Сказка наяву - Яна Романчева

Раздался тихий смешок и голос Эльрика:

— За тобой так интересно наблюдать. У тебя столько эмоций, и они так быстро меняются.

— Ты меня напугал.

— Ни капельки. Мне показалось, что ты даже рада меня видеть, — покачал головой Эл. Я фыркнула.

— Тебе показалось!

Ну, конечно же, показалось! Что я ещё могла сказать? Не правду же? Не могу же я ему сказать, что иногда у меня от одного его вида сердце замирает, а от звука голоса по телу пробегается целое стадо мурашек? И вообще, нужно как-то получше контролировать свои эмоции и почаще держать язык за зубами. Хотя бы для того, чтобы не сболтнуть чего лишнего, как в прошлый раз. Я вздохнула и потерла руками лицо.

— Спать пора. Завтра тяжёлый день.

— У нас сейчас каждый день тяжёлый, — пожал плечами Эл и тихо добавил, — Я думал, что нам не помешало бы поговорить о том, что произошло в гостинице.

Я закусил губу и быстро выпалила:

— Это была ошибка! Такого больше не повторится!

Ох, сколько эмоций промелькнуло у эльфа на лице. От обиды и разочарования до совершенно спокойной, ничего не выражающей маски. Кажется, его очень зацепила моя фраза.

— Да, это была ошибка, — голос Эльрика был холодным, как айсберг, и говорил он это смотря куда угодно, но только не на меня, — Просто минутная слабость, которая больше не повториться. Я просто поддался эмоциям. Я просто хотел тебе сказать, что после того, как мы спасём Оксану, я хочу сделать ей предложение стать моей женой.

Меня как будто ведром холодной воды окатили. Если бы я в этот момент не сидела, то точно бы упала. Наверное, мне было очень больно от слов эльфа, но сейчас все чувства ощущались как будто через огромный слой ваты. Я встала, придерживаясь за перила, кивнула и почему-то охрипшим голосом сказала:

— Хорошо. Я за вас рада.

И я хотела уже уйти, но тут заметила, как из леса выходят люди. Много людей. Только шли они как-то странно: медленно и слегка покачиваясь из стороны в сторону. И все они направлялись в нашу сторону. Я пригляделась. Как-то уж очень странно они выглядят. Хотя, конечно, в свете красной луны все было слегка искаженным, но мне показалось, что идущие к нам люди чем-то походили на наших киношных зомби. Правда, конечно, руки и ноги у них не отваливались, ну а так очень даже похоже.

— Настя? — Эльрик удивлённо тронул меня за руку, — Что-то случилось?

— Там люди, — я кивнула в сторону леса и уже неплохо так приблизившихся к нам, видимо, жителей деревни. Похоже, что они просто скрылись от тумана в лесу, а теперь, когда увидели свет в одном из домов, вышли к нам.

Эл обернулся. Его лицо резко побледнело.

— Гоблин! Быстро в дом! Закрой все окна занавесками и буди Сири!

— Это не люди? — запоздало поняла я.

— Умертвия. И очень злые умертвия, — крикнул эльф, подбирая с земли огромное полено.

Ох, ну неужели мы не можем хотя бы одну ночь провести спокойно и просто выспаться⁈

Глава 10

— Вы же сказали, что умертвия безобидные, если их не трогать! — возмущалась я, бегая по дому и плотно занавешивая все окна. Сири и Эльрик возились со входной дверью: подпирали её подобранным Элом поленом и зачем-то пододвигая к ней огромный сундук, доверху набитый вещами.

— Да, вообще-то так оно и есть! Во всяком случае, было, — пыхтя, ответил эльф.

— Так чем же мы так насолили огромной толпе умертвий, что они так активно двигаются в нашу сторону? — последнее окно было закрыто, и я, нервно теребя кофту, села на лавку.

— Не знаю! Я никогда не слышал, чтобы умертвия покидали территорию кладбища. Тем более в таком количестве.

— Это туман так на них повлиял? — Сири плюхнулась рядом со мной. Лицо у неё было невероятно бледное. Видимо, девушка не на шутку испугалась.

— Не знаю. Может быть. Но их очень много, это не могут быть умертвия с одного кладбища, — Эльрик наконец-то закончил с дверью и теперь оглядывал дом, проверяя, все ли мы сделали правильно. Так как я не до конца понимала, в чем же конкретно была опасность, пришлось спросить:

— Ээ, ребят, я конечно извиняюсь, но… я еще понимаю, зачем мы заперли дверь. Но зачем плотно шторы занавешивать?

Эльф задумчиво побарабанил пальцами по сундуку, на который успел забраться, и вздохнул.

— Понимаешь, Настя, умертвия… как бы тебе объяснить? — Эл помолчал с минуту, явно раздумывая, под каким соусом подать мне информацию, видимо, чтоб я меньше испугалась. А потом продолжил, — Умертвия, для того, чтобы выманить своих жертв, в первую очередь пытаются их напугать. А для того, чтобы усилить страх, эти существа делают все, что угодно.

— Ээ, подожди, — я недоуменно уставилась на эльфа, — Разве умертвия могут думать? Мне казалось, что умертвия — это что-то похожее на наших зомби? Мертвяки, которые едят людей. Ну, или только их мозги. Разве нет?

— Не совсем так, — Сири покачала головой, — Если следовать твоей логике, то умертвия — это умные зомби, которые питаются мясом. Но они прибегают к убийству, только когда потревожен покой их кладбища. И вот ещё, что бы не случилось, не смотри в окно. Пожалуйста.

— Почему? — тут же спросила я.

Но ответить мне не успели. Раздался громкий стук в дверь. Потом ещё один и ещё. Стук раздавался все чаще и чаще, то тише, то громче. Мои нервы были напряжены до предела. Казалось, что ещё чуть-чуть, и я сойду с ума от этого непрекращающегося звука. Но тут раздались сразу несколько частых стуков подряд, как будто отбивали чечетку, и повисла оглушающая тишина.

Я огляделась вокруг, с замиранием сердца ожидая продолжения. Сири и Эльрик, похоже, были удивлены не меньше меня.

— Это все? — тихо спросила я, словно боялась спугнуть наступившую тишину.

— Вряд ли, — покачал головой ушастик, вставая с сундука и осторожно подходя к ближайшему окну. Я с замиранием сердца следила за каждым его движением. Но только наш эльф дотронулся до куска ткани, прикрывавшего окно, как раздался шёпот множества голосов:

— Открой! Пусти! Холодно! Пусти! Холодно! Открой! Замерзаю! Открой! Открой! Открой!

Мне казалось, что шёпот доносится сразу со всех сторон. Я невольно поежилась и прижалась к Сирине. Та в ответ схватила меня за руку. Эльфийке тоже было страшно. Я посмотрела на Эла. Тот по-прежнему задумчиво стоял у окна, так и не отпустив импровизированную занавеску. Видимо, он хотел, но никак не решался выглянуть в окно, чтобы оценить