Вернуть Боярство 24. Финал - Максим Мамаев
Безумие. Безумие, в котором потоки маны и эфира самого мира теряли способность протекать так, как им было положено Законами Мира — вот что это было. И оно лишь усиливалось, разрастаясь до всё новых масштабов, ведь в самом его сердце два существа, причислить которых к человеческому роду было уже почти невозможно, метались, постоянно сталкиваясь и обмениваясь ударами.
За первыми могущественными чарами девятого ранга последовали и другие — место их схватки превратилось в дикую мешанину из истребительной магии, однако это их не останавливало.
Шехзаде Селим проигрывал. Несмотря на все приготовления, на многочисленные Регалии, на имеющуюся в его полном распоряжении мощь трёх Великих джиннов его теснили. Русский князь давил, сражаясь холодно, обдуманно и спокойно, не допуская ошибок, не позволяя шехзаде даже на краткий миг продохнуть и опомниться. Даже искажения Астрала не помогали его запутать, сбить с толку хотя бы на самую краткую долю мгновения.
Аристарх просто не отставал от своего врага, не давал ни малейшего шанса увеличить дистанцию, навязав свой темп — и потому никакой Астрал не мог ему помешать. Он не просто сражался — он вёл шахматную партию, ход за ходом ломая сопротивление противника. Скупо, экономно, отвечая на два заклятия врага одним своим — но столь искусным, мощным и вовремя использованным, что с лихвой компенсировал количество качеством.
— Сабля Бога Ветров!
Шехзаде вынужден был прибегнуть к одним из троих своих Сверхчар. Не то, чтобы он всё это время их берёг — но за четверть часа, которые прошли с момента использования Дыхания Огненного Бога и Соцветия Молний враг просто не давал ему возможности прибегнуть к главным козырям. В отличие от обычной магии, даже девятого ранга, Сверхчары не получалось использовать без того, чтобы хоть на краткий миг снизить концентрацию на схватке. Селим никогда не думал, что ситуация, в которой сама попытка использовать главный козырь любого Великого — Сверхчары, сопряжена с риском погибнуть, не успев их активировать, вообще возможна. Что ж, теперь он не просто это знал — он испытал это крайне неприятное чувство на собственной шкуре.
Выкроить столь необходимый ему миг удалось случайно — в момент очередного их столкновения прямо под ними столкнулись огромный ком раскалённой белой плазмы и Синяя Молния в добрых дюжину метров обхватом. Случайность, непрогнозируемая и непредугадываемая в обстоятельствах боя посреди изуродованного Астралом пространства, в котором сенсорика и восприятие теряли до семидесяти процентов своей эффективности…
И одновременно со своим ударом он послал через мощный одноразовый артефакт магии Разума телепатическое сообщение выжидавшему всё это время союзнику. Сообщение со всеми подробностями, что он выяснил за этот бой, той точкой пространства, где сейчас находился Аристарх, и знанием о применённых им сейчас Сверхчарах.
Выстреливший лучом концентрированной ментальной магии амулет вспыхнул и осыпался невесомым, тут же истаявшим прахом, и шехзаде с облегчением ощутил, как откуда-то снизу стремительно начала приближаться мощная, сопоставимая с его собственной аура…
Глава 11
— Сабля Бога Ветров! — прогрохотал напряжённый голос османского шехзаде.
Десятки, сотни разных газов смешались, спрессовались в единую широкую полосу Воздуха, рванув мне навстречу. Сверхчары, причём непростые, очень непростые Сверхчары — в них смешивались силы маридов и чародея, таланты и предрасположенность к родной стихии одних и знания другого, а также общая сила…
Не знаю, кем он был в своей прошлой жизни, этот шехзаде, но одно могу сказать точно — он точно был искуснее меня. Меня былого, не обретшего нынешних сил, возможностей, знаний, нового опыта и не перековавшего в горниле новых битв своё магическое искусство…
Забавно, если задуматься. В начале своего пути в этом мире я искренне считал себя вершиной магических знаний этого «отсталого» в моих глазах мирка. Я считал, что стоит мне вернуть прежние силы и я буду абсолютным хищником, вершиной пищевой цепи. Но в итоге я не только превзошёл свой прежний уровень в рекордные сроки, проскакав по ступеням магической силы с невероятной скоростью, но ещё и сильно продвинулся в своём мастерстве как боевой маг. Собственный опыт, наблюдения и озарения, полученные в схватках с врагами и, пожалуй, главное — знания, обретённые с появлением Рогарда. Он даже не слишком-то меня чему-то учил — слишком мало времени прошло, чтобы у него была возможность именно обучать меня — просто с того момента, как он обрёл сознание я словно из ниоткуда постоянно осознавал новые знания. Будто вспоминал что-то, что знал издавна, но успел подзабыть…
Пожалуй, стоило бы спросить Рогарда напрямую, что происходит. Но… Почему-то я не хотел задавать этого вопроса. А сам мой сосед по голове, что как минимум догадывался о назревших у меня вопросах, тоже не спешил поднимать эту тему. И я уверен — моя нерешительность, столь мне не свойственная, проистекала вовсе не от того, что он как-то хитро воздействовал на меня. Нет, дело было в другом — я просто боялся ответа на этот вопрос…
В полосе воздуха, что мчалась на меня, я разглядел нечто невероятное. Тысячи, нет, больше, куда больше — сотни тысяч крохотных сильфидов, Элементалей Воздуха разной силы, но в основном довольно слабых и молодых, игрались, весело носились в потоке родной стихии, своим присутствием усиливая удар, делая структуру чар куда разрушительнее, отдавая часть себя Сверхчарам!
О том, чтобы попытаться увернуться, и речи не шло — пока я находился в воздухе, пока вокруг меня была эта стихия, то любая попытка куда-то удрать обречена на провал. Не вышло бы и сбежать магией Пространства или иными методами перемещения, ибо бесчисленные сильфиды надёжно захватили Воздух на многие километры вокруг, и они без труда разрушили бы любые подобные чары. Невероятно искусные Сверхчары, в сравнении с которыми всё, что показывал Ивар Кровавая Ладонь, казалось детскими фокусами — шехзаде Селим был достоин всяческого уважения вне зависимости от своей личности и поступков, просто за то мастерство и искусность, а также глубочайшие познания в магии, которые он демонстрировал.
Темпоральная магия, магия Великой Реки Времени, о которой я в последнее время узнал очень много нового, пришла в движение. Точечное воздействие, направленное лишь на одну-единственную задачу — замедлить ход времени для моего разума, замедлить как можно сильнее, ибо никакой скорости восприятия и ускорения от Жёлтой Молнии не хватало на то,
