Вернуть Боярство 24. Финал - Максим Мамаев
Ещё в падении человек взмахнул длинной, ярко сверкнувшей начищенной до зеркального блеска саблей, с лезвия которой сорвался небольшой сгусток света. Секунда — и то, что было крохотной точкой в нескольких километрах над головами отряда буквально за секунду оказалось на дистанции полутора сотен метров и приняв форму пикирующего сокола из Света и Огня, размах крыльев которого был не меньше полусотни метров!
Защититься Шуйские не успевали. Угнаться за внезапно напавшим Высшим Магом, специализирующемся на столь редкой, быстрой и разрушительной силе как Свет не всякий равный ему силой чародей бы успел, не то, что командующий отрядом Старший Магистр.
Никто не успел ничего осознать, когда из-под ног бывшего Наследника вверх по его ногам промчалось нечто, донельзя напоминающее жидкий, вязкий, овеществлённый Мрак, полностью поглотив Володю.
А в следующий миг сокол света достиг земли, ударив ровно по центру отряда. Холм и окрестности ощутимо и резко тряхнуло неожиданным взрывом, слепящий белый свет озарил всё на несколько десятков километров вокруг, не оставляя ни единой тени… Кроме одной-единственной, упрямо и дерзко вскинувшей свои чернильные щупальца вверх и в стороны. Подобно могучему многовековому дубу, что в угрюмой решимости встречает напор свирепого урагана, и не думая падать или ломаться, также и эта тень стояла — с развивающимися и сгорающими под напором силы-антагониста ветвями, что, впрочем, восстанавливались едва ли не быстрее, чем повреждались.
Несколько мгновений длилось это странное противостояние — а затем свет угас, схлынул, оставив после себя глубокую каверну в земле. Лишь в самом её центре парил в воздухе человек-тень, но недолго — пару мгновений спустя он устремился прочь, в направлении Ставрополя, совершенно не заботясь ни об оставшейся невредимой паре батарей, ни о своих товарищах, больше половины которых лежала изломанными куклами вокруг каверны. Изломанными, но живыми — раненые гвардейцы и маги, ошеломлённые произошедшим, пытались прийти в себя, как-то помочь себе…
— Пусти меня! — яростно взревел Владимир Шуйский.
Ну, вернее, он очень хотел бы это сделать… Вот только всё, что у него получилось — издать придушенный хрип. Как ни странно, вязкая субстанция, что спеленала его по рукам и ногам, оставила ему возможность использовать магическое восприятие. Правда, толку от этого было откровенно мало — слишком быстро всё происходило, чересчур мощные потоки энергии и хитросплетённые чары бушевали вокруг. Всё то, что имел возможность ощутить своим восприятием парень, слишком превосходило его скромные возможности. Противостояние как минимум Высших Магов, причём явно не рядовых, это не то, с чем может иметь дело всего лишь Мастер…
Сарина ар Диват, полукровка с кровью суккуба и по совместительству чародейка в ранге Высшего Мага, в который уже раз помянула про себя недобрым словом тот день, когда согласилась отправиться в этот мир, соблазнившись щедрыми посулами Арзула фир Виниттора…
И вот она сперва вынуждена оказалась в руках этого… существа, в котором от человеческого даже меньше, чем в ней самой. Она думала обмануть его, схитрить, соблазнить телом и той древней, примитивной, можно сказать пещерной магией, которой женщины издревле околдовывали мужчин. О, как же она была наивна!
Это существо, отзывающееся на небрежное прозвище Тёмный, без труда проигнорировало все её ужимки, от которых даже могучий вампир не мог столь просто отмахнуться. Из его глаз на неё глядел самый настоящий, первобытный Мрак, рядом с которым её собственная Тьма казалась не более чем бледной тенью одного дерева в сравнении с космической бездной. И она сломалась, прекрасно понимая, в отличие от окружающих это существо людей, насколько опасно быть его врагом. Да уж, воочию увидев и ощутив его возможности и огромный потенциал она понимала, почему даже целый Старший Бог так жаждал его душу.
А затем была клятва, которую ей пришлось дать сюзерену этого… Тёмного. Существу, которое пугало её ещё больше, намного, намного больше. Если что такое первый она, хоть и в самых общих чертах и из мифов и легенд представляла, то вот его господин, которому он был столь беззаветно предан… Тёмные, в отличие от лицемерных светлых, признают лишь силу. Они могут любить, защищать и даже иногда прислушиваться к тем, кто слабее, но служить — никогда, и неважно, насколько во всём остальном другая сторона превосходит тёмного. Лишь за силой они готовы идти — силой магии и силой духа.
И когда она увидела, как целый Пантеон Тёмных Богов повергается в прах, она больше всего на свете пожалела, что имела глупость оказаться по разные стороны баррикад с этой парочкой. Впрочем…
В глубине души полукровка, на самом деле, была очень довольна тем, как обернулось дело. Недовольство её было способом справиться с пережитым колоссальным стрессом — столкнуться с двумя существами, каждое из которых могло изувечить саму её душу, не то что убить, было ужасающим испытанием. Хорошо, что она поняла всю глубину бездны, по краю которой прошла, уже постфактум. И просто прекрасно, что её способности заинтересовали господина этого Тёмного. Вернее, не так — будучи верным вассалом и учеником, он счёл её уникальные возможности, дарованные смешанными родословными, полезными для господина, и предложил их ему. Как итог — она тут…
И она просто не может себе позволить исполнить хуже, чем идеально, первое стоящее поручение нового хозяина. Будучи своими моральными качествами ближе к матери, она не видела ничего зазорного в службе и даже рабстве такому господину — особенно учитывая, что человеческого в нём было больше, чем даже в большинстве людей. Она видела и слышала достаточно, чтобы понимать — сколь тот беспощаден к врагам в бою, столь и щедр к тем, кто идёт за ним. Беспрецедентно, чего уж душой кривить, щедр — она бы точно не была столь благородна.
Все, кто шёл за ним, с невообразимой скоростью взбирались по ступеням могущества. Истинного, не наносного, заключающегося в богатстве, славе, признании или ещё какой-либо чуши — а том самом, настоящем, до которого столь охочи все разумные существа в мироздании. Причём вне зависимости от происхождения, принадлежности к каким-либо силам или убеждений. Тёмные, Светлые, да хоть серо-буро-малиновые в крапинку, неважно. Могущество, что важнее даже самой власти в любой её форме — ибо даже она была лишь производной от неё. От Силы, личной мощи, выраженной в магических возможностях и знаниях. Так считал народ её матери, и многое повидавшая и
