Попаданка из бухгалтерии для злодея (СИ) - Алатея Иак

не смей это повторять, — отвечает хозяин дома, но его губы немного дрогнули в улыбке. Совсем невесомой. Я повернулась к нему и собралась с духом. Провела языком от подбородка до глаза, оставляя мокрый след.

— Надо отвести тебя к лекарю, а не к предсказательнице. Ты явно поехала рассудком, — ворчит Арах и недовольно вытирает щёку.

— Ты такой краси-ивый... — протягиваю я.

— Что на тебя нашло?

— Ну дай я тебя поцелую, — упрашиваю, а сама смотрю за реакцией.

— Я тебя скручу сейчас, — предупреждает меня.

— Ты такой холошенький, — пищу, коверкая слова, и беру за шею двумя руками, со всей силы чмокаю его в щеку с громким звуком.

— Лара, прекрати, — говорит строго, а его взгляд уже опасный. То ли бросится с кулаками, то ли сам зацелует до смерти.

— Ты такой холосий мальчик, — делаю самую милую моську.

— Ты невыносима, — бурчит он и пытается меня столкнуть со своих колен на диван.

— А я холошая девочка? — спрашиваю, не прекращая смотреть на него.

— Плохая, — отвечает быстро.

— Может, ты меня накажешь? Поцелуешь где-нибудь против моей воли? У меня на груди как раз есть местечко для поцелуев, — я сажусь к нему лицом, удерживаясь за шею.

— Это не наказание для тебя. Вот клеймо на груди с моим знаком — другое дело.

Весь мой запал подурачиться сразу погас. В груди затаился холодок и дрожь от обиды.

— Тебе лучше поискать кого-то ещё для продолжения рода, я так не могу, — говорю и слезаю с его колен. Сажусь рядом и обнимаю себя руками, поджав колени к груди.

— Тебе придется.

— У меня есть много способов избежать этого, Арах, ты меня не заставишь против моей воли, а с таким отношением я не могу. Мне хочется ласки и нежности. Хочется знать, что будет завтра и через год. Между нами нет доверия, между нами пропасть, а ты хочешь, чтобы у нас был общий ребёнок. Он будет и моим тоже, понимаешь? Как я отдам его потом тебе, если сама тебе не доверяю? Ты отберешь его, а меня вышвырнешь на улицу, как собачонку, — говорила честно. Когда-то этот разговор должен был случиться.

— Я дам тебе золота, — оправдывается мужчина.

— Мне не нужно золото, не всё можно купить. Мне кажется, я влюбляюсь в тебя. По-настоящему. А ты... Ты просто меня используешь и выбросишь.

— Женщины постоянно в кого-то влюбляются, это не чудо, а обыденность. Ты совсем меня не знаешь. Если бы знала, то боялась. Я секира своего короля. На моих руках столько крови, что никогда не отмыться, но другой жизни я не желаю.

— Но со мной ты мягкий, ты обнимал меня, когда мы проснулись...

— Чтобы ты не вертелась.

— Неправда. Ты тоже хочешь, чтобы тебя любили. Все этого хотят. И сам можешь любить.

— Ты с кем-то меня перепутала, я не такой, — отнекивается упрямец.

— Хорошо. Раз тебе ничего не нужно, дай мне хотя бы полную свободу. Насчёт ребенка я подумаю. У него будет хотя бы огромное наследство, и он сможет сам выбрать свой путь. Тем более тебе осталось недолго, если верить гадалке.

— Я не ограничиваю твою свободу... Пока.

— Я могу сейчас выйти из твоего дома и прогуляться? — смотрю на него с укором.

— Конечно нет.

Глава 13. Лара

— И что же мне тогда делать?

— Не знаю, займись тем, чем обычно занимаются женщины.

— Они разговаривают с подругой по телефону и жалуются, какой у них плохой муж, пока этот муж не слышит. Но у меня нет ни мужа, ни подруги, хотя я бы с удовольствием на тебя пожаловалась.

— Я найму тебе служанку. Тебя устроит? Заодно присмотрит за тобой, только надо поискать из своих, чтобы не один бой за плечами.

— Какой бой? Ты хочешь нанять служанку или надзирательницу? — возмутилась я.

— Одно другому не мешает, — отвечает с довольной ухмылкой.

— Я пошла спать! — заявляю громко и поднимаюсь на второй этаж. Я обиделась окончательно. Я ему муси-пуси, а он мне... Вот и пусть спит со служанкой. Зарылась с головой под одеяло, свернулась калачиком. Ух я ему! Натянуть бы ему дебет на кредит. Захотелось сделать какую-нибудь пакость. Вроде взрослая я, обида детская. Выкинула его подушку на пол, развалилась посредине кровати звёздочкой и лежу довольная. В подставке поблескивает меч. Призывно так поблескивает. Все глупые новости, как брошенная жена разнесла мужу машину, были не про меня, но руки чесались сделать что-то эдакое. Я слезла с кровати и подошла к мечу. Погладила его по рукоятке осторожно — лезвие блеснуло. Я сжала рукоять — меч запылал. Отскочила в сторону. Проверила ещё раз — пылает.

Достала спрятанную одежду, натянула на себя нижнее бельё, оглядываясь по сторонам. Трусики и лифчик были с какими-то камушками, похожими то ли на бисер, то ли на стразы. Сверху — лёгкое розовое платье с цветочками. Нашей моде оно точно не соответствует, но пошив качественный, хороший. Схватилась за меч двумя руками.

— Открой мне портал к королю, — прошу его с тихой злобой и с усилием поднимаю, разрезая пространство. Передо мной засиял портал.

— Ты ж мой золотой, — целую рукоятку и иду в дыру. Ошалевший Зигмунд лежит в постели молча, наблюдая за мной.

— А теперь закрывай этот портал, — шепчу я мечу и еле-как поднимаю меч. Портал гаснет, а остриё с лязгом втыкается в пол, почти до половины уходит в паркет.

— Дорогая моя, он же тебя убьет, — говорит осипшим от страха голосом король. — И меня убьет. Нам всем конец.

— Так у него же нет меча, — говорю я гордо, выпрямляю спину.

— Вот он, меч-то, — я показываю левой рукой на то, что сперла.

— Да он голыми руками нас задушит, — трясется Зигмунд в панике. — Забирай меч и иди отсюда. Туда, откуда пришла, сейчас же.

— Вообще-то я думала, вы меня спрячете, рабство давно отменили.

— Охрана! — кричит король и ждёт.

— Какая охрана? Я же за помощью пришла.

— Охрана! — ещё громче кричит Зигмунд.

Да уж, король. Я, разозлившись, схватилась за меч и кое-как вытянула его из пола. Заспанный стражник вошёл в спальню и, увидев меня, обмер.

— Не подходи! — попыталась направить на него остриё, но меч был слишком тяжёлый.

— Был бы ты поменьше, зараза такая, — шепчу я, снова пытаясь его поднять.

Вещица в моей руке вибрирует и ужимается до размера обычного лёгкого меча, пылающего огнём.

— Ух ты! — я беру его в одну руку и направляю остриё на так и замершего охранника.

— Дай мне уйти, — говорю ему грозно.

— Тебя схватят всё равно, — раздаётся голос короля. Правильно, нет