Песочница - Ирек Гильмутдинов
Я уже собрался уходить, но резко остановился и обернулся.
— Слушай, а может, у тебя есть какие-то просьбы? Чем-то помочь могу?
— Есть одна, — прозвучало после краткой паузы.
— Я весь во внимании.
— Понимаю, тебе это покажется чудовищным… но из вашей плоти получается превосходное удобрение. Цветы от него растут куда пышнее, чем без него.
К горлу подкатил ком от таких слов.
— И? — сумел я выдавить.
— Я вижу, ты сильно возмужал — и телом, и в магическом плане. Твоя мощь впечатляет. Честно признаюсь, не будь её — я бы атаковала тебя без раздумий.
— Благодарю за откровенность, но ближе к делу.
— Да, конечно. Ты наверняка часто сталкиваешься с недоброжелателями. Мы были бы рады получить их тела. Души, разумеется, ты обещал богине. Нам же достаточно и…
— Погоди, погоди. Откуда ты знаешь о богине? И вообще я ей ничего не обещал.
— На тебе же горит её метка? Разве твой фамильяр не сказал тебе об этом?
— Не-а, промолчал. Видимо, запамятовал.
Себе же сделал пометку прибить одну радужную…
— Хорошо, я посмотрю, что можно сделать. На этом, пожалуй, всё. До встречи.
Обратный путь я проделал в глубокой задумчивости. Вырвал меня из размышлений окрик. Замерев, я взглянул в ту сторону, откуда он донёсся. Там стоял мужчина в белой мантии, подобие той, что носила Офелия.
— А вот и удобрение подоспело, — бросил я в ничего не понимающее лицо некроманта.
Глава 5
Друзья такие друзья.
В начале схватки я полагал, что имею дело с заурядным некромантом — возможно, мастером или даже магистром тёмных искусств. Однако уже через считанные мгновения моё мнение претерпело кардинальные изменения. Передо мной стоял архимаг смерти, чья мощь превосходила все мои ожидания.
Его атаки не только отличались невероятной силой, но и были исполнены удивительного мастерства. Некромант с поразительной точностью предвосхищал мои движения, виртуозно уклоняясь от ударов и контратакуя в самые уязвимые моменты.
Моим противником оказался некто Сайлас — всё, что я успел узнать о нём, прежде чем разверзся ад битвы.
Сперва он обрушил на меня лавину оживших скелетов, окутанных призрачным сиянием защитных барьеров. Я попытался сокрушить их каменными снарядами, но снаряды бессильно отскакивали от мерцающих щитов, словно горох от стены.
Тогда я призвал своих верных стражей тьмы. Их зачарованные мечи, источающие чернильное сияние, сумели пробить защиту нежити, но и скелеты отвечали ударами, истощающими моих рыцарей. Мне приходилось непрерывно подпитывать их силой, расходуя запасы энергии в нереальных масштабах.
По правую руку от некроманта возвышалась жуткая фигура полуразложившегося существа. Лишённое части лица и левой руки создание стояло неподвижно, словно статуя. Было ли это истинным зомби или же живым человеком, попавшим под власть некромантической магии — оставалось лишь гадать.
Пока наши армии из марионеток сходились в смертельной пляске, мы с противником обменивались сокрушительными ударами. Я метал сверкающие молнии, копья тьмы, а он отвечал смертоносными лучами негативной энергии, от которых воздух трепетал, словно от невыносимого холода.
Один из его ударов, зелёный луч, скользнул по моему плечу, оставив после себя след невыносимой боли. Рана начала гноиться с пугающей скоростью, источая зловоние разложения. Я едва не потерял концентрацию. Спасибо Торгусу и Вортису за науку и конечно же Фулгурису. Если бы не они, я бы уже сдох.
Когда его костяная армия была повержена, некромант немедля призвал новую. Более того, из останков павших скелетов он создал жуткие метательные снаряды. Кости, повинуясь его воле, взмыли в воздух и устремились ко мне с ужасающей точностью.
К моему изумлению, эти смертоносные снаряды беспрепятственно пронзали мои защитные барьеры из тьмы и молний. Единственной преградой, способной сдержать их натиск, оказалась воздвигнутая мною земляная стена.
Пока я пытался осмыслить эту новую угрозу, четыре костяных дротика нашли свою цель в моём теле. Я опустошал фиалы с зельями исцеления одно за другим, не успевая даже перевести дух. Плетение целительных заклинаний в пылу битвы оказалось непозволительной роскошью.
Каждый глоток целебного эликсира давался с трудом, а ещё круто бил по карману, пока я продолжал отражать нескончаемые атаки своего могущественного противника. Битва становилась всё более изматывающей, и исход её оставался неясным. Причём это меня весьма пугало.
Мрачная мысль пронзила мой разум: почему же верные пчёлки не спешат на выручку? И тут же, словно удар молнии, меня озарило понимание. Клятва... Стоит этому служителю смерти лишить меня жизни, и Тораксия будет свободна от своих священных обетов. Что ж, придётся преподать ей урок, но сперва нужно разобраться с этим порождением смерти...
Сайлас, пока я предавался мрачным мыслям и отпивался зельями, словно тень, скользнул в пространстве, использовав свою излюбленную технику перемещения во мраке. Он возник за моей спиной в тот самый миг, когда передо мной вздымалась земляная стена, скрывая его манёвр от моего взора.
Его костлявые пальцы, холодные как лёд, коснулись моей правой руки, и леденящий шёпот сорвался с его уст: «Gloriam Putris». В тот же миг плоть начала разлагаться, источая зловоние разложения. Крик агонии разорвал тишину опушки Чёрного Бора, эхом отразившись от мрачных деревьев, чьи ветви, казалось, тянулись к небу в безмолвном протесте.
С яростным рыком я развернулся всем телом, вкладывая в удар ноги всю свою силу и ярость. Некромант, не ожидавший физического воздействия, отлетел, словно тряпичная кукла, но лишь на мгновение, чтобы вновь материализоваться подле своего полуразложившегося прислужника.
Преодолевая боль, я из последних сил достал фиал со средним зельем исцеления. Живительная жидкость немного приглушила боль, но гниение не отступало, продолжая своё мерзкое дело. Шаг во тьму — и я оказался на безопасном расстоянии, чтобы выпить ещё. Но Сайлас, словно голодный хищник, следовал за мной по пятам, не давая ни секунды передышки.
Началась безумная игра в кошки-мышки. Я метался между холмами, нырял в густую рощу, где древние деревья шелестели листвой, будто предупреждая о надвигающейся опасности. Но некромант был вездесущ. Лучи энергии смерти следовали за мной, ядовитые облака клубились в воздухе, источая смертоносное дыхание. Каким-то чудом я избегал их смертоносных объятий, словно танцуя со смертью.
В один роковой момент он предвидел мой прыжок. Едва я вышел из сумрака, холодное зелёное лезвие, источающее могильный свет, отсекло мою гниющею руку вместе с кольцом по самый локоть. Волна мёртвой энергии отбросила меня, словно тряпичную куклу, и я рухнул на землю, чувствуя, как жизнь покидает тело.
Сайлас приближался медленно, с хищной улыбкой
