Наследие Русов. Пробуждение - Вячеслав Руденко

— Как их читать? — спросил он, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

— Не глазами, а ощущением. Прикоснись к любому и отпусти мысли.

Он выбрал символ, напоминающий спираль с точкой в центре. Как только пальцы коснулись поверхности, перед внутренним взором вспыхнула картина:

звёздное небо, где созвездия соединяются линиями энергии;

фигура в длинном плаще, рисующая в воздухе те же символы;

голос (не слышимый ушами, а чувствуемый всем существом): «Знание — это свет, который течёт сквозь время».

Илья отпрянул, прижав руку к груди. Сердце колотилось так, будто он пробежал километр. «Это… не просто образы. Это память. Моя память?»

— Что это было? — прошептал он.

— Память Русов. Символы — ключи к их опыту. Каждый содержит слой информации: от простого значения до сложных концепций.

Он попробовал снова, выбрав треугольник в круге. На этот раз видение было иным:

три человека, стоящие на перекрёстке дорог;

между ними возникает светящийся шар, разделяющийся на три цвета: алый, лазурный, изумрудный;

фраза, прозвучавшая как эхо: «Сила в единстве трёх».

— Это про меридианы? — догадался Илья, и в груди разлилось тёплое чувство — он понял! Впервые за всё время здесь он ощутил не страх, а… принадлежность. «Я должен это освоить».

Илья медленно обходил помещение, касаясь разных символов. Каждое прикосновение дарило новое видение:

Волна с тремя вершинами — образ энергетического контура;

Круг с точкой — схема сенсорного узла;

Переплетённые линии — структура защитного экрана.

Постепенно он начал замечать закономерности:

символы повторялись в разных комбинациях, словно слова в языке;

их свет менялся в зависимости от его настроения (ярче при сосредоточении, тусклее при сомнениях);

некоторые реагировали только на определённое прикосновение (например, лёгкое касание кончиками пальцев).

Он провёл ладонью по стене, и символы отозвались тихим гулом, похожим на шёпот. «Они… живые?» — подумал он, и тут же сам себе ответил: «Нет. Но они чувствуют меня».

— Они… живые? — прошептал он вслух.

— Они — память, воплощённая в энергии. Ты учишься говорить с ними на языке образов.

— Теперь перейдём к практике, — сказал ИИ. — Ты уже ощутил алый поток в капсуле. Пора научиться его направлять.

На стене вспыхнула схема человеческого тела с выделенными линиями:

вдоль рук — алые нити, пульсирующие теплом;

у висков — лазурные, мерцающие холодным светом;

вокруг солнечного сплетения — изумрудные, излучающие покой.

— Сосредоточься на ладонях. Представь, что там горит огонь. Не внешний, а внутренний — тот, что ты чувствовал при пробуждении.

Илья сел на пол, скрестив ноги. Он закрыл глаза, пытаясь вспомнить ощущение тепла из капсулы. Сначала было трудно — мысли метались, воспоминания о друзьях отвлекали. «Лиза… Денис… Где вы?» Он сжал кулаки, но тут же расслабил их, напоминая себе: «Сейчас важно сосредоточиться».

Постепенно он почувствовал лёгкое покалывание в пальцах. Оно нарастало, перетекая в запястья, затем в предплечья. Тепло было приятным, почти успокаивающим, но с ноткой напряжения — как перед грозой. «Оно… доверяет мне?» — мелькнуло в сознании.

— Теперь направь это ощущение в правую ладонь. Сформируй шар.

Он представил, как энергия собирается в руке, сгущаясь в светящуюся сферу. Открыв глаза, он ахнул: над ладонью парил крошечный алый шар, пульсирующий в такт его дыханию. Свет был неярким, но живым — будто в нём билось крошечное сердце. «Я сделал это!» — в груди вспыхнула гордость, но тут же сменилась тревогой: «А если я не смогу удержать?»

— Получилось! — он попытался взять его, но шар рассыпался искрами.

— Контроль требует практики, — голос ИИ звучал почти одобрительно. — Попробуй снова, но на этот раз удерживай образ шара дольше.

Илья повторил попытку. На второй раз сфера продержалась пять секунд, на третий — десять. Он чувствовал, как энергия отзывается на его волю, но каждый раз, когда он пытался усилить свет, шар распадался. «Почему?» — он нахмурился, пытаясь понять. «Слишком сильно давлю. Нужно… довериться».

— Почему не получается удержать?

— Ты слишком напряжён. Алый поток откликается на уверенность, а не на усилие. Представь, что это не огонь, а дыхание. Плавное, естественное.

Илья закрыл глаза, сделал медленный вдох через нос, выдох через рот. Он представил, как тепло растекается по телу — не как пламя, а как мягкий свет утреннего солнца. В сознании возник образ: он стоит на берегу моря, волны накатывают и отступают, а в ладонях пульсирует тёплый шар.

— Хорошо, — прошептал он. — Я чувствую его.

Открыв глаза, он увидел, что над ладонью снова парит алый шар. На этот раз свет был ровнее, без вспышек. Илья улыбнулся — впервые с момента падения в пещеру он ощутил радость от происходящего.

— Теперь попробуй переместить его в пространство, — подсказал ИИ.

Он осторожно повёл ладонью влево — сфера плавно отделилась и повисла в воздухе. Илья провёл рукой вправо — шар последовал за движением. Он ощущал тонкую связь между собой и энергией, словно невидимую нить. «Это… как танец», — подумал он.

Он попробовал увеличить размер шара — и на удивление легко добился этого. Сфера выросла до диаметра теннисного мяча, излучая мягкий, согревающий свет. Илья протянул к ней пальцы — поверхность оказалась упругой, как натянутая мембрана, но не горячей.

— Это потрясающе… — прошептал он, забыв обо всём на свете.

Но внезапно стены задрожали. Символы на стенах погасли, а в воздухе возник тревожный сигнал — низкий, вибрирующий звук, от которого заныли зубы. Илья инстинктивно сжал кулак — шар рассыпался искрами, оставив на ладони лёгкое покалывание.

— Угроза, — сообщил ИИ. — Внешний сканер зафиксировал приближение объектов.

На голограмме появилась проекция: три тёмные точки двигались к посту, пересекая горные хребты. Они светились тусклым багровым светом, будто поглощали окружающий свет. Каждая точка оставляла за собой шлейф тьмы, искажающий пространство.

— Кто это? — голос Ильи дрогнул, но он усилием воли взял себя в руки.

— Не идентифицировано. Но их энергия не соответствует наследию Русов. Возможно, «Прометей».

Илья встал, сжимая кулаки. Алый свет всё ещё мерцал на его пальцах, оставляя тёплые следы. Он посмотрел на голограмму, затем на символы на стенах. В груди разгоралось странное чувство — не страх, а решимость. «Я не позволю им войти», — твёрдо подумал он.

— Что мне делать? — спросил он, глядя прямо перед собой.

— Активируй защитный экран. Он питается от алого потока. Сосредоточься на стене перед собой. Представь барьер из света.

Илья шагнул вперёд, вытянул руки. Тепло в ладонях усилилось, переходя в жар. Он закрыл глаза и представил непроницаемую стену, сверкающую алым. Не просто барьер —