Мастер драгоценных артефактов - Александр Майерс

А ещё сапоги — кожаные, крепкие, почти новые. Ножны, пояса, фляги. У одного даже был почтовый голубь в маленькой деревянной клетке — на случай, если нужно срочно отправить сообщение.

Видно, что шли они с расчётом сидеть в засаде несколько дней: у них были мешки с вяленым мясом, сухарями и крупами, походные котелки и прочая утварь.

Огнестрела, увы, не было ни у кого. Но и без того трофеи оказались роскошными. Я чуть не прыгал от восторга.

Пять мечей! Пять! Это же целое состояние. Плюс щиты, арбалеты, болты, снаряжение. Монеты я тоже нашёл — две горсти медных и парочку серебряных.

Я принялся стаскивать трофеи в кучу. Потом пошёл за своей лошадью, которую оставил в отдалении. Бедное животное, увидев гору добра, которое предстояло нести, недобро покосилось на меня.

— Не переживай, я пешком пойду, — сказал я, погладив лошадь по шее. — С тебя только всё это добро увезти.

Лошадь фыркнула, будто поняла меня.

Трупы противников я тоже бросать не собирался. Не зря же мне в шахте попались чёрные турмалины! Ох, не зря.

Ритуал отнял время и силы, но вскоре десяток живых мертвецов послушно встали и побрели за мной.

Я привёл их к тому дубу, где до сих пор сидел в яме мой первый зомби. Приказал новым «помощникам» выкопать себе лёжки рядом и спрятаться. Пусть ждут дальнейших указаний.

Было уже под утро, первые птицы начали свои рассветные трели.

В конюшне я позвал Федю, и на этот раз он уже почти не удивился, увидев меня с кучей трофеев. Только зевнул и поклонился:

— Доброе утро, господин. Я, как обычно, молчок!

— В этот раз скажи кое-что, — я показал ему одну из эмблем. — Знаешь, чья это? В лесу нашёл.

Конюх внимательно посмотрел, подавил очередной зевок и кивнул.

— Конечно знаю, ваша милость. Вы сами-то не помните? — спросил он осторожно.

Я сделал расстроенное лицо и потёр виски.

— Память до сих пор барахлит. Так чей это герб?

— Барона Тернова, — ответил Фёдор. — Ваш друг, между прочим. Вы раньше постоянно с ним в гости друг к другу ездили.

— Понятно, — кивнул я. — Спасибо, Федя. Молчи пока об этом.

— Как прикажете, ваша милость, — кивнул конюх и принялся снимать с моей лошади поклажу.

«Какие интересные у меня друзья, оказывается, — подумал я, идя в сторону дома. — Ну что ж, барон Тернов, спасибо за щедрый подарок. Осталось решить, как тебя отблагодарить. Пригласить в гости? Или самому нагрянуть без предупреждения?»

Глава 8

Я сидел на крыше старого сарая на задворках усадьбы. Отсюда открывался неплохой вид на наши владения: двор с моими любимыми гусями, покосившийся забор, и дальше — бескрайнее море леса, уходящее к горизонту. Воздух был прохладным и пах прелой листвой.

Внизу, запрокинув голову, стоял дед Макар.

— Ваша милость! Вы что там делаете? — взмолился он, всплеснув руками. — Крыша-то старая, совсем сгнила! Может в любой момент провалиться! Слезайте, прошу вас. Не хватало ещё, чтобы вы кости переломали!

— Вид отсюда хороший, — отозвался я. — Иди свои дела делай, не переживай.

— Какие дела, когда вы на аварийном сарае восседаете! — не унимался старик.

— Всё будет в порядке, — махнул я рукой, давая понять, что разговор окончен.

Макар постоял ещё, что-то негромко пробурчал себе под нос и поплёлся прочь, оборачиваясь через каждые три шага.

А я действительно сидел тут не просто так. Для начала, вид и вправду был хороший. К тому же видел я очень далеко благодаря своим «Кошачьим глазам», которые недавно немного прокачал, заменив кристаллы на более чувствительные.

Сейчас мой взгляд был прикован к тонкой струйке дыма, поднимавшейся в лесу, на востоке. Интересно, кто это там костры жжёт? Бандиты или кто похуже?

Пока я смотрел на дымок, мысли сами собой потекли, подводя итоги моего пребывания здесь. Первое время я где-то в глубине души лелеял слабую надежду. Мол, этот перенос души — временное явление, сбой при активации Сердца Галактики. Что в моём родном мире коллеги-архимаги или верные ученики сейчас бьются над моим бездыханным телом, и я вот-вот очнусь в своей мастерской.

Но увы. Если бы возвращение было возможно, оно бы уже случилось. Значит, не случится.

«Выходит, здесь остаёмся, — констатировал я мысленно. — Насовсем. И пора создавать далекоидущие планы».

Что я имею на старте?

Начнём с кадров. Макар и Ильдар. Два старика. Один — совсем древний, другой помоложе. Их преданность я проверил уже не раз. Притворялся слабым, беспомощным, закашливался у них на глазах.

У них были все возможности — придушить, пырнуть, сбежать, позвать бандитов и сдать имение. Но они не просто остались. Они выполняли любые, даже самые дурацкие мои приказы. Верность, выкованная годами.

От этих двоих я и буду плясать. Они — мой фундамент.

Но в этом фундаменте был один серьёзный изъян. Люди-то они хорошие, но плоть слаба, а магического дара ни у Макара, ни у Ильдара нет.

Это не последняя причина, почему я сейчас сижу на крыше аварийного сарая.

В левой руке у меня — небольшой белый агат. Форму я ему придал красивую, в виде капли, и отполировал как надо.

В правой руке — магический резак. Тот самый, что я в подвале нашёл, но теперь слегка улучшенный благодаря новому кварцу и моей фирменной заточке.

Я сидел на крыше не только ради вида. Сарай подо мной был давно заброшен. Если камушек в моих руках рванёт (а риск имеется), то моя личная защита, скорее всего, выдержит. И пострадает только этот бесполезный сарай, который всё равно скоро рухнет.

Я снова склонился над камнем. Кончик резака светился холодным голубоватым сиянием, вбирая в себя мою ману. Я вёл им по гладкой поверхности агата, создавая сложную рунную цепь.

Энергия текла из меня в резак, из резака — в камень, создавая каналы, переплетения, узлы.

«Вставляем это сюда… здесь канал проводим поглубже… ох, — мысленно охнул я, остановившись. — А вот тут микроскопическая трещинка. Почти невидимая».

Я замер. Если бы я провёл линию прямо через эту трещину, возник бы резонансный дисбаланс. Последствия предсказуемы: резкий выброс энергии, перегрев, взрыв.

Не ядерный, конечно, но осколки кристалла летели бы с такой силой, что изрешетили бы меня