Хроники закрытого города - Улана Зорина
Жёлтый туман оседал, опускаясь на землю ватными клочьями, открывая взгляду удивительно одинокий пейзаж. Куда ни кинь взор, до самого янтарного горизонта на земле колыхалось плотное марево. Такое же золотистое, как и небо, только других, более тёмных оттенков. Это явно была не Земля.
Шёпот усилился. Плавно загребая ногами тёплую взвесь, Эльвира приближалась к чему-то. Вот горизонт осветился ослепительным светом, и, проморгавшись, девушка просияла.
Это был он.
На высоком золотом пьедестале восседал белокожий гигант, мраморное тело которого было испещрено мельчайшими иероглифами. Они ярко светились золотым блеском и, казалось, перемещались по коже стайкой янтарных букашек. Волевой подбородок упрямо был вздёрнут, а по рельефным плечам рассыпался каскад чёрного шёлка. Ноги царственной фигуры были раздвинуты, и ни чем не сдерживаемый фаллос бесстыдно торчал вверх.
Не в силах отвести взгляд от запретного плода, Эльвира стыдливо зарделась.
– Подойди, дитя, не пугайся! – разорвал магию вездесущего шёпота рокочущий бас.
Вибрирующими струнами он отозвался в душе юной школьницы. Та ахнула, едва ощутив мощный прилив сладостной влаги внизу живота, и дёрнулась, как от удара хлыстом. Сладкая истома окутала тело. Только сейчас девушка осознала, что полностью обнажена. Гладкие локоны цвета вороного крыла плащом кутали плечи, спадая на грудь блестящим каскадом. Жадный взгляд пожирал незнакомца, а тот, сжав губы, гордо молчал.
Пылкий нрав и лютая жажда взыграли, и юноша взвился с места гибкой пантерой. Шушукающие невесомые тени бросились врассыпную из-под его голых ног и полукругом кинулись к Эльвире. Та застыла в замешательстве, но незнакомец был уже тут. Грозной чувственной скалой бугристых мышц он навис над трепещущей девушкой. Впился в распахнутые глаза смоляным взглядом и принюхался. Крылья его тонкого носа дрогнули, и, уловив терпкий аромат её возбуждения, рот его растянулся в улыбке. Между пунцовых чувственных губ скользнула полоска острых зубов, едва ли белее самой его кожи.
– Кто ты? – пискнула Эльвира. Мысли её перепутались. Кровь молоточками стучала в ушах, а между ног набухал влажный цветок.
– Я?
Струнка в душе снова дёрнулась.
– Ты что, забыла? Я это ты… Твоя лучшая часть… Твой повелитель… Твой Бог!
– Мой Бог, – повторила Эльвира, заворожённая яркими звёздами в глазах незнакомца. Её затянуло в хоровод созвездий, в глубокую бездну властного взгляда. Девушка подалась вперёд. Её решительно, но нежно уложили на янтарное ложе плотного киселя. Ослабевшая и податливая, Эльвира покорно послушалась. Ощутив на своём теле чужое прикосновение, девушка замерла в предвкушении. Она не знала, чего ждать, не понимала, но мысль о сопротивлении даже не возникала в одурманенном разуме. Эльвира чувствовала, что должна… Просто обязана подчиниться этим твёрдым рукам сказочного красавца. Она хотела, жаждала сейчас быть его вещью, и он словно знал это. Касания его горячих рук, сначала робкие, нежные, понемногу ускорялись. Пальцы очерчивали по трепетной коже круги, подбираясь к набухшим грудям. Мяли, покручивали затвердевшие от немыслимого наслаждения горошки сосков. Затем скользнули на живот, требовательно раздвинули бёдра, и… Эльвира вздрогнула и замерла, когда обжигающие длинные пальцы коснулись её раскрытого цветка.
– МММ, давно мне не попадались девственницы, – горячим дыханием обдало шею, и Эльвира покрылась мурашками, а потом закричала.
Влажные губы накрыл жаркий рот, ловя каждую нотку опьяняющей боли, а между ног её словно раздирал пульсирующий член. От невыносимой муки, не в силах пошевелиться, Эльвира могла только кричать. Не чувствуя больше своего тела, она захлёбывалась в жгучей агонии, раз за разом насаженная на мраморный кол.
Незнакомец рычал, терзая обмякшее тело, а по ногам его, оставляя липкие дорожки, катились рубиновые капли попранной чистоты. Фаллос раздулся до невероятных размеров, задрожал и изверг прямо в лоно вязкую желтоватую жидкость, тело обессиленной жертвы изогнулось дугой. Красивое лицо самозваного повелителя скривилось в брезгливой ухмылке, и, с силой сдавив покрасневшие груди, он яростным движением вогнал брызжущий спермой член в окровавленный измятый бутон.
Истошный вопль разорвал напряженный хор шёпотков подобравшихся совсем близко бесплотных фигур, и девушка провалилась во тьму. Она уже не видела, как исчезает в голодных ртах шевелящейся массы её невинная кровь. Как рыщут по обнаженному телу тысячи жадных пальцев, проникая глубоко в бесстыдно раскрытое лоно, и как свысока, довольный собой, наблюдает за этим чуждое существо, возомнившее себя её Богом.
***
Проснулась Эльвира от жгучей боли в промежности. Испуганно сунула руку в трусы. Крови не было, но напухшие плоть неимоверно болела. Странный кошмар, ещё живой перед мысленным взором, потихоньку покидал тяжёлую голову. Ещё чуть, и ничего уже не напоминало о нём, лишь тупая боль между ног мешала и беспокоила.
Внизу снова мать гремела тарелками, а в родительской спальне покряхтывал брат. Девушка потянулась и нехотя вылезла из-под одеяла. Живот вновь взорвался болезненной резью, и, поморщившись, Эльвира пошлёпала в ванную. «Наверное, скоро уже эти дни. Надо бы выпить Ибупрофен», – пронеслось в голове, но тут же увязло в повседневных заботах.
Снова короткое платье, гипюровый фартучек и алый штрих на губах.
– Ну, ты готова к новым победам? – промурлыкал вкрадчивый голос. По спине пробежал холодок, но Эльвира не дрогнула.
«Угу…» – буркнула она про себя и озабоченно сдвинула брови. Что принесёт ей сегодняшний день…
Тут она вспомнила про вчерашний разговор с Пашкой, и на губах, словно роза, распустилась улыбка. В груди шевельнулась неясная тревога, но Эльвира отмахнулась. Он обещал встретить её перед школой. Он снова только её, и никого между ними. В голове загудело, перед мысленным взором возникло бледное лицо мёртвой Маринки в чёрной воде озерца. Её синие губы, шепчущие слова… Какие? Эльвира нахмурилась, но, так и не вспомнив, отбросила прочь странное наваждение. Надо ж такому присниться.
Она улыбнулась своему отражению, и то улыбнулось в ответ. «Только моя», – пробежала по зеркалу рябь, и Эльвира увязла в искрящейся смоле больших глаз. Воспоминания о жарком сне заставили её покачнуться и схватиться руками за зеркало. Не почуяв преграды, те по локоть провалились в тёплую субстанцию и уткнулись в жемчужную грудь.
– Моя! – утробно рыкнул гигант и скривил пунцовые губы.
Горячая волна от нагревшейся янтарной подвески прокатилась по телу Эльвиры, напоминая о каждом мгновении сладостной боли, испытанной ночью. Соски затвердели, лоно вновь наполнилось горячими соками, и, жалобно застонав на пике неистового возбуждения, Эльвира упала к ногам своего Божества. Разум хотел взбунтоваться, но может ли щепка управлять бурными волнами? И она поддалась. Вновь раскрылась ему. Хотела его, жаждала и молила. А он просто смотрел на неё и не
