Господин чиновник. Том 1 - Amazerak
– Не представляете как надоела эта шайка! – возмущалась Тамара. – Папенька все подати исправно платит, а ещё Засекиным откуп отдавай. И ведь за что? Как будто только они нас защищают. Как будто царь батюшка армию сюда не прислал для охраны города. Да нас просто грабят! Настоящая разбойничья шайка, которая весь Култук в страхе держит! И не пожалуешься никому. А кто пытался в Иркутск достучаться, те быстро исчезали. Медведь знает, как с такими расправиться. Князю даже руки не приходится марать.
– Ты говорила, что после нападения тролля вам пришлось самим дом ремонтировать, – напомнил я. – А скажи, пожалуйста, город никак не помогает пострадавшим? Может быть, из окружного центра помощь присылают?
– Помогают нам, как же! – фыркнула девушка. – Нас только и знают, что обворовывать. И про помощь я ничего не слышала. Но даже если что-то и присылают, Засекины всё себе в карман кладут, это как пить дать.
– Любопытно. Надо бы проверить… – вопросы, касающиеся восстановления города, наверняка окажутся в моей компетенции, поэтому кое-что сделать я, пожалуй, мог в своей новой должности.
– Папенька говорит, мол, из-за трактира Фролова все проблемы начались. Ясное дело! Он же купец первой гильдии Фролов этот! Он-то заодно с Засекиным, поэтому у него дела хорошо идут, а у нас – нет.
– А другие аристократы не замечают, что у них под носом творится?
– Да кто ж их знает! Все считают Засекина защитником. Все его уважают, потому что он ополчением командует. А военным и вовсе плевать, что в городе происходит, что Засекин разбойничью шайку покрывает и бюджет разворовывают. Вы видели наши улицы? Видели? Ну вот! У нас на стенах театра до сих пор пулевые отверстия остались после перестрелки шестого сентября, когда наш князь с Барыковыми сцепился.
– Это ещё кто такие?
– Тоже дворяне местные. Раньше жили здесь, каменоломней владели, тоже богатые были, пока с Засекиным не поцапались. Уж не знаю, из-за чего. Но после шестого сентября Барыковы уехали.
– В деревянных ящиках?
– В смысле? А, я поняла. По-разному. Кто-то и в гробу. А те, кто жив остался, всё бросили и перебрались в другое место от греха подальше. У них особняк остался заброшенный там дальше по улице.
– Кажется, я видел. С колоннами такой красивый?
– Да, это он. А каменоломня, разумеется, Засекину досталась. Просто отобрал её у Барыковых, и никто ему ничего сделать не может.
Мы подошли к небольшой каменной церквушке с колокольней, но извозчиков рядом не обнаружили.
– Эх, как они нужны, никогда не найдёшь, – проворчала Тамара. – Да что ж это такое!
– Значит, повод прогуляться, – сказал я. – Торопиться мне некуда. Заодно город посмотрю. Он ведь у вас не особо крупный?
– Ну если вашему благородию не лень туфли сбивать, то пожалуйста. Маленький у нас городишко, везде пешком можно дойти, даже до крепости. А она аж за городом находится.
Пока шли, я расспрашивал Тамару про всякое-разное. Она была не единственным ребёнком в семье, существовал ещё брат, но его забрали в рекруты на двадцать пять лет. Мать же умерла от болезни девять лет назад, поэтому Тамара стала верной помощницей отца и частично взяла на себя ответственность за трактир, доставшейся семье от деда. Только вот главной её обязанностью было вовсе не тарелки разносить. Она занималась в основном бухгалтерией и закупками, поскольку папенька, по её словам, был «туговат в таких вопросах».
Тамара девушкой оказалась грамотной. Для меня стало неожиданностью, что девочек в местной церковно-приходской школе и гимназии не обучали. Тем не менее она выучилась самостоятельно (к счастью, отец не препятствовал и даже покупал кое-какие книжки) и теперь свободно читала, писала, знала простейшие арифметические действия и всё, что нужно для ведения дел в трактире. Помимо этого, она много читала на разные темы – буквально всё, что получалось достать у знакомых или в местном книжном магазине. Тамара мечтала поступить в институт, однако понимала, что туда дня неё путь закрыт.
– Без гимназии меня не возьмут даже на какие-нибудь женские курсы, – жаловалась она. – А в гимназию уже поздно поступать, даже если бы я переехала в Иркутск, где есть гимназии для девочек. Поэтому я уже смирилась с тем, что мне придётся торчать в этой дыре до скончания дней.
– Печально. У тебя есть способности, – отметил я.
– Вы мне льстите. Не знаю насчёт способностей, но толку от них немного. А если трактир придётся закрыть, то – и подавно.
– И что будешь делать?
– Кто ж знает. Ну может быть, кому-то и понадобится счетовод… без образования. Понятия не имею. Ну или в прачки пойду, в горничные, ночные горшки чистить. Куда возьмут, в общем.
– Ну это явно не твоё.
– А куда деваться? Жизнь наша такая, ваше благородие. Нам выбора никто не дал. А забавно будет, если мне в трактир к Фроловым придётся наняться, из-за которого папенька разорился.
– Да вообще обхохочешься.
– Но это если меня те разбойники не похитят, или злоболюды не сожрут.
– Жизнь на границе полна опасностей. Но, думаю, с этими проблемами нам под силу разобраться.
Так мы шли, болтали обо всём подряд, в основном о тяжкой доле простого народа, и незаметно добрались до дома тёти Тамары. Это была крепкая изба с высоким забором и железными ставнями на окнах, подходящая для защиты от существ, как и многие вокруг.
Улица вела вдоль озера, которое простиралось насколько хватает глаз. Водная гладь рябила на ветру и играла бликами солнца, клонящегося к холмам на западе. Шумели волны, а в ясной выси кричали чайки. Далеко впереди виднелась громада крепости. Каменные бастионы
