Частный детектив второго ранга. Книга 3 - Алекс Ключевской

Я покосился на него и произнёс:

— Это наглое животное хочет, чтобы вы почесали ему брюшко.

— О, — Ира улыбнулась и запустила руки в шелковистую шёрстку. Савелий чуть повернулся и заурчал. — А зачем Хранитель едет с нами?

— В основном, чтобы с вашими кошками познакомиться. У вас же есть кошки? — спросил я, усмехаясь.

— Да, есть, — Ира слегка покраснела. — Они на кухне живут, очень красивые.

— Ну вот, Сава, тебе даже искать их не придётся, — я посмотрел на приоткрывшего один глаз кота. — Рассказывайте, что произошло после того, как Семён Голубев посадил дражайшую супругу на поезд.

Когда она закончила свой рассказ, я глубоко задумался. Вот же дрянь какая. И кто был тот мужик, который помог ей сбежать? Если любовник, то его вполне можно вычислить, а если нет? Чёрт, очень мало информации.

Пока я думал, Ира ворковала над Савелием. И какой он красавец, и умница, и пушистый, и статный…

— Вот видишь, Андрюша, какая хорошая девочка, — промурлыкал кот. — Это ты чурбан бесчувственный, хоть бы раз доброе слово сказал.

— Не обольщайся, тебе только что сказали, весьма мило и завуалированно, что ты жирный, — я фыркнул, а Ира бросила на меня быстрый взгляд.

— Вы сейчас с Хранителем разговариваете? — тихо спросила она.

— Да, — я поморщился. — Постоянно забываю, как это выглядит со стороны.

— И что он говорит? — она слабо улыбнулась.

— Вы ему нравитесь, и чешите его лучше, чем я, — ответив, я посмотрел на зафырчавшего Савелия. — Что?

— Можно подумать, ты меня вообще когда-нибудь чешешь! Никакой ласки бедный котик, всеми забытый, помирающий в голоде и холоде… — запричитал Савелий.

— А ты меня почаще трави и взрывай, — посоветовал я ему. — Вот увидишь, как интенсивно я начну тебя причёсывать.

— Ты просто толстокожее животное, — надулся кот. — Не то что Ирочка. Вот она меня понимает, — и он привалился лобастой головой к её животу.

— Да уж, — я тихонько рассмеялся и посмотрел на Ирину. — Поздравляю, вы единственная, к кому Савелий относится, хм, нормально. Полагаю, без очень большого повода он не будет вас травить.

Ира хихикнула и почесала Савелия за ушком. Кот прикрыл глаза и снова заурчал, а в салоне наступила тишина, прерываемая лишь умиротворяющим урчанием.

До поместья Князевых доехали молча, а в холле нас уже жал парень лет двадцати пяти на вид. Высокий, неплохо сложенный, с очень серьёзным лицом.

— Николай Свиридов, — представился он. — Барон Князев приказал мне вас дождаться и рассказать, что произошло в поезде.

— А вы куда-то спешите? — я удивлённо посмотрел на Ирину, но она только пожала плечами и опустила на пол Савелия, которого всё ещё держала на руках. Пробормотав что-то насчёт ужина и знакомства Хранителя с местными кошечками, Ирина ушла в сторону кухни. Савелий убежал за ней, и мы со Свиридовым остались наедине.

— Меня только что уволили, — он пожал плечами и постарался объяснить, поймав мой вопросительный взгляд. — Я упустил Голубеву, позволил себя усыпить и сразу не доложил о случившемся.

— Последнее — плохо, а разве на первые два пункта ты мог повлиять? — я несколько секунд разглядывал его, но парень молчал, и я задал очередной вопрос: — Ладно, не мне лезть в чужой устав. Где мы можем поговорить?

Рядом с нами практически сразу материализовался дворецкий, словно подслушивал, ожидая, когда же я произнесу последнюю фразу. Хотя я не могу с уверенностью сказать, что он не подслушивал. Мне частенько казалось, что тот же Валерьян по всему замку жучков рассовал и отслеживает каждое брошенное вскользь слово.

— Андрей Михайлович, позвольте вашу сумку. Я отнесу её в вашу комнату, — очень чопорно произнёс дворецкий. Спорить было бесполезно, да и не нужно, поэтому я просто протянул ему сумку, гадая про себя, где же я буду в итоге искать свою комнату, потому что вот прямо сейчас точно туда не пойду.

— Где мы можем поговорить без лишних ушей с господином Громовым? — Свиридов выразительно посмотрел на поджавшего губы дворецкого.

— В кабинете барона Князева. Ростислав Семёнович отдал все необходимые распоряжения, — выдержав короткую паузу, ответил дворецкий. — Идёмте, я вас провожу.

В кабинете Князева я уже бывал, когда предыдущий контракт с бароном заключал, поэтому прекрасно мог найти дорогу самостоятельно. Но если дворецкий хочет таскать мою сумку через весь дом, то кто я такой, чтобы препятствовать человеку в получении этих маленьких радостей.

Открыв дверь, дворецкий коротко поклонился и ушёл устраивать сумку. В кабинет он не входил, и становилось не совсем понятно, зачем он с нами таскался. Даже если предположить, что у меня внезапно развился географический кретинизм, и я забыл, что кабинет расположен в правом коридоре на первом этаже, недалеко от входа во флигель, то Свиридов-то точно знал, где он находится. Всё-таки Николай некоторое время проработал здесь охранником.

— Ну вот, меня уже караулят, следят, чтобы, не дай бог, ложки серебряные не утащил в качестве сувенира, — усмехнулся Свиридов и глубоко вздохнул.

— Вот как, — я посмотрел на стол и отмёл мысль садиться за него. Это чужой кабинет, и нужно об этом помнить. Кивнув Николаю на стоящие у стены пару кресел, я расположился в одном из них и, дождавшись, когда он сядет, продолжил: — А я всё гадал, зачем нас сюда провожали. Дорогу, вроде, мы оба знаем.

— Ну, чисто технически, вы здесь гость, а я уже не работаю, так что… — Свиридов снова сардонически улыбнулся.

— Да, вполне логично, — я откинулся на спинку кресла и вытащил из кармана свой потрёпанный блокнот. — Рассказывай с самого начала. Вот прямо с того момента, как вы с несравненной Анфисой Ильиничной сели на поезд.

Когда он закончил, я долго рассматривал записи, понимая, что мне очень не хватает личности того мужика, который вытащил Анфису. Но если бы всё было так просто, моя профессия не была бы востребована. К тому же я ещё точно не знаю, виновата ли Анфиса в отравлении мужа. Потому что, как ни крути, а теряет она с его смертью гораздо больше, чем получает. Я не зря просил Ирину сделать мне выписки из чрезвычайно сложного Гражданского кодекса, почему-то в этом мире совмещённого с Семейным кодексом.

— Они тебя обнаружили только в Москве? — наконец спросил я Свиридова, отрываясь от разглядывания записей.

— Думаю, что раньше. Я же вынужден был с ними в одном поезде ехать почти двое суток, — он вздохнул. — Я не одарённый, но вполне мог загримироваться: пара париков, усы, борода — это всё в специальной лавке продаётся,