Смертельный танец металлической моли - Ирина Николаевна Пименова
Они встали в одну из неизменных городских пробок между верхними этажами. Внизу уже включалось уличное освещение, подсвечивая извилистые закоулки и проезды. Но постепенно выбравшись на простор, они домчали до дома Ярославы. Пролетая над жилыми кварталами, они удивились, как все своеобразно. Здесь дома приземистые с центральной куполообразной частью и расходящимися по сторонам галереями-рукавами. Такое жилье сверху напоминало спрута, охватившего щупальцами земли по соседству.
Вскоре флайер сел на общей парковке, ребята вышли под радостный лай Тирры, вещи пока не разгрузили, да их было не много, на один день. Александр Петрович, точно зная куда идти, возглавил шествие, и уже через пару минут все подошли к саду Ярославы.
Она вышла их встретить. Ей нравилось вести людей в дом через цветущий сад. Он был прекрасным обрамлением ее маленького особняка, который она очень любила. А этих гостей она особенно ждала. Сейчас, обволакивая теплом, уютом, заботливыми улыбками, она пригласила всех в дом, где редко что-то менялось. Ее любимый стиль ново-бохо угадывался в одежде и интерьере. Мишка немного удивился ее внешности. У нее оказался золотистый цвет кожи, который вместе с очень привлекательными темно-янтарными глазами делал ее немного инопланетной. Она поймала его взгляд и мягко сказала:
– Да, мы все тут немного марсиане.
Он вгляделся в нее, смущаясь и немного улыбаясь. Высокая шатенка с волнистыми длинными волосами, мягко обрамляющими лицо, очень женственная, каждое ее движение сопровождала кошачья грация. Он заново узнавал свою учительницу. Она совсем не изменилась. Выглядела все так же молодо, как в его детстве, только отдельные морщинки прорезались в уголках глаз и губ. Изящная, элегантная, стройная. Свободная одежда подчеркивала тонкие щиколотки и кисти рук. Большие глаза все так же искрились задором и любопытством. Скулы впали немного больше, но это только придавало пикантности.
– Как давно мы не виделись! Вы прекрасно выглядите! – наконец-то проговорил он.
На большом столе все было готово к торжественному приему. Разные угощения, напитки, названия которых она преподносила так вкусно, что сразу хотелось попробовать. Марсианский кролик, тушеный в аркадианской[14] сметане, греческие печеные груши из района Эллады с исидским мёдом, аравийские[15] помидоры, легенда этих мест, отличающиеся сладостью и красным цветом с прожилками тыквенного оттенка. Салаты из фруктов и овощей, сочнейшее оссобуко[16], так полюбившееся марсианам, что его рецепт немного приспособили под здешние условия.
После стольких лет серьезной работы, когда на еду оставалось мало времени и к ней относились, как к элементу для поддержания сил, они замерли, пожирая стол взглядами. Да еще и красиво оформлено, с тканевыми салфетками с замысловатым тонким рисунком, фарфоровыми блюдами, серебряными приборами и хрустальными бокалами.
– Устраивайтесь скорее. Давайте отведаем все эти необычности и вкусности.
Два раза их просить не пришлось. Они тут же расселись. Александр Петрович начал предлагать напитки, ребята накладывали закуски.
Тирре тоже досталось немного необычной еды, она быстро все смела с миски и понеслась в парк, примыкавший к саду Ярославы.
– Не волнуйтесь, она не потеряется. Она порезвится и вернется.
– Тирра точно не пропадет. Она меня не оставляет надолго, – весело отозвался Александр Петрович.
После традиционных, но искренних возгласов о прекрасном вкусе угощений и тостов за хозяйку, за них самих, за успешное завершение очередного проекта все немного притихли.
– Ну что ж, друзья. Какие планы? Кто куда?
– Пока на Землю. Для меня этот проект не был слишком долгим. Вернусь в свою берлогу старого холостяка на море.
При этих словах ребята тактично зацокали языками.
– Ну уж, старого. Вы еще ого-го! Многим дадите фору!!
– Тем не менее, кабинетная работа, – обаятельно отозвался Александр Петрович. Он всегда расцветал в присутствии Яры.
– Я тоже на Землю. Давно там не был. Хочется пожить на родной планете. А то все космос да космос, – ответил Андрей.
– Сколько ты там не был?
– Семнадцать лет с последней экспедиции. А до этого наездами между планетами.
– Ты ее не узнаешь, – сказал Александр Петрович.
Андрей грустно вздохнул. Ему выпало не иметь ни родителей, ни дома, ни семьи. Это стало его тяготить с годами. Может, он и вправду старел.
– А ты, Миша?
– Пока на Землю. Потом еще не решил. Мне не хотелось бы надолго застревать на одном месте, да еще в офисе.
– Вот, настоящий космический волк! И тебя, Андрей, не пущу лениться, сидеть бумажки перебирать.
Все дружелюбно засмеялись.
– Ярослава, а я привез вам с Сомни необычный цветок, зная, какой у вас роскошный сад. Вот только в здешней земле он вряд ли приживется. Поэтому с горшочком и запасом сомнианской почвы.
Шесть пар любопытных глаз уставились на него. Он вышел. Все затихли, переглядываясь и улыбаясь.
Александр Петрович вернулся с небольшим свертком, в котором красовались белые каллы, распространяя нежный аромат. Их элегантность и утонченность так гармонировали с интерьером и характером новой хозяйки. И даже горшок не мешал, они забирали все внимание на себя. Александр Петрович бережно развернул и протянул их Яре. От всеобщего восторга каллы еще больше раскрылась. Яра зарумянилась, сердечно поблагодарила и поставила их на самое лучшее место в гостиной, где цветы смотрелись наиболее выигрышно.
Они посидели, поболтали, погуляли по ее саду с марсианскими орхидеями и гортензиями и засобирались назад, домой на Землю.
Вечер стоял тихий. Тирра прибежала, покрутилась вокруг Яры и Александра Петровича. Чувство оголтелого счастья не оставляло ее. Она еще не знала, что это не конец их перелетов.
Яра проводила их, все обнялись на прощание.
– Как долетите, напишите. Я буду ждать новостей, – сказала она напоследок так заботливо, что стало радостно просто потому, что тебя кто-то ждет.
Глава 3
Неожиданное обстоятельство
Ступив на родную планету, Андрей не узнал ее. Прошло так много лет. Сейчас он, как мальчишка, оглядывал все вокруг космопорта. А там все жило, бегало, летало. Вот промелькнул робот – аэроносильщик багажа, примерно в метре от земли, за ним суетливо спешили владельцы вещей, другие ехали в маленькой капсуле за своими чемоданами. Везде сновали флайеры – такси или родные забирали прилетевших на своем
