иронией в голосе сказал я. – Дай Боже вам, уважаемый Гэндальф, не просто долгих, но счастливых лет жизни. А по мне так пары-тройки столетий будет вполне достаточно. Ну если удастся прожить чуть дольше в умственном и физическом здравии, я не откажусь от такого подарка судьбы. А коль суждено уйти раньше отведенного физиологией моего организма срока, так и жалеть не о чем. Впереди, насколько мне известно, меня ожидает очередное перерождение. Оно хоть о прошлой жизни помнить будет мне не дано, всё равно интересно, что там меня ожидает.
- М-да, молодой человек, мне бы твой фатализм. Забрался бы, фигурально выражаясь, на завалинку, свесил ножки и сидел бы, болтая ими, до самого окончания отведенного мне срока существования. Хотя, ни о какой «завалинке» речи идти не может. Забылся бы, согласно протоколам, вечным сном и просыпался в
